Скованные одной цепью, или Я тебе не жена! (СИ)

Он в самом деле оказался высоким и широким в плечах. В облике угадывалась южная кровь –
скорее всего, испанская или итальянская. Смуглое лицо, обрамленное жесткими темными волосами, могло бы быть красивым, если бы не жесткость, даже безжалостность в чертах. Глядя в темно-карие глаза, на ум приходило всего одно — от этого человека пощады ждать не стоит.
Я мгновенно отстранилась. А он выпрямился и усмехнулся.
— Сообразительная. Теперь, кстати, можешь визжать.
— А это поможет?
— Нет.
Оглядевшись, я поняла это и без него. Куда бы мы ни попали, это больше не был краеведческий музей.
Сводчатые стены из красного кирпича напоминали старинный погреб. Ни одной электрической лампочки я не заметила, как и других признаков цивилизации. Меня словно перекинуло в
Западную Европу лет на пятьсот назад: в медных канделябрах горят свечи, в дальнем углу под потолком висят пучки трав. На массивном столе лежат листы плотной желтоватой бумаги и связка очиненных гусиных перьев, стоит несколько серебряных кубков на подносе и такой же кувшин. В
углу — приоткрытый гардероб, набитый разнообразными нарядами.
Только латных доспехов в углу не хватает, а так — идеальная экспозиция из музея о средневековом быте зажиточного человека. Однако интуиция подсказывала, что это не она. В моем городе ничего подобного не было, да и опыт, который я только что пережила, не поддавался разумному объяснению.
Я еще раз посмотрела на шаманский камень. Он был такой же высоты, такой же округлой формы, но поверхность более гладкая и символы четче. Повсюду виднелись трещины — похоже, менгир раскололи, а затем собрали вновь.
На всякий случай я провела ногтем себе по коже. Больно. Значит, это не сон. Если я все еще в своем уме, в чем убедиться гораздо сложнее, значит, весь этот бред происходит взаправду.
— Где я?
Мужчина насмешливо приподнял бровь. Удивительно, что в этой обстановке он, одетый в современные брюки и пиджак, казался анахронизмом.
— Не будешь ни кричать, ни падать в обморок?
— А смысл? — спросила я. — Хотя если это заставит тебя вернуть меня домой…
— Если бы это было так просто, зачем бы я стал тебя сюда приводить? Ты выглядишь женщиной умной, наверняка уже догадалась, что подобное путешествие, — он кивнул на менгир, — по щелчку пальцев не устроишь.
Логично.
— И не бегай так глазами, — добавил похититель. — Отсюда тебе не выбраться, пока я не позволю.
Лучше присядь, расслабься. Вина?
Он подошел к столу и приподнял кубок. Я помотала головой — нет, спасибо, но в деревянное кресло опустилась. Ноги после путешествия держали плохо.
Из темноты внезапно выступил новый человек. Он стоял так тихо, что я в сумраке погреба спутала его с деталью интерьера. Мужчине на вид исполнилось лет шестьдесят, носил он одежду, которую я бы описала как ливрею. Слуга — в наше время?
Кем бы он ни был, но подошел к похитителю со смиренно опущенной головой, проговорил что-то на непонятном наречии и подал кубок с темной жидкостью. Похититель взял сосуд и отпустил слугу взмахом руки.
— Спасибо, Эно. Выпей, — это уже относилось ко мне. — Потерпи немного, не шевелись.
Он положил ладонь мне на волосы, неаккуратно их взлохматив, и зашептал. Язык походил на тот же, которым пользовался слуга, но я не узнавала ни слов, ни звучания в целом. Что это — суахили?
Иврит? Папуасский?
Что вообще происходит?
Горьковатую жидкость я цедить не стала, опрокинула в себя махом. Если там яд, мне все равно деваться некуда.
Голову сразу наполнил шелест. На миг почудилось, что мне в уши едва слышно шепчут десятки людей, но стоило шевельнуться — и ощущение исчезло.
Маньяк убрал ладонь, сбросил пиджак и сел в кресло напротив меня, закинув ногу на ногу.
— Теперь ты будешь понимать наш язык. Читать не сможешь, пока не изучишь алфавит, но на первое время хватит и этого.
— Первое время? — перебила я. — Меня что, взяли в рабство? Кто ты такой вообще и куда меня привел?
