Чужие степи 5 (СИ)
— И это ещё мёртвая рука не отстрелялась! — высказался второй офицер, одетый в грязного цвета камуфляж без погон, и совсем уже не форменную кепку-бейсболку.
Про «мёртвую руку», наверное, не слышал только глухой. Тот «оглушенный» лейтенант, в его воспоминаниях она всплывала как-то особенно чётко. — Оружие возмездия, приготовленное на тот случай если командовать будет некому, а враги не будут уничтожены. Не знаю, правда ли это, или вымысел, но будь я ответственным за ядерный щит страны, наверняка придумал бы что-то подобное.
Ведь по сути — с точки зрения дилетанта конечно же, всё просто. Если определённое время не приходит команда на отмену пуска, срабатывает таймер, и ракеты, в автоматическом режиме, бьют по заранее заложенным в программу целям.
— А с чего ты взял что она уже не сработала? — спросил Леонид, в то время как остальные никак не прореагировали на заявление безпогонного человека.
— Да потому что ракеты из шахт не вылетали ещё. — так же закидываясь капустой — а кроме неё из закуски на столе был порезанный на тончайшие ломтики кусочек чего-то мясного — к нему не притрагивались, видимо оставляя для гостей, вареная картошка в мундире, салат из непонятной зелени, да котелок с давно остывшим, жиденьким супом.
— А где эти шахты? — тут же уточнил Леонид, причём так заинтересованно, будто собрался их с собой утащить.
— Да повсюду они. Одна здесь есть, неподалёку, километров тридцать по прямой. Ещё парочка в сторону райцентра...
— И что же, с нашей стороны ракеты не вылетали?
— Ну почему же. Вылетали конечно. Сразу после первых ударов, когда вырубилась вся связь, в небо, со стороны космодрома, ушло с десяток ракет.
— Так может рука их и пускала?
— Нет. По космодрому прилетело уже после. Где-то часа через четыре после запусков, я лично в той стороне несколько грибов видел.
Оренбургская область ещё в союзе кишела ракетными шахтами и позициями ПВО. Они были повсюду. Сатана, или СС-20, так они обозначались на современных спутниковых снимках. Точнее уже не сами шахты, а то что от них осталось после договора с американцами о сокращении вооружения.
Есть такая программка, название не помню точно, но что-то с планетой связанное. В ней сведены данные сразу с кучи спутников, и добавлена возможность пользователям ставить метки. Фон, или слой, как-то так называется. Контур с подписью и пояснениями, штука очень удобная, особенно когда ищешь что-то.
Как поставили на компьютер её, так я чуть не до утра сидел, разглядывал. Не соврать бы, но в радиусе километров ста от нашего села насчитал кучу разрушенных позиций. И это лишь те что снесли, а сколько осталось рабочих? — Десять? Двадцать? В любом случае этого количества за глаза хватало чтобы сделать нашу местность приоритетной для нанесения ядерных ударов.
Ну а что, радар раннего обнаружения — вообще первейшая цель. Ракетные шахты или позиции пэ-вэ-ошников — то же самое. В общем, смысл засыпания ядерными зарядами нашей глубинки понятен, не каждый город будет так интересен как деревня рядом с «крылом».
— Заканчивай ты с рукой уже... Надоело... — хмуро произнёс капитан, всем своим видом показывая что тема ему неприятна.
— На самом деле, Антоха, — подключился третий, молчавший до этого офицер, так же без погон, в потасканной полевой форме. — Какая нахрен рука? Два года почти прошло, была бы она, отработала бы уже. Забудь.
— Да иди ты... — отмахнулся первый безпогонный. И беззлобно, даже скорее привычно, выругался куда-то в пустоту.
В итоге замолчали все, и следующие десять минут за столом были слышны только короткие тосты — типа «за нас, за вас, и за спецназ», да чавканье вперемешку со звоном сталкивающихся стаканов.
Пили все. Наливали по половинке, опрокидывали и снова наливали. Самогона было много, и мужики быстро хмелели. Сказывалась крепость напитка и небогатая закуска. (к мясу так никто и не притронулся).
