Та самая (СИ)

Богдан встрепенулся, сбрасывая с себя оцепенение.
— Знаешь её адрес?
— Нет, но дядя Гриша в курсе — он отвозил Инну туда.
Данчик подхватил куртку и поспешил к выходу, вынимая из кармана телефон. Но на пороге всё же обернулся.
— Спасибо за честность. Ребёнок какого пола будет?
— Девочка, — улыбнулась Тина, — Я не удержалась и посмотрела результаты УЗИ.
— Поздравляю, — улыбнулся ей в ответ Богдан, — Если что, имей в виду: я всегда буду готов тебе помочь.
— По старой дружбе?
— Типа того.
Он вышел из квартиры и дрожащими пальцами набрал номер отца Инны.
— Григорий Викторович, здравствуйте! Это Богдан. Простите за поздний звонок, но у меня к Вам есть очень срочный разговор, — взволнованно произнёс Данчик.
— Здравствуй, дорогой! — приветливо откликнулся мужчина, — Что произошло? Я весь внимание.
— Я могу к вам приехать? О таком лучше не по телефону…
* * *
Ночевать он остался у Миши, а наутро, по-быстрому завершив все рабочие дела и заскочив домой, чтобы привести себя в порядок, помчался в Санкт-Петербург. Хотел купить огромный букет любимых Инной орхидей и прямо с порога сгрести её в охапку, всю зацеловать и повезти в ювелирный за обручальным кольцом, но сам себя одёрнул. Что если Кристина ошиблась, и у Инны прошли чувства к нему? А в Питер она уехала совсем по другой причине. Или вдруг у неё уже появился новый мужчина, и Инна вообще не пустит его на порог? Поэтому, сначала надо разведать обстановку и решать по ходу дела.
Но едва он увидел её, — снова темноволосую, такую родную и домашнюю, такую сексуальную в облегающих круглую попку лосинах, — то почувствовал, как безумно заколотилось в груди сердце и как жарко стало где-то в области паха. Пожалел, что всё-таки не остановился купить цветы. Неважно, какой получится исход встречи, — хоть избей она его этим букетом! — но порадовать Инну всё же надо было. Мысленно ругая себя за это, Богдан окончательно разнервничался и забыл все фразы, которые складывал по дороге, чтобы начать разговор.
— Я приехал сюда, что задать тебе один вопрос, — произнёс он, когда молчание стало затягиваться.
— Не позвонить, а взять и проехать почти триста километров ради одного вопроса? Заинтриговал! — в тоне Инны послышался сарказм.
— Да, ради одного вопроса. Ответь на него честно, пожалуйста.
— Я всегда говорю честно.
Богдан колебался. Ему очень хотелось узнать правду и… В тоже время, он боялся услышать отрицательный ответ.
— Ты бы хотела начать со мной всё сначала? — решительно выдохнул парень, взглянув на Инну. Та удивлённо захлопала ресницами.
— В смысле?
— Ты бы хотела снова быть со мной? — повторил Данчик, неотрывно глядя в её глубокие карие глаза, — Начать наши отношения сначала?
— Но как же… — забормотала девушка, но он её перебил, настойчиво повторив:
— Никаких но! Просто скажи: да или нет? Если ты меня уже не любишь или у тебя есть другой — просто скажи «нет».
И замер в ожидании ответа. В ожидании решения их судьбы! Внимательно следил за эмоциями на лице Инны. Будет ли дарован ему еще один шанс на счастье?..
— Да, — наконец-то прошептала она, поднимая взгляд на Богдана. — Я всё еще люблю тебя. И я хотела бы начать всё сначала. Очень хотела! Но…
Он не стал слушать её робких возражений. У него просто снесло крышу, ведь она ответила да! Она сказала, что всё еще любит его! Всё остальное уже не имело значения.
Богдан подошел к Инне и прижался к её губам в мучительно-сладком поцелуе. Как долго он этого желал!
А дальше всё понеслось словно в ускоренной съемке: миг — и они снова единое целое, будто никакой разлуки, длиной почти в целый год, не было вовсе. Он не мог надышаться запахом её кожи, не мог насытиться вкусом её поцелуев, не мог наслушаться её томных вздохов, не мог на неё насмотреться…
И лишь когда Инна, внезапно став суровой, заявила «уходи!», Богдан сообразил какого дурака свалял. Она ведь ничего не знает про откровения Кристины! Надо было именно с этого начинать разговор, а не с вопросов! Естественно, что теперь Инна мучается угрызениями совести. И Богдан поторопился рассказать ей всю правду про беременность Тины и о том, что они больше не пара. Вот только почему любимая всё равно смотрит на него с недоверием?..
   
