Босс, я тебя хочу (СИ)

Меня трясло так, что я не с первого раза запихнула в пакет всё, что рассыпалось по асфальту. Неизвестная девушка даже помогла мне собрать разлетевшиеся в разные стороны карандаши и вытянула бумажный носовой платок из сумки, потому что как бы я не пыталась держаться — на щеках отпечатались чёрные от туши дорожки.
Только дома мои руки перестали дрожать. Я не понимаю, как могла нагрешить в прошлой жизни, чтобы в этой на мою голову свалилось столько проблем. Выкурила три сигареты друг за другом и написала Артёму сообщение.
«Давай обойдёмся домашней готовкой чего-нибудь вкусного и посмотрим твой смешной сериал?» — после очередного стресса мне не хотелось проводить вечер среди посторонних людей.
«Что случилось?» — не знаю как, но Артём, кажется, чувствовал, что это не приступ лени.
Я глянула на синяки, которые уже проявились после сильной хватки на моей руке, и быстро настрочила ответ.
«Расскажу вечером. Я поеду к Рексу, ладно? Не хочу одной».
Пёс встретил меня звонким лаем. Пришлось отвлечь его вкусняшками, чтобы он дал мне спокойно расшнуровать кроссовки и дотащить пакеты с продуктами до кухни. Я свернулась на постели, куда забралась вместе с Рексом поверх покрывала, и уткнулась в блестящую шёрстку, поглаживая щенка по спине, пока он вылизывал мою свободную ладонь. В какой-то момент мы оба отключились.
Разбудил меня Артём, который уже успел вернуться от родителей, и теперь осторожно убирал растрёпанные волосы с моего лица. Рекс мирно дрых где-то в ногах. Мой мужчина выглядел обеспокоенным, так что я не стала накручивать его ещё больше и сразу рассказала обо всём произошедшем.
Не хочу ничего скрывать, но мне всё равно было неловко рассказывать об очередных своих проблемах с семьёй. Последнее слово в огромных кавычках конечно же.
— Сонь, я уверен, что у моего отца есть достаточно влиятельные друзья, которые могут помочь, но для этого придётся рассказать ему все подробности. Я могу попросить не распространяться об этом матери. Просто не хочу, чтобы этот мудак ещё хотя бы раз стал причиной твоих слёз. Подумай, пожалуйста.
Мы уже обсуждали эту ситуацию. Я не хотела, чтобы у семьи моего мужчины были какие-то проблемы, поэтому запретила Артёму пытаться идти против моего отчима. С другой стороны я понимала, что справиться со всем в одиночку не смогу. Не в том я положении, чтобы моё слово что-то значило для общественности, в глазах которой я просто неопытная девчонка в сравнении с влиятельным бизнесменом и политиком.
Просить помощи ведь не стыдно?
Чуть позже, когда мы лежали на диване, смотрели очередную серию и бросали воздушной кукурузой в Рекса, который пытался ловить её на лету, я всё же дала согласие на разговор с отцом Артёма. Мой мужчина сразу позвонил ему и договорился на завтра, аргументировав спешку тем, что я могу передумать. Так у меня просто не останется даже маленького шанса, потому что слишком поздно будет всё отменять — впереди ночь, а утром мы уже должны будем встретиться в кофейне, человек всё-таки проснётся раньше в свой законный выходной ради этого.
Я лежала на груди у своего мужчины, он гладил меня по руке, следы на которой я скрыла длинным рукавом, чтобы не нервировать его этими отметинами. Рекс вертелся рядом, пытался засунуть свой нос в тарелки, вызывая у меня приступы умиления, когда нехарактерно аккуратно лапой хотел свиснуть очередную вкусность со стола. Артём иногда посмеивался от происходящего на экране, а я щекой чувствовала вибрации в его грудной клетке.
Ещё недавно я хотела удалить наши совместные фотографии, а сегодня думаю о том, что у меня, кажется, появилась семья, хвостатый член которой опять решил попробовать стащить с моей ноги голубой носок.
Дайте мне кусочек дерева. Я хочу постучать, чтобы не сглазить.
  
