Цербер. Чистилище (СИ)

Заметив мой взгляд, Айвен горделиво улыбнулась:
— Ничего страшного. Я узнаю и уничтожу то место до основания, заставив тебя смотреть, как все его жители погибают. И только после этого я сделаю из тебя амёбу, не способную даже слюну проглотить! Ты будешь привязан к стене в моём тронном зале и будешь служить всем моим врагам напоминанием о том, что им не стоит переходить мне дорогу!
Убрав кинжал за пазуху, Айвен широко улыбнулась и подошла к своему шлему, упавшему со стола и укатившемуся в угол комнаты. Подняв его с земли и отряхнув от пыли, она бросила в мою сторону презрительный взгляд:
— Жди здесь, я скоро за тобой вернусь, как только узнаю место, откуда ты прибыл. Твой блеф слишком дорого тебе обойдётся, демон.
Выходя из комнаты, Айвен уже была переступить порог, но то, что сделал я дальше, даже у меня не укладывалось в голове. Похоже, я сделал это на автомате, услышав про то, что собирается предпринять эта бестия. Мысли о том, что я потеряю своих товарищей, которых совсем недавно обрёл в этом ужасном мире, пронзили мой мозг и не отпускали. Раскрыв рот, я в последний момент увидел, что Айвен потянулась к кинжалу, а её глаза застыли в ужасе. В этот самый момент, я что есть мочи закричал:
— Нагарайа! — мой голос разнёсся эхом по замку, вылетев из комнаты, и кажется, разлетевшись по всем ближайшим окрестностям.
Айвен застыла в ужасе, остановив свою руку рядом с рукоятью кинжала. Она явно знала настоящее имя дракона, и сейчас её мозг осознавал, что я совершил, и это был вовсе не блеф. Её ноги задрожали, а где-то снаружи послышались громкие крики, визги и порывы ветра, отдалённо напоминающие взмахи огромных крыльев. Стоило моему сердцу произвести с десяток ударов, как я ощутил сильнейшее землетрясение, снёсшее меня и Айвен с ног. С потолка посыпалась пыль, а затем крыша и вовсе приказала долго жить. Её буквально смело в сторону, словно она была из соломы, а затем я увидел его.
Прямо над нами показалась величественная морда дракона хаоса. Он был явно раздражён и не желал здесь находиться, а потому и не церемонился. Громко пыхтя, он испускал из узких ноздрей дым, а из приоткрытой пасти то и дело летели столпы искр. Переведя взгляд вниз, я ужаснулся, увидев у дракона стояк, размером с здоровую такую дозорную башню. Кажется, я оторвал его в самый пикантный момент, и это не сулило мне ничего хорошего. Голос дракона, разразившийся над нами, словно гром среди ясного неба, подтвердил мои слова:
— Цербер! Ты позвал меня не в самый удобный момент и я очень надеюсь, что у тебя были на то веские причины, иначе я за себя не ручаюсь! — прорычал он и, посмотрев на меня, вдруг ойкнул. — Ох, ты ж… Что с тобой, букашка?…
  
Глава 26. Интерлюдия — Рафус
 
Поздний вечер в одном из новых баров хромой лощины был неспокойным, давненько такого ажиотажа не было. Бармен кружил за стойкой и старался поспевать за хлынувшими огромной толпой посетителями. Из-за попадания Тати в кому в поселении не осталось нормальных заведений, способных обеспечить большое количество народу добротной выпивкой по сносным ценам. Да и никто здесь этим серьезно не промышлял, ведь Тати подмяла под себя почти весь бизнес, укрепившись в этой нише своими цепкими руками. Она создала в хромой лощине монополию на выпивку и хороший хмельной отдых.
С момента, как она отошла от дел из-за случившегося недавно события, унесшего жизнь Силкина, никто так и не решался открыть собственный трактир. Кто-то боялся конкуренции, которая могла в любой момент возникнуть, а кто-то переживал, что не потянет резкого и бурного наплыва посетителей. Поселение находилось в подвешенном состоянии несколько дней, пока из нижних ярусов вдруг не пришёл Джейкоб.
Заявив, что отныне намеревается править городом, он всколыхнул общественность и заставил многих повылезать из своих нор и послужить на благо поселения. Большинство поддерживало идеи самопровозглашённого правителя, ведь такая гнусная жизнь многим приелась, а потому и не противились его словам и идеям. Кто-то желал лучшего будущего своим детям, а кто-то и сам был не прочь вырваться из этого каньона и унестись, куда глаза глядят. Даже те методы, с помощью которых Джейкоб был готов взобраться наверх, почти никого не пугали.
 
