Чужие степи 5 (СИ)

— Не пойму. — так же прищурился Леонид. — Чистенькая, вроде... Пойдём посмотрим?
Отказываться, я, понятное дело, не стал, всё равно ничего другого, кроме совсем уж проржавевшей газели мы не увидели, поэтому откладывать не стали, и через пару минут уже стучались в массивные двери.
Дом добротный, красного кирпича, с асфальтированной площадкой перед воротами явно был жилым, но открывать хозяева не хотели. Боялись, или их просто не было на месте.
Постояв и потарабанив ещё какое-то время, я нашёл удобный уступочек, встал на него, подтянулся, и, почти без усилий, перелез во двор.
Чистенько, аккуратненько, и ни души. 
Разобравшись с засовом, впустил Леонида, и игнорируя дернувшуюся штору, — в доме всё-таки кто-то был, мы прошли дальше, туда где стояла машина.
— Ну вот, что я говорил! — свежие комья грязи на асфальте указывали на «живость» нивы, о чём тут же, радостно сообщил Леонид.
— Заперто. — подёргал я дверь. — Надо хозяев звать. 
— Не надо. Это жигули, а не Ламборджини. — отмахнулся мой товарищ, и почти без замаха, одним движением, разбил заднее стекло с пассажирской стороны.
Я хотел сказать что и жигули бывают со всякими блокировками, иммобилайзерами, и прочими противоугонными приблудами, но здесь нам повезло, нива оказалась хоть и ухоженной, но весьма не новой, годов так начала девяностых, скорее всего ещё даже карбюраторная.
В общем, я промолчал, а Леонид, открыв двери, коротко бросил, 
— Прикрой. — кивком головы указывая на дом.
Хозяева явно нас видели, видели чем мы занимаемся, но выходить не спешили, наличие автоматов делало любые возражения не только бессмысленными, но ещё и опасными. 
Чему и я, и Леонид, конечно же, были несказанно рады.
Усевшись в салон, он сломал ещё что-то, — я чётко услышал хруст, и немного поковырявшись, завёл двигатель. 
Дальше единственной сложностью оказались ворота. Запертые на цепь с висячим замком, они, прежде чем сдаться, заставили нас потратить еще несколько минут. Но в итоге мы всё же выехали, и вскоре добрались до скучающих возле танка пацанов.
  
Глава 10
 
Собирались мы быстро, ни на что не отвлекаясь. Какие-то шмотки из располаги пацанов, свёрнутый в рулон, и закрепленный на броне брезент, неполная канистра бензина для нивы. Сколько было в баке, мы не знали, датчик не работал, а сунуть прутик, как на уазе, не давала изогнутая горловина. Да и не до того сейчас было, так или иначе, а у людей появятся вопросы, и бог знает чем всё это кончится. Поэтому надо уезжать, и чем скорее, тем лучше.
Не единожды пролетая на этой местностью, потеряться мы не боялись. Тем более что пока торчали здесь, разжились у погранцов картой, и уже по ней определили своё местоположение более детально. Километров семь до реки, вдоль которой проходит весь основной путь, на большом изгибе брод как-то переехать, и там по прямой до самой станицы. Главное, никуда не отклоняться.
С топливом тоже решили просто. Отъедем от посёлка, ниву за танк зацепим, и потащим, пока соляра не кончится. Ну а потом пересядем, и добравшись до дома, вернёмся за танком.
Я вообще где-то читал что танки имеют очень ограниченный ресурс, и рассчитаны на совсем короткие «перебежки», причем это касалось даже новых, только выпущенных заводом. А наш новым был лет сорок назад, поэтому преодоление им трёхсоткилометрового участка выглядело для меня не совсем реально.
«Не развалится?» — спросил я у нашего, «без году неделя» мехвода Витька, и получив ответ типа — «да куда он денется?», успокоился, решив положиться на «авторитетное» мнение.
В общем, закинув ещё одну канистру с водой в багажник нивы, мы построились в колонну — два транспортных средства, хоть и маленькая, но уже колонна, и закоптив небо чёрным дымом, с рёвом выехали из посёлка. К танку-землепашцу тут уже привыкли, поэтому наш отъезд особого интереса не вызвал.
До реки доехали быстро. Там тормознули, зацепили ниву за танк, и поменялись местами. Я занял место командира, а Саня составил компанию Леониду.
 