Глава пятьдесят восьмая
 
Виктору Сергеевичу — отцу моего мужчины — пришлось немного подождать нас за столиком в кафе, потому что Рекс сегодня утром решил проявить свои лидерские качества и сцепился с соседским ротвейлером в попытке отвоевать территорию. Пса совершенно не волновало, что противник больше его раза в два и способен одной лапой прижать нашу бедолагу к земле. В итоге пришлось обрабатывать покоцанный нос. Это удалось только со второй попытки — после первого раза пёс забился под кровать, учуяв неприятный запах на ватке, и наотрез отказался выползать. Умник даже на приманку в виде любимых вкусняшек не повелся.
 
— Доброе утро, Соня, — я первая вошла в кафе, Артём искал себе парковочное место.
Почему вообще люди в воскресенье утро не счастливо спят в своих удобных постелях, а катаются в центр города и мешают решать важные дела?
— Здравствуйте, — чувствовала я себя максимально неловко, а мой мужчина, как по закону подлости, не торопился присоединиться к нам.
В соседнем районе он там паркуется что ли?
— Знаете, вчера мой сын выглядел действительно счастливым. Я очень рад, что вам удалось разрешить все недоразумения и вновь быть вместе, — кажется, на моих щеках сейчас смело можно было пожарить яичницу. — Ох, молодость. Столько ошибок совершаем по собственной дурости. Хорошо, если потом не приходится о них жалеть. Вы с моим оболтусом в старости только смеяться будете от воспоминаний, — мужчина улыбнулся мне и подозвал официанта, чтобы я могла сделать заказ.
— Мне подруга тоже говорила недавно, что нужно вовремя наступить на горло своей гордости.
— Мудрая у тебя подруга.
Пожалуй, не буду это передавать Ленке. Короной ещё моя красотка начнёт царапать потолки.
— Давай ты пока начнёшь рассказывать мне всё. Артём потом дополнит какими-то деталями, — Виктор Сергеевич открыл небольшой блокнот в кожаном переплёте и приготовился записывать мою историю.
Я начала с детства. Очень стеснялась, прерывалась, чтобы смочить пересушенное горло очередным глотком кофе. Уже подоспевший к этому времени Артём незаметно от всех сплёл под столом пальцы с моими и сжимал мою ладонь, когда на особенно неприятных моментах я срывалась и незаметно для себя переходила на шёпот. Мужчины давали мне передышку и переводили разговор в какое-то нейтральное русло, внимательно слушая, когда я начинала вновь.
Ситуацию с подставой на тендере пересказал Артём, пока я ковырялась в своём десерте.
Умом я понимала, что не сделала абсолютно ничего для вызывания интереса такого рода со стороны моего отчима, но всё равно ощущала себя перед отцом моего мужчины какой-то грязной падшей обольстительницей. Я прекрасно понимала состояние женщин, которым стыдно заявлять о насилии в свой адрес, потому что каждый раз боишься услышать обвинения в свой адрес и увидеть в глазах окружающих молчаливое осуждение.
В конце разговора Виктор Сергеевич пообещал, что сделает всё возможное. Рассказал о каком-то высокопоставленном человеке, который был ему должен. Мы ещё немного посидели, обсудили возможность всё-таки собраться поужинать вчетвером — вместе с матерью Тёмы. Я клятвенно заверила отца моего мужчины в намерениях подумать об этом, он, в свою очередь, сказал, что поговорит со своей женой и постарается вложить в её голову мысль о том, что Ирина — пройденный этап в жизни её сына. Лучше бы, конечно, Маргарите Андреевне смириться с моим существованием и постараться держать хотя бы нейтралитет. В подруги я к ней и не набиваюсь.
Я стала ждать.
  
Глава пятьдесят девятая
 
Первые дни мониторила все новостные порталы нашего города, следила за каждой группой с новостями и скрещивала пальцы на удачу. К концу недели всё-таки успокоилась. К моему сожалению, не сама. Артём отправил меня на приём к неврологу, где мне выписали волшебные таблеточки успокоительного, которые отлично расслабляли. Мужчина не выдержал, когда сигареты из пачки на балконе начали исчезать с поразительной скоростью.
Ещё неделя.
Снова семь дней.
Месяц.
В сети начали мелькать заголовки с именем и фамилией моего отчима. Сначала это были какие-то мелкие скандалы. Волна нарастала. В один из дней мать подкараулила меня возле моего дома, когда я заезжала за новыми вещами. Я снова перебиралась к Артёму. Захоти он меня выставить сегодня — дело точно не обошлось бы одной сумкой.