Змеиный король (ЛП)

Мистер Флетчер снова закашлялся.
Papa и Юстас нахмурились, но именно молодой человек высказал мысль первым:
– Смею заметить, вы выражаетесь довольно дерзко.
– Все в рамках при... – попыталась замять дело Люси, но мужчины ее не услышали, противореча собственным цветистым словам.
– Дерзко? – Виконт опустил бокал. – Что вы имеете в виду?
– Ну, «возбуждаться». – Викарий покраснел.
О, ради бога! Люси открыла рот, но ей не дали вставить и слова.
– Возбуждаться, возбуждаться, – повторил лорд Иддесли, словно редкий идиот. – Прекрасное приличное слово. Наглядное и простое. Произносится в лучших домах. Слышал от самого короля. Честно говоря, превосходно описывает ваше теперешнее состояние, мистер Пенуибл.
Мистер Флетчер согнулся пополам, руками прикрывая покрасневшее лицо. Люси надеялась, что тот не задохнется от смеха.
Лицо Юстаса приняло тревожный красновато-коричневый оттенок.
– А как насчет «экстаза»? Хотел бы я послушать, как вы оправдаете это слово, сэр.
Виконт задрал свой довольно-таки длинный нос и взглянул на преподобного сверху вниз.
– Мне казалось, что вам, викарий, как никому, понятно, что «экстаз» – благочестивое и религиозное слово. Вы ведь солдат армии Ее Величества Церкви, ученый муж тонкого ума, чья душа стремится к божественному спасению, доступному лишь через Владыку нашего. – Лорд Иддесли прервался, чтобы съесть кусочек курицы. – А что еще, по-вашему, я имел в виду?
Какое-то мгновение джентльмены за столом лишь молча таращились на виконта. Люси раздраженно переводила взгляд с одного на другого. Ежевечерняя словесная перепалка ей уже порядком надоела.
Затем заговорил Papa:
– Мне кажется, это чистое богохульство. – И разразился раскатистым смехом.
Мистер Флетчер перестал давиться и расхохотался в голос. Юстас было скривился, но затем тоже пару раз хихикнул, хотя чувствовал себя явно не в своей тарелке.
Лорд Иддесли улыбнулся, поднял бокал и поверх него уставился на Люси своими удивительными серебристыми глазами.
Он богохульствовал, да и вообще вел себя неприлично, но Люси было все равно. При одном только взгляде на него у нее дрожали губы и перехватывало дыхание.
Она беспомощно улыбнулась в ответ.
***
Утром следующего дня Саймон, превозмогая боль в спине, пусть и не очень прытко, но таки сбежал с крыльца.
- Подождите! - закричал он вслед двуколке мисс Креддок-Хейз, которая меж тем, выехав на дорогу, уже почти скрылась из виду. - Эй-эй, подождите! - Боль жгла спину огнем, да и сил не осталось, так что Саймону пришлось остановиться. Он согнулся и, опершись руками на колени, попытался отдышаться. Неделю назад виконт бы даже не запыхался.
Позади него у дверей Креддок-Хейза ворчал себе под нос Хейдж:
- Дуралей, он и с титулом дуралей. Сперва по дурости рану получил, а нынче вот за девчонкой бегает. Пущай и такой, как мисс Люси.
Саймон с ним полностью согласился. Его спешка просто нелепа. С каких это пор он, лорд Иддесли, бегает за юбкой? И все-таки ему страшно хотелось поговорить с мисс Креддок-Хейз и объяснить свое вчерашнее неджентльменское поведение. Ну, или разговор - всего лишь предлог. Возможно, ему просто необходимо ее общество. Саймон осознавал, что песок времени быстро убегает у него сквозь пальцы. Вскоре не останется ни одной причины и дальше пребывать в спокойном городке Мейден-Хилл. Еще немного, и Саймон больше не увидит своего ангела.
К счастью, Люси услышала его окрик. Остановив двуколку у самого подлеска, в котором исчезала дорога, и повернувшись на сиденье, она глянула на виконта. И развернула лошадь назад.
- С чего это вам вздумалось за мной бежать? - возмутилась леди, едва подъехав к Саймону. Его «прыть» ее вовсе не впечатлила. - У вас же откроется рана.
Виконт выпрямился, стараясь не походить на дряхлую развалину.
- Ничтожная цена за минуту вашего приятного общества, о прекрасная леди.