Не то чтобы мы не доверяли пацанам, но так было всё же спокойней. Мало ли, — от греха, как говорится.
Пока ехал в ниве, успел натрястись на кочках, но всё было привычно, — езда по целине не может быть комфортной в принципе. И пересаживаясь в танк предполагал что будет слегка пожёстче, но не ожидал что настолько. Теперь мне стала понятна доброта Леонида, который так любезно уступил место в башне. Наверняка он уже имел подобный опыт, и знал что это за «удовольствие».
Шлемофонов нет, рёв стоит такой, что мыслей своих не слышно. Пылища, вонь солярки и выхлопа, да ещё и трясёт немилосердно. 
А мне, с моими габаритами, вообще тяжко, как бы не я усаживался, что-нибудь, да мешало. Ладно хоть кресло оказалось достаточно мягкое. Но, в то же время, при всей своей неудобности, монотонный гул двигателя и неутихащее бренчание, оказывали успокаивающее действие, и я даже не понял как в какой-то момент заснул. Вроде, только что, всё было так неудобно, жёстко, а тут на тебе, укачало. Не знаю, но наверное после этого я стал иначе воспринимать эту машину. Свыкся с рёвом двигателя, лязгом гусениц и бренчанием железа. Перестал обращать внимания на постоянную вибрацию, и вырывающую ноздри вонь солярки.
Но всё равно, когда остановились, и я выполз из башни наружу, в голове ещё какое-то время шумело, и хотелось прилечь.
****
— И как тебе аппарат? — широко раскрыв дверь нивы, Леонид вышел, потянулся, и тут же сел обратно, с кряхтением хватаясь за спину.
— Лучше всех! Непередаваемое удовольствие! — бодро ответил я, с удовлетворением заметив промелькнувшее на его лице удивление. Он явно не ожидал такого ответа, наверняка рассчитывая что я буду жаловаться и проситься обратно.
— А у меня что-то спину щемит... — он снова встал, на этот раз уже аккуратнее, и делая вращательные движения тазом, будто крутит обруч, подошёл ближе, поставил ногу на верхнюю часть гусеницы, добавляя к разминке ещё одно движение.
— Так давай махнёмся, тут комфортненько... — спрыгивая на землю, я едва не упал, ноги подогнулись, и меня повело в сторону.
— Не... Ты уж сам, как-нибудь, осваивайся, а я стар для таких приключений... — заметив мою оплошность, усмехнулся он.
Глотать пыль с кочками, следуя в кильватере танка, наверняка то ещё удовольствие, но Леонид бодрился, так же как и я, делая вид что всё идет по плану.
— Видали, зверья здесь сколько? — выполз со своего места Витек, чумазый, но явно довольный. Мне даже казалось, что, несмотря на всю серьезность ситуации, он воспринимал происходящее как какую-то игру, словно имея под рукой позволяющую вернуться в реальность кнопку.
— Да уж видали... — протянул Леонид. — Тут это нормальное явление...
Я же промолчал, ибо из люка почти не высовывался, и кроме пыли, да ковыля, вообще ничего не видел. Обзор из башни так себе, и при движении не «по-боевому», командир обычно торчит в люке, но я не настоящий командир, поэтому продрых полдороги.
— Поохотится бы... Может попробуем? — мечтательно закатил глаза Витёк.
— Не... — поджал губы Леонид. — Шуму много от нас, а зверьё тут пугливое, близко не подойдём. Вот на ночлег остановимся, тогда вдоль реки и прогуляемся, разомнёмся хоть...
— Было бы неплохо. — согласился я, стараясь не обращать внимания на заурчавший желудок. Вот, что ни говори, а без мяса никак нельзя. Человек хоть и всеяден, но белок, причём именно животного происхождения, всё-таки должен быть основой рациона.
— А какие тут звери водятся? — спросил Саня. Сидя на пассажирском в ниве, он, также как и я, почти весь путь проспал, и сейчас сонно хлопал глазами.
— Всякие. — коротко ответил Леонид.
— И волки есть? 
— А куда же без них? И волки, и медведи, и много ещё кто, всех и не перечислишь... — под всеми Леонид явно имел ввиду тварей, но говорить о них сейчас не стал, видимо решив не портить впечатления парней от знакомства с миром.