Как притворяются лжецы (ЛП)

Декстер: Надеюсь, ты не посчитаешь меня слишком прямолинейным человеком, но я купил близняшкам подарок и подписал твое имя на открытке… Подумал, раз они уже считают, что мы встречаемся, это будет естественно.
Дафна: Ты такой милый. Да. Я совершенно не против.
Дафна: Блин. У меня встреча через три минуты. Лучше поторопиться. Поговорим позже?
***
Дафна: Я вернулась. Любопытно, какой подарок мы подарим близняшкам?
Декстер: Набор для шпионов.
  
Глава 12
 
Дафна
Близняшкам понравился их шпионский набор.
Дешевый детский шпионский набор, который оснащен: лупой, набором для снятия отпечатков пальцев и мешочками для хранения собранных улик, заставляет сестер сгибаться пополам и истерически смеяться. Прежде чем приступить к открытию следующего подарка, Люси снимает резиновые перчатки из набора, защелкивает их на запястьях и спрашивает членов семьи, столпившихся в комнате, кто хочет стать их первой жертвой.
Половина зала оглушительно хохочет; их дядя Дерек вскидывает руки, требуя, чтобы у него сняли отпечатки пальцев.
— Надеюсь, теперь они оставят меня в покое, — ворчит Декстер рядом со мной, когда мы стоим на пороге гостиной, наблюдая, как близнецы разбирают остальные свои подарки, словно семилетние дети. — Даже если набор игрушечный, посмотри, какие они счастливые.
— Знаешь, чего я всегда хотела в детстве? — размышляю. — Металлоискатель. Настоящий, а не один из этих дешевых и поношенных.
Декстер смеется.
— Я тоже! Представь, сколько дерьма мы найдем. Монеты, драгоценности…
— Пиратские сокровища, — поддразниваю я. — Затонувшие на дне, к примеру.
— О, теперь мы отправимся с этим металлоискателем в океан? Черт, я думал, только в парки или на пляж. Океан открывает целый мир возможностей. Какой бы исследовали в первую очередь?
Я постукиваю себя по подбородку, притворяясь, что размышляю.
— На самом деле я думала об этом. Это определенно должно быть где-то рядом с Испанией.
— Хорошо, Магеллан. — Декстер очень громко и хрипло удивляется. — Почему Испания?
Я закатываю глаза и одариваю его довольной ухмылкой.
— Все знакомые кораблекрушения? Блиин.
Его это не убедило.
— Но разве не на Карибах лучшие места для подводного плавания?
Я качаю головой.
— Нет, нет, нет — я не о подводном плавании; это все слишком просто. Нам нужно было бы нырять на самую глубину…
— О чем, черт возьми, ты говоришь? Все, что я слышала, было: «бла-бла-бла, я большая зануда, который подарил своим сестрам шпионский набор».
Я внутренне стону, разворачиваясь на каблуках из-за того, что меня прервали.
Эллиот. Разумеется.
Он протягивает Декстеру пиво в качестве подношения.
Мой кавалер нерешительно берет его, у него сразу меняется поведение с кокетливого и веселого на настороженное за считанные наносекунды.
Я в недовольстве поджимаю губы; не из-за того, что прервали, а из-за того, как грубо он это сделал. Боже милостивый, неужели его мать не научила его хорошим манерам? Нельзя подходить и оскорблять кого-то. Я бросаю взгляд на его мать, тетю Тори, которая изящно восседает на диване, потягивая шампанское из бокала. Причесанная, сногсшибательно накрашенная и явно требующая особого внимания, я признаю, что она не выглядит так, словно провела детские годы Эллиота, обучая его скромности.
Также признаю, что, возможно, он не знает ничего лучшего, и даю ему некоторую свободу действий. В конце концов, парень, вероятно, ничего не может с собой поделать.
Его так воспитали.
— Привет, Эллиот, — начинаю я. — Рада снова тебя видеть.
Ложь № 1.
— Да? Приятно, что не было такой огромной толпы, как на вечеринке у Грейси — теперь мы действительно можем поговорить без всей этой музыки и надоедливых танцев, — болтает он. Очаровательная улыбка не отражается в его расчетливых карих глазах.
 