А вот я не пьянел, хотя пил наравне со всеми. Не знаю, может благодаря комплекции, а может метаболизм такой, но мне, чтобы напиться, нужно пол ведра подобного поила, несмотря на всю его крепость. Так что, кроме легкого шума в голове, никаких других эффектов не последовало.
— А как вы вообще дальше думаете быть? — когда обсуждения пошли куда-то вообще не туда, я решил перейти к главному.
— Да никак не думаем. Нам по х*й. — нетрезво сфокусировался капитан.
— Точно так. Ага. По*бать. — поддакнул первый беспогонный. Второй лишь помотал головой.
Мы с Леонидом переглянулись.
— Тогда может к нам?
— Куда это? — наконец «навёлся» капитан.
— К нам, в наш новый мир.
— В смысле... Ик!.. Новый мир? — его глаза то сходились в более-менее осмысленный взгляд, то расходились в разные стороны. Глядя на него у меня сложилось такое впечатление что всё что мы рассказывали им, ушло куда-то не туда. Уж больно искренне они изумлялись.
— В самом прямом. Там нет ни России, ни Европы, ни вообще кого бы то ни было... — стараясь справиться с разъезжающимся глазами капитана, отчеканил Леонид.
— Ха бля! — снова влез первый беспогонный. — Так тут тоже нихера нет! Пусто нах! Как у негра нах!
— Ты не понял. — спокойно поправил я. — Здесь ничего нет, потому что война, а там нет, от того что и не было никогда.
— В смысле? Ик!.. — опять «выпал» капитан. — А что есть тогда?
Видимо водка напрочь выбила память из всей троицы, даже капитан, вроде самый нормальный из всех, но сейчас я видел как трудно ему даётся удерживать внимание, все его мысли о ещё одном стакане и койке до утра, но будучи человеком военным, командиром заставы, он стойко переносил все тяготы, держась лишь за счёт морально-волевых качеств.
— Есть дом, есть жрачка, есть бабы. Всё есть. — перебивая меня, мой товарищ зашёл с козырей.
— Бабы?! — хором воскликнули все трое, а тот что отмалчивался, от избытка чувств попытался подняться, но тут же упал обратно на стул.
Понятно что разговаривать о чём-то серьёзно, никакого смысла сейчас нет, но «пробежаться» по тезисам можно. Ведь когда бравые командиры протрезвеют, основные моменты в их головах отложатся, и станут как раз тем основанием на которое мы и будем опираться.
Оставив Леонида вещать о бабах — теме вечной и очень глубокой, я вышел на улицу.
— Стой! Кто идет?! — откуда-то из темноты шагнули двое щупловатых солдатиков, и направив на меня автомат, напряженно застыли.
— Да вы чего, бойцы? — я ожидал чего-то подобного, поэтому не удивился. Как говорится — доверяй, но проверяй. Вот офицеры и выставили заградотряд, на всякий пожарный.
— В сортир пройти можно? — не дождавшись от них продолжения каких-либо действий, я аккуратно показал рукой в сторону темнеющей в отдалении деревянной будочки.
— Можно. — парни с явным облегчением опустили автоматы и подвинулись.
Пройдя по выложенной из камней дорожке до «места силы» — некоторые так называют деревенский сортир, я приоткрыл дверь, и посветив зажигалкой, несмело шагнул внутрь.
Всё как везде. Можно сказать стандарт. Дощатый пол, прямоугольная дырка, и паутина по всем углам.
— А вы не вынесете нам согреться глоток? — когда я покинул удобства и вернулся к крыльцу, спросил один из солдат, молодой и сопливый, даром что в форме.
— На посту пить вредно. — Съехидничал я, но тут же добавил что попробую, хотя и не обещаю. Одно дело разговоры разговаривать с начальством, и совсем другое с рядовым составом. Только и в том, и в другом случае с подогревом гораздо лучше чем без него.
Протиснувшись обратно в дом, я споткнулся о стопку жестяных тазов, и едва не упал, с грохотом обрушив их на пол.
Но реакции не последовало. Отцы командиры крепко спали, расползясь кто куда. Капитан дополз до кровати, первый беспогонный уснул прямо за столом, а второй сполз таки на пол, и устроился возле печки.
— Слабаки... — заметив моё появление, развёл руками Леонид. — Перепить нас хотели... Тоже мне, специалисты...