Скованные одной цепью, или Я тебе не жена! (СИ)

Желание смеяться у напарника мгновенно пропало. Он спрятал руку с браслетом под стол. Точно так же поступила и я.
Интересно, почему в каждой вселенной, где существуют эльфы, обязаны быть гномы? И причем они обязательно будут ненавидеть друг друга? Наверное, это что-то из разряда законов Ньютона или упавшего бутерброда.
— Эльфятиной? Какой эльфятиной? — деланно удивился Асгер.
— Мы по заданию прошлой ночью ковырялись в эльфийских вещах, — «припомнила» я. — Вот это нюх у тебя, Оррс…
Лесть сработала. Гном ухмыльнулся так, что его плоское, будто встретившееся со сковородкой лицо разъехалось на две половины.
— Это да, нюх у меня всегда был отменным. Ну ладно, я пойду, а то эль согреется. Асгер, ты тоже приходи играть, для тебя местечко за столом найдется.
Напарник отделался ничего не значащим обещанием и, как только Оррс отошел подальше, наклонился ко мне.
— Ты могла бы играть и получше. Спасибо и за то, что не стала кричать, что никакого свидания у нас нет.
— К счастью, Оррс в это и так не поверил.
— Плохо. Ты должна стать моей женщиной. По-настоящему, так, чтобы ни у кого, даже у нас с тобой, не возникло в этом сомнений.
Медовые глаза северянина пристально посмотрели на меня. Сильная рука стиснула мое запястье с браслетом, сковавшим нас магической цепью.
Я отвела взгляд — что угодно, лишь бы не видеть выгравированную на серебре надпись «Муж и жена на веки вечные».
— Зачем? Это тоже часть какого-то твоего плана по возвращению долга клану?
— Нет. Как ты собираешься объяснять всем остальным, почему мы не можем отойти друг от друга дальше, чем на десять-пятнадцать шагов? И потом, я просто этого хочу. Ты красивая женщина, Лия. Ты в самом деле думаешь, что можно проводить с тобой столько времени вдвоем и оставаться холодным?
Щеки сразу же вспыхнули. В команде часто делали комплименты силе моей магии, но внешности
— никогда. Асгер знал, как задеть за живое.
Как теперь сказать ему, что отношения между нами невозможны?
Я со вздохом откинулась назад, аккуратно высвободила свою руку из ладони напарника и потеребила браслет. Под внимательным взглядом Асгера даже язвить перехотелось.
— Ас… Все не так просто.
— Что — у тебя с Дайшем все-таки что-то есть?
От неожиданности я моргнула.
— Почему ты так решил?
— Потому что он не только поручает лучшие задания, но и дорожит тобой. Замечала, как на тебя в таверне все озираются? Думаешь, это потому что они боятся тебя? Нет, они боятся, что из-за тебя им влетит от Дайша.
Не удержавшись, я украдкой оглянулась. И в самом деле, на меня время от времени посматривали все — от хозяина заведения и подавальщиц до зеленых новичков, принятых в число «своих» недавно и пока еще только нарабатывавших репутацию. Я всегда считала, что это из-за моей колдовской силы — редко кто может сочетать все стихии вместе, обычно маги специализируются на чем-то одном. Но если хорошо подумать, я не единственный одаренный в своей сфере специалист и не единственный маг, который есть в команде, а посматривали так мало на кого.
— Но я нанимателю не любовница, — тихо сказала я. — У нас нет ничего. Совсем ничего.
— Тогда почему ты не хочешь становиться моей женщиной? — нахмурился Асгер. — Это значительно облегчит нам обоим жизнь. Подумай сама. Я живу тут, наверху, если ты не знала, — он кивнул на потолок, намекая на этажи над таверной. — У нас одна комната на троих: меня, Оррса и Арвальдо.
Мальчишка теперь мертв, но у тех, кто ночует в соседних комнатах, все равно возникнут вопросы, почему я вдруг начал таскаться ночевать в особняк Дайша. И наоборот, если ты внезапно захочешь занять место Арвальдо, это тоже вызовет слухи. Что я должен всем говорить: что мы с тобой оказались разлученными в детстве братом с сестрой? Над этим будут ржать даже кентавры.
— Они над всем ржут, — я поджала губы. — Слушай, мне, конечно, приятно, что ты разглядел во мне женщину, но повторяю: все не так просто. Знаешь, почему Оррс не поверил в свидание со мной?