Перемены в городе заставили чумов посмотреть на дела совершенно под иным углом. Многие посчитали, что смена главы поселения сможет привести хромую лощину к процветанию и избавлению от проклятья. Те, кто и в самом деле поверили Джейкобу и имели некоторые финансы наряду с влиянием в поселении, открыли свои заведения.
Упор во многих заведениях был сделан именно на выпивку, ведь народ отчаянно нуждался в этом, но и про обычную еду никто не забывал. Многие трактиры, до этого подававшие лишь горячие блюда и слабоалкогольные напитки решили добавить в ассортимент и что-то покрепче. Кто-то даже пытался выкупить «Чумную смесь», но совет города не позволил, сославшись на то, что Тати может скоро проснуться и ей очень не понравится произошедшее. После подобного ответа никто даже не заикался насчёт покупки «Чумной смеси», а по городу пошёл слух, что Тати идёт на поправку.
В считанные дни город оброс множеством вывесок с замысловатыми названиями, а улицы заполнил запах хмеля и спирта. Казалось, что лишь одна спичка может пустить целый квартал на воздух.
Прогуливающийся по улицам города на пару с сестрой Рафус сильно негодовал из-за пропажи Цербера и не знал, куда ему деваться. Свалившиеся на его голову проблемы, в том числе и Рикс со своей сворой, только подливали масла в огонь.
— Вот же гад… — прошептал Рафус и топнул ногой, подняв в воздух немного пыли. — И куда же он подевался? Жив ли он? Неужели мне придётся вечно таскаться с этой сворой наглых грифонов?!
Рафус бросил беглый взгляд на Рикса, стоящего поодаль и пожиравшего какие-то кишки рядом с хижиной мясника, а затем перевёл свой взгляд на Амелию. Её взгляд был всё таким же безжизненным и всё, что она могла делать, это повторять движения за братом.
— Как Цербер умудрился в это дерьмо вляпаться, а? — Рафус покачал головой и тяжело вздохнул. — Неужели у него всегда всё через одно место происходит? Рикс ведь меня совсем не слушается! Только и делает, что жрёт у лавки мясника и брыкается, когда я хочу отвести его поближе к таверне, в которой остановился! Эх, Амелия,… если бы я только мог спросить у тебя совета… Ты бы точно нашла выход.
Безжизненный взгляд сестры заставил Рафуса впасть в ещё большее уныние, и он нашёл единственный, не совсем разумный, но всё-таки выход, из сложившейся ситуации. Висевшая в паре метров от него деревянная табличка с выскобленным на ней названием: «Высокий градус», завладела вниманием пернатого. Шагнув в сторону двери, ведущей в трактир, он нащупал за спиной мешочек с небольшим количеством жетонов. Они были собраны им в пустыне за то время, пока Цербер куролесил в хромой лощине.
Рафус вспоминал те дни с улыбкой, ведь тогда на его плечи ещё не взвалили тяжелую ношу с кучей проблем и взбунтовавшимся непокорным Риксом в придачу. К сожалению, спокойные денечки закончились, когда Цербер окончательно пропал, а Рафуса с его товарищами вдруг пустили в лощину из-за сменившейся в ней власти. Пернатый особо не вдавался в подробности произошедшего, хоть и пытался пару раз спросить у стражников про Цербера. Но эту идею он быстро отбросил, так как никто не мог дать ему вразумительного ответа. Никто не знал где он, да и никому уже и не было интересно его искать. Всем было наплевать и создавалось ощущение, что никто не собирался мстить за смерть Силкина. Правление настолько быстро сменилось, что никто и глазом не успел моргнуть. На носу была свадьба Авроры и Джейкоба, а Силкина даже толком похоронить не успели. Вместо этого, его было решено кремировать, но он по сей день ждал своего часа, отлеживаясь в одном из погребов темницы.
Всех, всё устраивало. Кроме Рафуса. Ему абсолютно не нравилось торчать в этом месте, но и уйти отсюда без Цербера не решался. Отправляться в дальнее путешествие с больной сестрой, было бы сродни самоубийству. Оттого он и решил остаться тут на некоторое время и проследить за происходящими в поселении событиями. И где же лучше всего это делать, да и чтобы ещё и время шло побыстрее, а информация сама вытекала из уст всех, с кем Рафис заговорит? Правильно, в трактире!