— О, конечно, — соглашаюсь я.
Ложь № 2.
Эллиот придвигается ближе, его локоть почти незаметно подталкивает Декстера, оттесняя моего спутника к стене. Подальше от меня.
Мои зеленые глаза превращаются в щелочки. Этот парень не заслуживает доверия.
— Что делаешь после? — Он задает вопрос вслух, явно игнорируя своего кузена. — Сегодня вечер воскресенья, мы должны сходить куда-нибудь.
— Какое замечательное предложение; точно, нужно это сделать. — Только не с тобой, придурок. — Декстер, милый, давай сходим куда-нибудь после.
Снисходительный ублюдок насмехается.
— Давайте будем реалистами. Думаешь, я не знаю, что здесь происходит?
Мой рот открывается — на самом деле от его наглости — гнев внутри меня начинает медленно подкатывать к горлу, минуя губы. Когти выпускаются наружу.
— Вау. Просто… вау. Знаешь, что, приятель, ты действительно кусок…
— Кузенчик! — Объявляют близнецы, появляясь из ниоткуда, их гибкие руки обнимают Эллиота за плечи. На этот раз они выбрали идеальный момент.
Амелия быстро чмокает брата в щеку.
— Декс, мама хочет, чтобы ты сбегал наверх и взял ту фотографию, где вы с папой на адских каникулах в 2010 году. Знаешь, ту, где мы с Люси обе плачем на заднем плане…
— и вы с папой улыбаетесь в камеру.
— а мама выглядит так, будто вот-вот сойдет с ума, — хихикает Амелия.
— Она говорит, что она у тебя в шкафу. — заканчивает Люси.
— Дафна, тебе определенно стоит пойти с ним, — говорят они в унисон, одинаково ухмыляясь. Их глаза широко раскрыты. Все во внимании.
Они точно знают, что происходит, и внезапно… Я просто обожаю их. Без ума от этой похожей, как две капли воды, странной и нахальной парочки.
***
— Значит, это твоя детская, да? Комната, в которой ты вырос? Мне не провели экскурсию, когда я пекла печенье с твоими сестрами.
— Да, это была моя комната восемнадцать лет. Где не происходило никакого волшебства.
Да, это не совсем магнит для женщин: шокирующие синие обои в полоску с оранжевой баскетбольной каймой. Винтажный научно-фантастический постер «3000 Лиг под водой». Плакат с доктором Зваго. Академические трофеи по десятиборью сияют на дубовой полке. Его аттестат о среднем образовании и медали свисают с синих и красных лент.
Здесь скудно; чисто. Немного по-детски — но, с другой стороны, это комната его детства.
— Дай минутку, чтобы найти фотографию, которую хотела моя мама, хорошо? Подожди. Уверен, она где-то здесь… — Декстер исчезает в шкафу, и раздается звук передвигаемой обуви, сумок и прочего хлама. — Черт, здесь раньше стояла коробка с… — Топот. Ругань. — Где, черт возьми, это…
Его приглушенный голос то доносится, то пропадает из гардеробной, где я слышу отчетливый звук открываемой коробки, когда он охотится за этой неуловимой, потерянной фотографией. Я прохожу в дальний конец комнаты, легко провожу рукой по одеялу из «Звездных войн», расстеленному на двуспальной кровати, кончики пальцев скользят по хлопчатобумажной ткани.
Дарт Вейдер занимает всю кровать.
— Интересно, почему твоя мама не сделала здесь ремонт. Ты давно переехал? — Я размышляю вслух, больше для себя, чем для кого-либо еще.
Его голос проникает в комнату из глубины шкафа; достаточно громкий, чтобы его было слышно за болтовней и смехом его неугомонной семьи, поднимающейся по лестнице и проникающей через вентиляционные отверстия в половицах.
— Э-э, я съехал восемь лет назад, может? — Декстер высовывает голову, вглядываясь в меня из-за дверного косяка, протягивая мне крошечную фигурку. — Эй, знаю, я говорил, что у меня их немного, но зацени! Я совсем забыл об этой коллекции! Интересно, где остальные из них…
Я подпрыгиваю на кровати, взволнованная, протягиваю руки, чтобы взять ее.