— Можешь называть меня Дайш, — холодно ответил он. — Вопросы здесь обычно задаю я, но, поскольку ты новенькая, пока я тебя прощу. Дальше слушай внимательно. Ты теперь в другом мире. Единственное пересечение с твоей родиной — в этом камне. А в нем — портал, дверь в Ось миров, где пересекаются дороги к десяткам, а то и сотням земель. Трогать его не советую –
 
открыть портал у тебя не выйдет, а если разобьешь его, домой не попадешь уже никогда.
— Другой мир? Но…
— Нет, ты не умерла, хотя души тоже могут путешествовать по Оси миров, если их кто-нибудь призовет. Впрочем, не советую пробовать этот способ. Смерть — штука неприятная, можно и не воскреснуть.
Я сглотнула.
— Окей… — на лице Дайша отразилось непонимание, и я поправилась: — Ясно. И что у вас тут… э-э…
в другом мире? Отчаянная нехватка музейных работниц?
Ни намека на улыбку. Взгляд оставался таким же ледяным, как минуту назад.
— В твоем мире магии нет, но я ощутил ее присутствие, когда впервые попал к вам около недели назад. В наших мирах время течет по-разному, поэтому не могу сказать точно, когда это было у вас. Десять-двенадцать дней назад?
То самое время, когда охранники впервые заметили странного мужика в главном зале, торчащего возле шаманского камня. Выходит, вот кто это был.
— Источником магии оказалась ты. Даже у нас редки колдуны такой силы. Здесь ты можешь добиться многого, а там… — он пожал плечами. — Как ты говоришь — музейная работница? Звучит жалко. А твоя молодость уже увядает.
Ничего себе — увядает. Я аж оскорбилась, несмотря на весь кошмар ситуации. Да мне всего двадцать восемь, баба в самом соку, можно сказать!
— Слушай, если так хочешь мне помочь, верни домой.
— Откажешься от славы и почета, которые могла бы завоевать у нас, и будешь до старости клевать носом за отчетами? Твое дело. Но сначала ты для меня кое-что сделаешь.
— Что? Построить для тебя дворец за ночь? — настал мой черед пожимать плечами. — Мне жаль разочаровывать, но я не джинн из лампы и не умею колдовать, что бы ты там себе ни думал.
— Никаких дворцов за ночь и прочих детских сказок. Я прекрасно осознаю, что как маг ты не обучена и пока ни на что не способна. Поступим так: я обеспечу тебе жилье и учителей, а ты достанешь для меня несколько предметов.
— Каких?
— Плащ, маску, запечатанный сосуд и другие мелочи. Здесь список, — он протянул мне бумагу со стола и тут же приподнял уголок губ. — Ах да, ты же не умеешь читать на нашем языке. Придется поверить мне на слово.
Сволочь. С тем же успехом он мог нарисовать на бумаге случайные значки и водить меня за нос.
Однако все та же интуиция подсказывала, что с психопатами лучше не спорить.
— Ты даже именем моим не поинтересуешься?
— А какая разница? Свое иномирное имя тебе здесь нельзя будет упоминать. Но допустим, что это может иметь значение. И как тебя зовут?
— Юлия.
— Да, совершенно не по-нашему звучит, — медленно проговорил он. — Лия… Думаю, так сойдет.
И в самом деле, еще куда ни шло. Я уже ждала чего-нибудь гораздо хуже.
— Хорошо. Что потом — ну, после того как я достану то, о чем ты просишь? Откроешь портал и вернешь меня домой?
Господи, даже само это слово — «портал» — звучало по-идиотски.
— Именно.
— И никаких подвохов?
— Конечно с подвохами. Но я же не буду тебя в них посвящать вот так сразу, при первой встрече.
Юморист чертов. Я криво ему улыбнулась. Ладно, примем это за своеобразную честность и сочтем хорошим признаком.
— У тебя все равно нет выбора, — спокойно сообщил Дайш. — Я могу запереть тебя в подвале и заморить голодом. Могу отрезать что-нибудь не жизненно важное, чтобы ты прочувствовала необходимость делать то, что приказывают, — он как бы невзначай повертел в пальцах знакомый кинжал. — Если ты нечаянно умрешь при этом, о тебе никто никогда не узнает и не найдет твое тело. Но вместо этого я предлагаю тебе договор, после выполнения которого ты вернешься домой. Лучше, чем ничего, разве нет?