Та самая (СИ)
— Это сверху. А внизу всё горелое.
— Значит съем верхушку.
— А вдруг невкусно? — смутилась я.
— Вот как раз и проверю, — Богдан поцеловал меня в макушку и сел за стол.
— Что ж, герой, сам напросился! — не сдержала я усмешку, всё-таки положив ему на тарелку нормальные кусочки картофеля и филе. Сама есть не стала: налила себе чай, взяла шоколадку и устроилась напротив Дани.
— Ну, как оно?
— Очень даже вкусно! — откликнулся тот с набитым ртом.
— Тогда приятного аппетита. Кстати, а что ты мне говорил — там, у окна? Я не расслышала, голова была кругом.
— Я говорил о том, как мне с тобой повезло и какая ты страстная тигрица, — улыбнулся Даня в ответ и бегло взглянул на свои плечи, где красовались полосы от моих пальцев и ногтей, — А вот и доказательства!
— Ничего, до свадьбы заживёт, — игриво подмигнула я ему. Богдан моментально нахмурился и мне совершенно не понравилась его перемена настроения.
— Я бы хотел, чтобы ты как можно скорее стала моей женой, — произнёс Даня, — Но оказалось, что оформить развод с Тиной не так-то просто.
— Почему?
— Потому что одним днём не разводят, когда девушка беременна. Дали месяц на «подумать».
— Ну и ладно. Месяц — это ерунда, — пожала я плечами.
— Проблема в том, что наше заявление могут и отклонить, наложив мораторий на развод в течение года.
— С чего вдруг?
— Потому что нельзя так просто уйти от беременной жены.
— Даже если не ты отец ребёнка?
— Доказательств-то нет, — развёл руками Богдан, — Слова к делу не пришьешь.
Я невольно вспомнила предсказание Ольги о том, что в ближайший год у нас с Даней не будет свадьбы. Неужели этот шуточный карточный расклад оказался правдивым?
— Малыш, ты только не огорчайся, ладно? — ласково произнёс Богдан, коснувшись моих волос, — Во-первых, Кристина сама подала заявление о разводе, а это уже даёт большие шансы на то, что его одобрят через месяц. А во-вторых, мы всё равно будем жить с тобой вместе — Тина уже переехала назад к маме.
Я перехватила его руку и ободряюще сжала, улыбнувшись уголками губ.
— Всё в порядке. Главное, что ты теперь рядом со мной. Штамп в паспорте не так уж и важен.
Богдан поцеловал мою ладошку и спросил:
— Кстати, что будем решать: ты вернёшься в Псков или хочешь остаться в Питере?
— А тебе самому хочется сюда переезжать?
— В принципе, мы с Мишей думаем о том, чтобы открыть и здесь парочку наших антикафе. Хотя, наверное, в Пскове мне всё-таки уютнее.
— Честно говоря, и я соскучилась по Пскову. По папе. И даже по девчонкам, несмотря на то что они только недавно уехали. В Петербурге красиво, но всё-таки здесь не моё место, — вздохнула я, — А еще, мне очень нравится твоя квартира и мне хотелось бы снова жить в ней.
Богдан радостно улыбнулся.
— Значит, решено: забираю тебя обратно!
— Но как же Никки? Кто будет за ней ухаживать? Папин друг, который сдал мне эту квартиру, еще нескоро вернётся, — напомнила я.
— Нет проблем, заберём кошку с собой. А на квартиру периодически будем приезжать, проверять всё ли тут в порядке. Заодно и по Питеру снова погуляем, — тут же определился Богдан. Я встала со своего места и пересела к любимому на колени, обнимая его за шею.
— Отличный вариант! — произнесла я, чмокнув его в нос, — Тогда завтра еще денёк побудем тут — и домой?
— Как скажешь, малыш.
Когда перед сном я взяла в руки телефон, чтобы поставить будильник, обнаружила там сообщение от Кристины.
«Извини, что не взяла трубку, но я пока не готова к разговору, — писала сестра, — Мне очень стыдно перед тобой. Надеюсь, что у вас с Богданом всё будет хорошо».
