Ласковый холод Сибири (СИ)

— Попробую. — Сдался Яр. Идея тоже была неплохая. — А другое что-нибудь можешь посоветовать?
— Была бы у тебя ткань на продажу, нашлись бы варианты, а так, ничего в голову не приходит. Ложек им нормальных наделай. Едят деревянными. Как не проносит их только. Это же рассадник микробов!
— Ложками я заниматься точно не буду. Не вижу смысла. Пух ножи предложил, в рекламных целях делать. Это куда ни шло. Но ложки или тарелки? Бессмысленная трата сил.
— Ладно. Если придёт что-нибудь в голову до отъезда, то скажу. — Влада слезла с коленей Пуха. — Не буду вам мешать, ломать голову дальше.
— У тебя же ещё мысль есть. — Яр посмотрел на Пуха. — Говори уж.
— Посуда! Подожди! — Он остановил собравшегося возразить Яра. — Не ты будешь делать. Близнецы справятся.
  
Глава 19
 
— Сгинь нечистая сила! — Орал священник из местной церквушки со стены острога. Далее он затянул какую-то молитву, голосом драной кошки.
Снегоход стоял перед наглухо закрытыми воротами. Внутрь его отказывались впускать. Упёрся местный священник. Стражники вызвали его заранее на городскую стену и заперли ворота, когда заметили вдалеке чудо-повозку.
Яр поменял на снегоходе траки на композитные из углерода. Кварцевые быстро изнашивались, и их приходилось периодически восстанавливать. Также он заменил на нём стенки кабины, но уже по соображениям безопасности. Из-за этих переделок снегоход поменял свой цвет на чёрный и стал заметен издалека.
— Купца в селе нет. — Сообщил Дух. — А у попа натуральная истерика. Тебя народ уже признал, но против попа идти не хочет.
— Чего он на нас взъелся? В жизни не поверю, что он наши «чудеса» сразу к нечистой силе приписал. — Недоумевал Яр.
Он вышел из кабины и стоял перед воротами.
— Здесь мало постоянных жителей. Приезжие сразу в церковь идут, молиться об успешном завершении дороги. Пожертвование соответствующее делают церкви. Ты же напрочь его проигнорировал. Хотя в средствах не стеснён. Вот он и бесится. Несезон сейчас для пожертвований, приходится попу вынужденно поститься да злится на всех.
— Нихрена ты разведчик! Откуда столько информации накопал?
— Люди разговаривают. Представление обсуждают, которое поп устроил.
— Пух, закинешь меня плавненько на стену телекинезом? — Спросил Яр, возвращаясь к кабине. — Надо со святым и жадным отцом побеседовать.
— Без проблем. Пошли. — Пух выбрался с водительского сидения.
Они приблизились вплотную к деревянным воротам. Сила мягко подхватила Яра и перенесла через стену. Помоста, идущего по верху тына, Пух не видел, поэтому ориентировался на людей, стоящих на нём.
Защитники были вооружены кремневыми ружьями и луками со стрелами. Но у них хватило ума не направлять его на Яра. Люди вообще вели себя уважительно, по отношению к нему, только авторитет церкви заставлял их поддерживать попа.
Мягко приземлившись на ноги, Яр сделал рывок к святому отцу, уже нацелившемуся на него серебряным крестом. Он позволил попу прижать крест к своему лицу. Подождал несколько секунд, слушая истеричные завывания, долженствующие означать молитву. Потом перехватил руку с крестом и отвёл в сторону, а второй рукой приподнял попа над помостом.
— Заткнись, святой отец. — Коротко рявкнул Яр. — Убедился, что я не исчадие ада, так прекрати имя своего бога всуе вспоминать. Не греши понапрасну. Может, тебе стоит заповеди освежить в памяти?
С боков подошли люди и столпились на помосте, при этом сохраняя дистанцию. Ещё больше народу собралось внизу. По другую сторону стены Пух с интересом наблюдал за представлением.
— Кто ты такой, чтобы мне, рассказывать о господе нашем Иисусе Христе? — Возмущённо запищал поп.
— А ты кто? — Громко, чтобы все слышали, спросил Яр. — Ты служитель церкви, презревший в своём высокомерии все заветы Его! Перечислить, сколько заповедей своего бога ты нарушил, только за сегодня?
— Кто ты такой, чтобы судить меня? — Как заезженная пластинка верещал поп.
— Э нет, поповская морда. Это ты меня судишь, чем уже нарушаешь заповеди Его. Что у тебя за грехи ещё накопились? Хочешь, перечислю? — Яр легонько тряхнул попа, когда он снова потянулся крестом к его лицу. — Чревоугодие. Пожрать ты любишь. Даже в пост. Повезло, что уродился тощим и можешь жрать, не толстея. — Поп действительно был худощавый и невысокого, даже по местным меркам, роста. — Гордыня тебя замучила. — Продолжил Яр. — Решил, что ты здесь самый главный и всем пытаешься указать, что делать и как жить.
 