За все два года я ни разу не подпустила к себе мужчину. Дала от ворот поворот даже тем, кто –
 
извини — был получше тебя. Если я после всего свяжусь с тобой, это будет выглядеть подозрительно.
Асгер, до этого сидевший в расслабленной позе, сложил на груди руки. Довольно недвусмысленный знак, что мой отказ его задел. Тут же последовала и ответная «любезность».
— Ну, я тоже привык к женщинам, на которых есть хоть немного мяса. Но выбора у нас немного, так ведь? К слову, а почему ты всем отказывала?
Поскольку я молчала, он наклонился ближе и нетерпеливо качнул головой.
— Задери меня лесные мары, Лия! Эту комбинацию не получится достойно разыграть, если у нас будут сплошные секреты. Я тоже не в большом восторге из-за того, что пришлось рассказать тебе про клан. Давай, немного откровенности — и мы провернем все так ловко, что комар носа не подточит.
Ладно. В конце концов, это не так уж надолго. Как только мы избавимся от браслетов, можно будет забыть друг о друге, как о страшном сне.
Однако признаться в том, что меня пугает возможное повторение истории с бывшим мужем, оказалось труднее, чем я думала. А ведь мне казалось, что в вечной круговерти опасных заданий, изучения магии, освоения нового мира я давно забыла о том, как со мной поступил Дёмкин –
такое для Димы, бывшего мужа, у меня было ласковое прозвище.
Если подумать, у них с Асгером было что-то общее. Не во внешности — Дима брюнет, ростом ниже и комплекции более изящной. Но женщины всегда смотрели на него с таким же восхищением, как сейчас — подавальщица Карси на Асгера, да и вообще почти каждая посетительница таверны. Хуже всего, что и мне вдруг показалась не такой уж отвратительной мысль взгромоздиться северянину на крепкие колени и подремать в его медвежьих объятиях.
Я сглотнула.
Нет. Просто нет. Я успею к нему привязаться, а он кинет меня точно так же, как Дима.
— Я не собираюсь задерживаться в этом мире. Зачем заводить связи, если я скоро вернусь домой?
— А на самом деле?
Я сердито посмотрела на Асгера. Вот почему он умнее, чем выглядит?
— Меня бросил муж. Он долго обманывал меня и в итоге ушел к другой.
— И это — твой страшный секрет? — снова расслабился напарник. — Я уже начал думать, что ты вместо мужчин предпочитаешь женщин.
— Вовсе я не из этих!
Все-то у него шуточки! У меня сам собой сжался кулак. Знал бы этот балбес, какая у меня внутри ширится бездна от одного воспоминания о муже! И это несмотря на то, что с нашего расставания прошло больше двух лет!
К счастью, Асгер понял, что оскорбил меня, хотя и не догадался об истинной причине.
— Да понял я, понял, не дергайся, — он поднял руки в примирительном жесте. — У тебя эта, как ее…
душевная травма. Но хотя бы разыграть отношения ты сможешь?
Поколебавшись, я кивнула.
— Хорошо, — одобрил он. — Тогда предлагаю поступить так: допьем эти кружки, посмеемся и уйдем отсюда в обнимку. У нас ночью было сложное задание, мы едва не попались. В Мараисе уже обсуждают, как некая толпа грабителей разворотила целое кладбище. Никто не удивится, что мы после такого спускаем пар вместе. У нас, на севере, женщины воюют наравне с мужчинами, и это часто заканчивается постелью. Насколько я вижу, ровирцы не сильно отличаются в этом от нас, разве что женщин своих реже пускают в бой. Но ты и не ровирка. В крайнем случае сендайка или алавирка, будь у тебя глаза не голубыми, а карими. А у них совсем другие обычаи, и в городе их не так много, чтобы тебя кто-нибудь уличил во лжи.
Он помолчал.
— Руки распускать не буду, если тебе это не нравится. Договорились?
Я несколько секунд смотрела на его протянутую ладонь и наконец пожала ее. Похоже, у меня просто не было выбора, потому что других выходов из ситуации я тоже не видела.
Асгер, дождавшись ответного жеста, произнес:
— Здорово. Раз мы уладили этот вопрос, допиваем и идем искать Танцора.