Хейдж фыркнул и с громким стуком захлопнул за собой дверь. Однако Люси ответила виконту улыбкой.
 
- Вы ведь едете в город? - спросил Саймон.
- Да. - Люси склонила голову. - Но это не город, а почти деревушка. Вряд ли там найдется что-нибудь, что вас заинтересует.
- О, вы удивитесь, но скобяная лавка, крест посреди площади и старинная церковь - все это просто завораживает!
Саймон запрыгнул в двуколку, отчего та покачнулась, и уселся рядом с Люси.
- Желаете, чтобы правил я?
- Нет. С Кейт я справлюсь сама. - Люси причмокнула, побуждая крепкую лошадку, которую, по-видимому, и звали Кейт, тронуться в путь.
- Благодарил ли я вас за милосердное спасение из канавы?
- Полагаю, да. - Люси бросила взгляд на Саймона, а затем снова отвернулась к дороге, так что ее лицо скрылось за полями шляпки. - А я вам говорила, что сначала нам показалось, будто вы мертвы?
- Нет. Прошу прощения, что подверг вас таким испытаниям.
- Я рада, что вы не умерли.
Саймон пожалел, что не видит ее лица.
- Так же, как и я.
- Я подумала… - Она не смогла подобрать слов и начала сначала: - Это было так странно - найти вас. Был день как день - самый обычный, и вдруг я смотрю вниз и вижу вас. Сперва я не поверила глазам. Вы совсем не вписывались в мой мир.
«И с тех пор ничего не изменилось», - подумал Саймон, но промолчал.
Люси тихо добавила:
- Как будто я наткнулась на некое волшебное существо.
- А потом вас ждало сильнейшее разочарование.
- В каком смысле?
- Ну, вы поняли, что я слеплен из обычной глины и во мне нет ни капли волшебства.
- Ого! Я непременно опишу сегодняшний день в своем дневнике.
Повозка въехала в дорожную рытвину, и Саймона откинуло на Люси.
- Почему?
Она серьезно нараспев произнесла:
- Второе декабря, около полудня. Виконт Иддесли высказывается о себе в уничижительном тоне.
Саймон расплылся в улыбке, как дурак.
- Туше.
Люси не повернула головы, но виконт заметил, что щека ее дрогнула от улыбки. Саймону вдруг захотелось выхватить поводья из рук леди, завести лошадь на обочину и обнять своего ангела глиняными ручищами. Возможно, у нее даже найдется заклинание, способное обратить уродливое чудовище в человека.
Да уж, и заодно испортить ангела.
А потому Саймон не пошел на поводу у своих желаний, а лишь подставил лицо зимнему солнцу, пусть и слабо гревшему. Как же хорошо на свежем воздухе! Даже несмотря на прохладный ветер. И как же приятно сидеть рядом с Люси! Вот и боль в плече стихла до тупой пульсации - ему повезло, рана все же не открылась. Саймон продолжил наблюдать за ангелом. Она сидела совершенно прямо и умело управляла лошадью, ничуть при этом не рисуясь, в отличие от его знакомых леди, которые, везя джентльмена, вдруг превращались в драматических актрис. На голове у Люси была простая соломенная шляпка, завязанная под левым ухом, а поверх светло-серого платья надет серый же плащ. До Саймона вдруг дошло, что он никогда не видел ее в одежде другого цвета.
- А почему вы всегда носите серое? - поинтересовался он.
- Что?
- Ваше платье. - Он указал рукой на ее наряд. - Вы всегда в сером, словно прелестная маленькая голубка. Если вы не в трауре, то почему так одеваетесь?
Люси нахмурилась.
- Я полагала, джентльмену не подобает обсуждать, как одета леди. Разве в Лондоне иначе?
Ого. А настроение у ангела сегодня боевое.
Саймон откинулся на сиденье, опершись локтем за ее спиной. Он сидел так близко, что чувствовал тепло Люси своей грудью.
- Да, по правде говоря, иначе. Кстати, леди приличествует безудержно флиртовать с джентльменом, которого она везет в двуколке.
Люси поджала губы, по-прежнему не желая смотреть на своего пассажира.
Это только раззадорило Саймона.
- И тех леди, что не следуют этой традиции, порицают. Часто можно увидеть, как столпы общества укоризненно качают головами, оплакивая бедные заблудшие души.