Та самая (СИ)

— Пааа, ну почему он не может найти хотя бы часик времени на меня? — хныкала я за ужином в четверг.
— Солнышко, у него сложная работа. Потерпи до выходных, обязательно увидитесь.
— А может, я ему просто не нравлюсь?
— Нравишься, — уверенно заявил папа, который был в курсе нашей с Богданом прогулки и посиделки в кафе. Конечно, я не сказала ему, что мы целый час потом просто целовались, но отец и сам это понял, увидев меня в тот вечер с красным из-за щетины Данчика подбородком.
Услышав ответ папы, я лишь вздохнула, поскольку моя уверенность в том, что у Богдана ко мне действительно есть симпатия, таяла с каждым новым днём.
Счастье вернулось в пятницу.
В обед Богдан прислал мне сообщение с вопросом:
"Чем занимаешься сегодня вечером?»
«Ничем», — тут же набрала я смс-ку в ответ.
«Гулять пойдём?»
«Пойдём! Во сколько?»
«В семь вечера зайду. Тебе так удобно?»
«Да, буду готова к семи».
— Смотри! — радостно воскликнула я, показывая Алёнке переписку с Даней, — Мы сегодня увидимся. Наконец-то!
— Слава богу, — подружка театрально сложила руки на груди, — А-то я уже начала за тебя переживать — ходишь как в воду опущенная.
Алёна прищурилась и с улыбкой добавила:
— И всё-таки ты по уши втрескалась в этого неформала.
— Возможно, — смущенно ответила я.
— Надеюсь, что он сделает тебя счастливой, а отношения с Игорем забудутся как страшный сон.
— Уже забылись.
Время пролетело, словно выпущенная из арбалета стрела. И вот на часах уже девятнадцать ноль-ноль, а квартиру оглашает трель звонка. Окинув критическим взглядом своё отражение в зеркале, я поспешила открыть дверь.
— Добрый вечер, — обольстительным голосом произнёс Богдан, вновь заставляя сбиться с ритма мой пульс.
— Привет. Ты всегда такой пунктуальный?
— Стараюсь.
— А я наоборот: частенько опаздываю или собираюсь, как угорелая, — усмехнулась я и, быстро намотав вокруг шеи тёплый шарф, прихватила с пуфика свою сумочку, — Ну что, идём?
Как только я переступила порог квартиры, Богдан притянул меня к себе и нежно, едва касаясь, поцеловал сначала в губы, а потом в кончик носа. Взявшись за руки, словно по привычке, мы вышли из подъезда.
— Ты умеешь кататься на коньках? — поинтересовался Данчик.
— Если честно, то плохо — всего один раз пробовала, — призналась я, — Предлагаешь сходить на каток?
— Угадала.
— Но их же еще не залили?
— Крытый работает. Но если ты не хочешь, то придумаем другое занятие, — парень уловил в моём тоне нотки сомнения, однако я быстро произнесла:
— Нет-нет, я вовсе не против! А ты хорошо катаешься?
— Ну так, увлекался одно время.
— Есть ли вообще хоть что-то, чем ты не увлекался? Мне кажется, ты умеешь делать абсолютно всё!
Богдан не удержался от смеха.
— Нет, малыш, ты не права. Есть кое-что, чего я не умею: водить машину.
— Неожиданно, — искренне удивилась я, — Планируешь пойти в автошколу?
— Да, в следующем году хочу наконец-таки получить права. А сейчас нам придётся выбирать: едем до катка на автобусе или закажем такси?
— Давай на автобусе. Мы ведь никуда не торопимся?
— Абсолютно нет.
Этот вечер оказался не менее прекрасен, чем наша предыдущая встреча. Богдан великолепно катался на коньках и пытался научить этому меня. Я же была словно корова на льду, однако ни меня, ни его, это ни капли не смущало. Мы держались за руки, громко смеялись, Богдан ловил меня, если вдруг я начинала падать, и, конечно же, украдкой целовались.
Вдоволь накатавшись и устав, отправились подкрепиться в ближайшее кафе, а потом допоздна гуляли по городу. Уютно светили фонари и неоновые вывески рекламы, и в их тёплом свете медленно кружили вальс резные снежинки.
— Красиво, правда? — запрокинув голову наверх, произнесла я.
— Красиво, — согласился Богдан, повторив моё движение и подставляя лицо снегу.
— У меня тушь не потекла? Посмотри, пожалуйста, — попросила я, спустя минуту. Всё-таки, какой бы водостойкой ни была косметика, а не факт, что выдержит русский снегопад. Парень повернулся ко мне и осторожно взял моё лицо в ладони, внимательно его разглядывая.
 
