Наследница в академии магии
После супа сделали небольшую паузу. Таширы дожидались второго блюда за рюмкой горькой настойки. После девушка узнала, что она улучшала пищеварение.
– Вы пьете вино? – неожиданно обратился к Бри Уорвик, почтительно, как к равной.
Девушка кивнула. Более того, не спутала бы, какое к рыбе, а какое к мясу.
– В таком случае составите мне компанию. Супруга предпочитает за обедом другие напитки, а у Кевина завтра зачет.
– Отец! – возмутился юный некромант.
– Я знаю, что делаю, – отрезал барон, взглядом осадив сына. – Наберешься моего опыта, можешь пить сколько хочешь и когда хочешь. Завтра тебе нужна трезвая голова. И сегодня тоже, поэтому с девочкой не засиживайся.
Британи положила салфетку рядом с тарелкой и, сдерживая злость, поднялась.
– Благодарю за гостеприимство, милорд, – у мещанок тоже есть чувство собственного достоинства, – но, полагаю, вы ошиблись на мой счет. Всего доброго! Не хочу занимать чужое место.
– Сядьте!
Рука Уорвика перехватила ее руку, заставила вновь опуститься на стул.
– Приятно видеть порядочную барышню. Увы, сейчас они большая редкость. Ешьте спокойно. Сейчас нужно взять вон ту большую вилку справа, – неожиданно подсказал барон.
Хм, ей понравилось своеобразное извинение. Ташир-старший умудрился одновременно не унизить себя и компенсировать пережитые Бри волнения. Словно учитель, он спокойно, терпеливо подсказывал, как есть то или иное блюдо, в итоге к концу обеда девушка немного освоилась. Она осоловела от такого количества еды и крепкого вина, успела позабыть, зачем согласилась поехать с Кевином. Зато его отец помнил и после обеда увел Бри в свой кабинет. Последнее крайне не понравилось Мелани. Однако баронесса ограничилась лишь предостерегающим взглядом и недовольно поджатыми губами.
– Заглянешь потом ко мне! – шепнул Кевин. – Я у лестницы подожду.
Британи с мысленной усмешкой подметила, что сомнительные события в ее жизни непременно связаны с бароном Таширом. Он как злой вестник умудрялся притягивать неприятности. Но сейчас, по крайне мере, она полностью одета и не хромает.
– Итак? – не став садиться, едва ли не с порога поинтересовался Уорвик.
– У Кевина завтра нет зачета.
Они замерли друг против друга, вступив в поединок взглядов. Бри отвернулась первой, все же ей недоставало опыта, и без спроса опустилась в кресло для гостей.
– Причины моих поступков вас не касаются, но все они направлены на благо сына.
Девушка пожала плечами.
Интересно, со временем Кевин станет похож на отца? Последний вызывал двойственные чувства: уважение вперемежку с неприязнью. Может, дело в его глубоко посаженных глазах, придавших лицу жесткое выражение.
– Я остался дома не для того, чтобы играть в молчанку, – напомнил Уорвик. – Ваше общество, уж простите, тоже не заменит беседы с друзьями.
– В таком случае милорду следовало уехать, а не перекладывать вину за свое решение на мои плечи, – парировала девушка.
Она испугалась, барон вспылит, но он лишь усмехнулся и оперся поясницей о торец стола.
– Взрослеете! Темная кровь этому способствует. Так как, барышня, о чем вы хотели поговорить?
Британи задумалась. Действительно, с чего начать? В итоге она осторожно поинтересовалась:
– Как хорошо вы знаете господина Лабриана?
– Которого? – ничуть не смутившись, уточнил темный маг.
– Обоих, – не стала выбирать Бри.
– А вы рисковая барышня! – одними губами усмехнулся Уорвик и шагнул к замершей в напряжении девушке, встал прямо перед ней. – Не боитесь?
– Чего? Вы отец моего друга, добропорядочный подданный короны.
На самом деле она боялась, до вставших дыбом волосков, но понимала, барон уважал напор и силу. Если Британи хочет чего-то добиться, то не должна мямлить и просить.
– Друга? – будто взвешивая ее слова, повторил темный маг. – Сколько вам, госпожа Орув? Семнадцать, восемнадцать?
– Мужчине неприлично задавать подобные вопросы, – напомнила девушка, догадываясь, куда он клонит.