19
 
— А если она соврала тебе, что беременна от другого? — с сомнением протянула я.
— Зачем?
— Ради того, чтобы мы с тобой помирились.
Богдан скептически хмыкнул и покачал головой.
— Тина, конечно, очень хорошо к тебе относится и эгоисткой себя не считает, но будь я на самом деле отцом ребёнка — она не пожертвовала бы всем в угоду твоего счастья.
— Значит, ты на сто процентов уверен, что история о порванном презервативе была выдумкой?
— Верно. Я еще тогда удивился: ну как мог не заметить этого? Но не стал спорить, потому что мне и в голову не пришло, что Кристина могла меня обмануть. К тому же, когда я заходил сегодня домой перед дорогой, она показала мне справку от врача, в которой указан срок беременности. Мы с ней и знакомы-то не были, когда случилось зачатие.
— Хорошо, но… — я замялась, не зная, как сформулировать свои мысли, — В этом ребёнке всё равно теперь будет что-то и от тебя.
— Каким образом?
— Самым банальным, физиологическим. Еще скажи, будто вы с Крис не спали! — фыркнула я и невольно поморщилась, представив себе эту картинку.
— Во-первых, интим у нас был крайне редко, по пальцам можно пересчитать.
— Ага, конечно.
— Ты имеешь полное право мне не верить, но разве я когда-то обманывал тебя? — Даня серьёзно посмотрел на меня и продолжил, — А во-вторых, секс у нас был исключительно с презервативом. Так что, ничего от меня в этом ребёнке нет. А телегонию ученые давно опровергли.
Я удивлённо вскинула брови.
— И как Крис на такое реагировала? Очень странно, когда законный муж продолжает использовать подобный метод контрацепции.
— Вообще-то Тина прекрасно знала о том, что свадьба была исключительно ради нормального будущего ребёнка. Я не признавался ей в любви, собственно, как и она мне. Мы просто жили вместе, практически как соседи, — пожал плечами Богдан.
— Как это ужасно звучит, — прошептала я, подтянув колени к груди и обхватывая их руками, — Уж лучше быть одной, чем с человеком, который не любит тебя, а ты не любишь его.
— Кристину тоже можно понять. Она всего лишь испугалась остаться матерью-одиночкой.
— Неужели ты совсем на неё не злишься?
Даня взъерошил волосы на голове, задумчиво глядя куда-то в пустоту и, выдержав недолгую паузу, ответил:
— Нет. Я злюсь только на самого себя. Если бы я уделял тебе больше внимания или добился тогда разговора, несмотря на твои отказы идти на контакт, то ничего этого не произошло.
— Ты не виноват, — тяжело вздохнула я, — Всё случилось из-за моих капризов и слишком бурной фантазии.
Богдан придвинулся ко мне, да так близко, что кончики наших носов практически соприкасались.
— Малыш, давай оставим прошлое в прошлом? Главное, что сейчас все точки на «и» расставлены, а наше счастье зависит лишь от нас самих. Мы ведь сможем начать всё сначала?
— Начать сначала уже не получится, — я покачала головой, но заметив испуг, промелькнувший во взгляде Богдана, добавила, — Но мы можем продолжить отношения с той точки, на которой остановились год назад.
— Не пугай меня больше такими фразами! — облегченно выдохнул Даня и нежно поцеловал меня — сначала в нос, потом в губы.
— Ты что, опять по мне соскучился? — игриво спросила я, почувствовав, что Богдан возбуждён.
 
— Соскучился, — не стал он отрицать очевидное, притягивая меня к себе.
Мир вновь стал существовать лишь для нас двоих…
* * *
— Даже не знаю, как буду смотреть Кристине и Соне в глаза, — стыдливо покраснев, вздохнула я. Мы с Богданом сидели на кухне и за завтраком обсуждали дальнейшие планы. Поскольку ко мне приезжали девчонки, он собирался вернуться в Псков, чтобы подать заявление на развод и решить пару рабочих вопросов. А после — опять в Питер на несколько дней.