Вокруг одобрительно загудели сельчане. Видимо, Яр угадал с последним предположением.
— Ты дьявольское отродье, не смеешь судить меня! — Прошипел поп.
— Я и не собираюсь судить тебя. Мне это не нужно. Это нужно тебе. Ты хоть скатился вниз, собирая все возможные грехи, но путь к богу всем открыт. — Яр зажал телекинезом рот попу, который порывался что-то сказать. — Иди в свою церковь и кайся перед ликом его в грехах своих. А чтобы не забыл в чём каяться, ты списочек составь. Для себя. Читай его и думай, как измениться к лучшему. Возможно, бог простит тебя. А пока нет у тебя права службу вести, ибо греха на тебе больше, чем на любом твоём прихожанине.
— Кто ты такой? — Уже со страхом в глазах спросил священник, когда Яр отпустил его и вернул возможность говорить. — Какой ты веры?
— Я Князь. У меня с богами свой уговор и свои отношения.
— Бог един! — Возразил священник.
— Ага. — Не стал спорить Яр. — Только в котлах, почему-то варится священников больше чем убийц. Слышал такое слово: «душегуб»? Вот то-то и оно, что убийца убивает лишь тело, а вы, священники, в своём презрении к заповедям божьим, губите души людские. Ответственность за свои деяния все несут, но кому больше дадено, с того больше и спрашивается. А вам дадено на путь истинный людей наставлять. Какой из тебя наставник, если ты сам в грехах по уши! — Толпа примолкла, не решаясь встать, на чью-либо сторону. — Подумай над моими словами.
Народ вокруг тихонько перешёптывался, обсуждая произошедшее. Священник впал в ступор, отключившись от окружающей обстановки. Но внезапно он начал шарить по карманам шубы, накинутой на рясу, и вытащил серебряную фляжку.
— Сын мой. — Обратился к нему священник уважительно, что несколько удивило Яра, так как контрастировало с его предыдущим поведением. — Позволь, я окроплю тебя святой водой?
Дух определил, что вода во фляге самая обычная, поэтом Яр согласился без колебаний. Священник взмахнул флягой, от души поливая его и стоящих за ним людей. Вода начала стекать по лицу и одежде Ярослава, только длилось это недолго. Внезапно вся жидкость отделилась от его тела и собралась в прозрачный шар, зависший перед лицом. Вздох изумления пронёсся по толпе. Такой же вздох, чуть не вырвался у Яра, когда водяной шар превратился в маленькую фигурку ангела. Он висел в воздухе, мерно помахивая большими крыльями. Ангел обвёл взглядом людей и остановился на священнике. Затем шустро подлетел к оторопевшему попу и коснулся его лба маленькой ладошкой. После этого ангел рассыпался на мелкие капли,
Священник от прикосновения, казалось, испытал оргазм несусветной силы. Его лицо сначала исказила гримаса, которая через несколько секунд сменилась на умиротворённое выражение. Он еле устоял на подгибающихся ногах, подшагнул к частоколу и присел, привалившись к нему. Народ загудел громче.
— Помогите святому отцу дойти до дома. — Первым сориентировался Яр. — Слышишь меня? — Обратился он к нему.
— Слышу, внук божий. — Улыбаясь, ответил священник. — Я сам дойду. Только посижу немножко и в себя приду.
— Чем ты его так приложил? — Спросил Дух. — Не знал, что ты можешь так виртуозно с водой обращаться.
— А это не я. — Мысленно ответил Яр. — Воздействовать на мозги я точно не умею, а попу нехило простимулировали выброс эндорфина.
— Он назвал тебя божьим внуком. Вряд ли это случайность.
— Я заметил. Опять боги, наверное, шутят. Надо подальше от них держаться.