Ее начинали раздражать грязные намеки. Может, у Кевина и репутация ловеласа, но Британи на него не вешалась и вешаться не собиралась. И уж точно немедленно пресекла бы общение, если бы некромант попытался лапать.
– Бросьте! – отмахнулся Уорвик и, к облегчению Бри, отошел к шкафу. – Кокетничать в отношении возраста вам еще рано. Я предупредил, но дело ваше, хотите опыт, получите.
Больше о Кевине не сказали ни слова.
Барон не торопился обсуждать братьев Лабрианов. Словно забыв о присутствии Британи, он вытащил одну из банок с непонятным содержимым и задумчиво рассматривал на просвет. Сначала девушка злилась на него, а потом внезапно испытала жгучее желание ознакомиться с неведомым ингредиентом. Сделать это можно было одним единственным способом – открыть крышку, так как надпись на банке отсутствовала. Бри и не заметила, как вытянула шею, рискуя упасть, всем телом потянулась к манившему сосуду.
– При иных обстоятельствах Кристиан Лабриан оценил бы ваше любопытство. – Оказывается, Уорвик все видел. – Если бы остался жив, разумеется, и выбрал иную дорожку. Вы не природница, барышня. У меня есть подозрения насчет вашей истинной темной сути, но пусть разбирается Алан.
Барон убрал банку на место и обернулся к Бри.
– Это большая ценность, – он кивнул на полку. – Многие маги готовы убить товарища за четверть унции ее содержимого, а здесь целых три. Кристиан Лабриан некогда состоял в ордене, этим наше знакомство исчерпывается. Я не веду дел с преступниками.
– А что он сделал?
Ответ ошеломил:
– Воспользовался содержимым той банки.
Девушка часто заморгала и нахмурилась. Если она правильно поняла, некогда таинственный ингредиент принадлежал Кристиану Лабриану.
– Не все виды магии разрешены. Его исключили из ордена, объявили охоту. Кристиан Лабриан представлял серьезную опасность для королевства.
– Однако вы приняли его, не попытались задержать на балу.
– Просто соразмерил вред от последствий обоих решений. Ни мне, ни гостям Кристиан бы не навредил. Раз так, можно ненадолго закрыть глаза на его присутствие. Гвена я знаю гораздо лучше. Темные пятна в биографии ректора отсутствуют. Но даже если бы имелись, неужели вы думаете, барышня, – рассмеялся он, – что я бы о них поведал?
– Милорд, – не сдавалась Британи, – я интересуюсь не из праздного любопытства. Сегодня Гвен Лабриан сделал мне предложение…
– Что ж, поздравляю! – сухо отозвался Уорвик. – Надеюсь, вы его приняли.
– Вовсе нет! – вспыхнула девушка. – Он… он меня не любит, я его тоже, просто мастер Лабриан… Он сказал, что меня хотят убить, только брак с ним успокоит преступника. Якобы негодяй с легкостью уничтожит даже вас, остановить его способен лишь мастер Лабриан.
– Убить? – Брови барона удивленно приподнялись. – Уничтожить меня? А вот с этого места поподробнее.
– Ну, – стушевалась Британи, – я тогда спросила, нельзя ли выйти замуж за того же Кевина, просто так, для примера, – торопливо добавила она, видя, как нахмурился собеседник. – Вдруг его защиты хватило бы? Он ведь лучший студент академии, а вы и вовсе знаменитый темный маг…
– Обойдемся без лести! – оборвал ее Уорвик. – Итак, что ответил Гвен? Как я понимаю, главное условие вашего спасения – заключение брака. Спасения от кого или чего?
– То-то и оно, милорд, я не знаю, – развела руками девушка. – Мастер Лабриан отказался говорить. Словом, – она вздохнула, – мне очень нужна ваша помощь. Вдруг вы что-то слышали? Я не хочу выходить за мастера Лабриана, пусть даже вы сочтете меня круглой дурой.
Барон задумчиво почесал кончик носа и, заложив ногу за ногу, устроился в своем кресле. Британи не торопила его, понимала, сейчас давить нельзя.
– Слишком мало фактов! – покачал головой темный маг. – Но речь явно о вашей родословной. Я продолжаю настаивать на том, что вы приемная дочь, а ваши предки тем или иным способом восходят к Бернадет.
– Но она умерла бездетной, я проверяла, милорд!