21
Наступил ноябрь, я уже две недели как вернулась в Псков, но до сих пор не виделась ни с Крис, ни с Софи. Папа был в очередной командировке, поэтому Соня у нас в гостях не появлялась, а сестра так и не выходила со мной на связь. Но ведь это же неправильно, что мы ничего не обсудили! Я представляю, как трудно сейчас Кристине, у которой и подруг-то здесь толком нет. Поэтому я решилась проявить инициативу и в один из вечеров без предварительного звонка пришла к родственницам в гости, прихватив с собой вкусный тортик. Дверь мне открыла Софи.
— Привет, Инна. Не ожидала тебя увидеть, — удивлённо, и как-то не слишком дружелюбно, протянула мамочка, но посторонилась, впуская меня в квартиру, — Заходи.
— Приветик, — произнесла я, сделав вид, что не заметила её холодность, — Прости, что не позвонила. Шла мимо вашего дома шла и подумала, что давно не виделись.
Пока я снимала верхнюю одежду, в коридор выглянула Крис, одетая в длинное свободное платье. Однако оно совсем не скрывало большой круглый животик, который девушка заботливо поддерживала руками.
— Привет, — пролепетала Кристина, глядя на меня округлёнными глазами — то ли от удивления, то ли от смущения.
— Привет, сестрёнка, — улыбнулась я и продемонстрировала ей коробку с тортом, — Надеюсь, тебе можно сладкое?
— Можно, — ответила Софи вместо дочери, — Пойдёмте на кухню, девочки.
Пока мамочка хлопотала, ставя чайник, доставая кружки и нарезая торт, мы с Кристиной молча устроились за столом. Сестра словно боялась смотреть на меня, с преувеличенным интересом разглядывая собственные ногти, а я не знала с чего начать разговор.
— Как ты себя чувствуешь? Когда тебе рожать? — прервала я молчание вопросами, которые первыми пришли на ум.
— На тринадцатое декабря примерный срок поставили, — ответила Крис и со вздохом пожаловалась, — Скорее бы уже родить! Так тяжело с этим животом… Ни лечь нормально, ни сесть, а по лестнице ходить вообще убийственно!
— Это еще ерунда по сравнению с тем, как бывает у других, — сказала Соня, ставя перед нами чашки с горячим напитком, — Тебе очень повезло, что обходится без токсикоза.
— Что показало УЗИ? Девочка будет? — скорее утвердительно, чем вопросительно, произнесла я.
— Да. Агатой назову.
— Классное имя.
Софи села между нами и, аккуратно размешивая ложечкой сахар в своём кофе, обратилась ко мне:
— Почему ты решила вернуться в Псков? Не понравилось в Петербурге?
— Понравилось, красивый город. Но здесь роднее. Тут папа, все мои подруги, своя квартира, да и Богдану здесь тоже больше нравится.
Кристина заметно напряглась и крепче вцепилась в свою кружку — я заметила, что даже костяшки её пальцев побелели. Неужели она успела полюбить Даню, поэтому теперь так остро реагирует на любые упоминания о нём?
— Инна, будь любезна, не говори нам про этого человека, — недовольно процедила Софи, бросив тревожный взгляд на Крис.
— Почему? — не поняла я такой жесткой реакции, — Богдан же не сделал ничего плохого.
— Серьёзно? — женщина резко повернулась ко мне, — По-твоему бросить беременную жену и уйти к её сестре — это «ничего плохого»?
— Стоп-стоп-стоп! Никто никого не бросал! Они ведь расстались по обоюдному решению. Ведь так? — я посмотрела на сестричку, отметив, что она покраснела как варёный рак.
— Ой, вот только не нужно его выгораживать! Понятное дело, что Богдан вывернул всё так, как удобно ему, — продолжала кипятиться Софи, — Но знаешь, что в этой истории самое неприятное? Твоё поведение!
— Моё? — растерянно переспросила я. Мои руки задрожали. Неужели Даня меня всё-таки обманул и по своей прихоти подал на развод? Но зачем лгать? Это же глупо, ведь правда всё равно быстро всплывёт наружу — мы ведь с Кристиной родственницы! И как тогда понимать смс-ку, которую сестра прислала мне две недели назад? За что ей передо мной стыдно?
— Да-да, именно твоё! Я понимаю, что Кристи для тебя чужой человек и ты не воспринимаешь её как сестру, но должны же быть какие-то нормы морали! Начать отношения с тем мужчиной, который бросил свою жену, носящую под сердцем его ребёнка…
— Так это не ребёнок Богдана! — перебила я Соню.
— А чей? — запнулась та на полуслове.