— Всё в порядке, — прошептал он, — Ты так прекрасна!
Моё сердечко совершило радостный кульбит: таких слов мне никто никогда не говорил! Красивая, классная, прикольная, милая, сексуальная и прочие эпитеты — в избытке. Но «ты так прекрасна» я слышала в свой адрес впервые. Столько было нежности в этой фразе! Столько в голосе Богдана было…восхищения! А может мне послышалось? Я ведь обычная девчонка, чему восхищаться? Зато он — такой невероятный, такой космический… Словно с другой планеты!
— Не льсти, — прошептала я в ответ.
— Ни в коем случае, — ответил Богдан, закрепляя свои слова поцелуем. Горячим и жадным, заставляющим моё сознание затуманиться. Сердце колотилось как заведённая механическая игрушка, а дыхание перехватило от нахлынувших чувств. С ума сойти, как же он шикарно целуется!
Когда мы смогли оторваться друг от друга и пойти дальше, я решилась полюбопытствовать:
— Дань, а расскажи про свои самые серьёзные отношения: как долго встречались, почему разошлись?
— С чего ты решила, что у меня были серьёзные отношения? Может я по жизни как волк-одиночка?
— Не поверю.
Богдан не торопился с ответом, но я терпеливо ждала, пока он подберёт нужные слова. Видимо, в его прошлом таится какая-то обида или болезненная история, о которой он не хочет говорить?
— Я тоже могу рассказать тебе про свои прошлые отношения, — не выдержав, нарушила я затянувшееся молчание, — Или ты совсем не хочешь обсуждать эту тему?
— Я ведь обещал, что буду отвечать на все твои вопросы. Просто задумался. Точнее, вспоминал, — произнёс Богдан.
— Как давно вы расстались?
— Год назад.
— Почему? И сколько вы встречались?
— Почти четыре года. А причина расставания простая — она была не та женщина, которая мне нужна.
— Ты понял это лишь спустя столько лет? — я не смогла скрыть своё удивление.
— Она очень хорошая девушка и поэтому я боялся ошибиться, отпустив её. Думал: вдруг придираюсь попусту? Что, может быть, мне нужно больше времени, присмотреться к ней, взвесить все за и против, — Богдан нахмурился, — Но время шло, а я так и не мог сказать ей «люблю», потому что не чувствовал этого. Ей же хотелось определённости, свадьбу, детей… Я не был готов к такому. По крайней мере, именно с ней. И в один прекрасный день решил послушать своё сердце, а не советы родственников. Да, эта девушка искренне любила меня, заботилась, никогда не обманывала, но… Она не моя судьба. Не для меня. Она заслуживала нормальную семью и настоящего счастья.
— А с тобой счастья не было?
— Со мной она только мучилась. Из кожи вон лезла, чтобы я смог её полюбить. Подобная борьба за чужие чувства очень выматывает.
— Чего же тебе не хватало в этой девушке?
— Человек либо твой, либо нет. Не существует никакой идеальной комбинации внешних данных и черт характера, чтобы сказать: у той голос не мелодичный — не буду её любить, а у этой всё в порядке — вот её полюблю!
— В общем, либо «торкнуло», либо нет. Так?
— Совершенно верно, — кивнул Богдан, — К сожалению, я не сразу этого понял.
— Как ты считаешь: полюбить можно только один раз?
— Я думаю, что всегда возможен второй шанс.
— А мне кажется, что истинная любовь бывает лишь однажды.
— Возможно, ты права. Но с другой стороны — можно прожить всю жизнь и вообще никогда не испытать такого чувства.
— И что тогда? Ни с кем не заводить отношения?
 
— Почему же? Заводить. Иначе как ты найдёшь своего человека? Только методом проб и ошибок.
Мы снова ненадолго замолчали, думая каждый о своём.
— Так что в итоге, любил ли ты кого-нибудь? — я вновь заговорила первой.