Рождение Патрика (СИ)
— Инга, а кто такие Клаус и Доминик? — спросил я, спускаясь с холма.
Это была единственная дорога в деревню. И мы такие, бодро шагаем за Ингой, даже не спросив куда и почему идём. Нет, я понимаю, она привыкла командовать Томом, но мне такая ситуация совсем не нравится.
— Это дети тёти Агнесс и дяди Пола.
Хм, и всё? Исчерпывающий ответ. В этом вся Инга. Мало слов, много дела. Но я не Том.
— Понятно, а идём мы туда, чтобы…
— Ой, извини, Патрик, забыла тебя рассказать, — вспохватилась Инга.
Вот только глаза её говорили совсем другое. Бедный Том, стерва ещё та растёт, хе-хе.
— Да-да, — участливо покивал я головой.
Короче, выяснилось, что Доминик, он же Дом, и Клаус были членами местной рок-группы с смешным названием «Овцы и овчарки», наверное, местный юмор. И вот мы сейчас идём знакомиться, ну и поиграть заодно. Сдаётся мне, парни решили познакомиться с тем, кто музыку пишет, то есть со мной. Так на всякий случай, вдруг ещё сможет сочинить. Ну-ну.
Конечной целью нашего похода стал огромный амбар для хранения зерна. Около амбара стояла пара мотоциклов, чем-то напоминающие харлей.
— Есть кто дома? — громко спросила Инга, постучавшись в дверь.
Ей никто не ответил, тогда она потянула дверь на себя.
— Дом, Клаус, вы тут?
— Эгегеей, сестрёнка приехала, — пробасил изнутри кто-то.
И тотчас на свет появилось лохматое чудо. Я прежде никогда не видел молодых байкеров. Что ж, всегда есть первый раз. Огромный, с бородой и длинными волосами, он возвышался над нами. Все его руки были покрыты татуировками и огромные серьги в ушах. Но на вид ему было не больше 25.
— Дом, — повернувшись, пробасил он в глубину амбара, — Инга приехала.
И тотчас заключил Ингу в свои объятия. Через минуту показалась точная копия первого байкера. Ха, так они близнецы, а и не различишь, разве что по татуировкам.
— А это твои друзья? — спросил первый, — Ну, давай знакомь.
Перезнакомившись, мы вошли внутрь. Внутри царил лирический беспорядок, везде были разбросаны детали от мотоциклов, коробки из-под фастфуда и просто мусор. В глубине амбара возвышалась импровизированная сцена со всевозможной аппаратурой.
— Ничего не изменилось с прошлых выходных, — обведя помещение взглядом, хохотнула Инга, — хотя нет, вот этой коробки из-под пиццы не было.
— Это мы уже прибрались, — с гордостью сообщил Дом.
На что Инга лишь покачала головой.
— Так значит это ты гениальный композитор? — обратился ко мне Клаус.
Ну вот, приехали. Сейчас будут просить, чтобы я для них что-нибудь эдакое сварганил. Фу, как примитивно, прямо в лоб. Хотя, он же видит, что я подросток, думает польстил мне, и я побегу сочинять ему музыку. Нет, музыку я вам не отдам, господа хорошие. Краем глаза заметил, как Инга поджала губы. Ха, так они и сестрёнку в тёмную разыграли.
— Да какой я гениальный? Так пришло что-то в голову, показал девчонкам, они и допилили, — равнодушно ответил я.
— Жаль, — протянул Клаус.
— Жаль, что в твою голову ничего не приходит, — хохотнул Доминик.
— У нас одинаковая голова, мы же близнецы, деревня, — огрызнулся Клаус.
— Совсем плохо с музыкой? — поинтересовался я.
— Кризис жанра, — развёл руками Клаус, — уже месяц, как ничего не можем придумать.
— Кризис жанра у вас уже лет пять, — сердито вставила свои пять копеек Инга, — с того самого момента, как набрали свою банду.
— Эй, сестрёнка, о чём ты говоришь, а как же наш хит "Волки и овцы"? Его по радио крутили.
— Его крутили потому, что хозяин радиостанции проиграл вам три песни в покер.
Похоже Инга завелась, мне тут ещё семейных разборок не хватает. Надо бы сменить тему.
— Какие прикольные татуировки у тебя, — кивнул я на руки Клауса.
— Ха, мастер же делал, — гордо вскинул голову Доминик.
И оба дико заржали. Мда, не совсем понял их. Я даже обернулся к Инге, мол что это с ними?
— Эти два балбеса держат самый лучший тату-салон в Вене, — пояснила Инга, — а сюда приезжают на выходные, и местная деревня содрогается от их музыки.
Тату-салон? Прикольно, так стоп, они же могут создавать цифровые имиджи.
— А татухи оцифрованы? — спросил я Дома.
— Обижаешь, конечно оцифрованы. Мы их даже отсылаем на международные конкурсы, но до японцев нам ещё далеко.
— Это они с виду такие обормоты, а на самом деле они оба прекрасные художники-дизайнеры, просто ушли от клановых и создали своё дело.
«Это круто, работать на клановых считается престижно, и зарплата и социальный пакет».
— Нет свободы, — пояснил Клаус, — а тут мы сами себе хозяева.
«Цифровые имиджы, это мне нужно прямо сейчас, а если они и анимацию могут делать, то вообще класс. Есть у меня идея, как захватить народные массы. Создать что-то наподобие Симпсонов и крутить их на своём канале. Но это ещё не скоро. Мультфильм должен быть злободневным, а для этого надо будет ещё понять реалии этого мира. Сейчас же надо прощупать почву и наладить сотрудничество. Пусть будет инвестиция в будущее».
— Музыки у меня нет, — сказал я, выйдя из раздумий, — но есть стих.
— Стихи мы и сами писать умеем, с музыкой проблема, — махнул рукой Дом.
В этом он прав, это у Володи Высоцкого слова были первостепенными в его песнях, а музыка могла быть и три аккорда. Но если ты хочешь создать мировой хит, то важны музыка и исполнение, а не слова.
— Я имею приблизтельное понимание, как исполнить это стих.
— Давай свой стих, — махнул рукой Клаус.
Мне принесли ручку и бумагау и я на немецком записал стих "Du Hast" от Раммштайна. Доминик взял листок и вслух начал читать (ниже перевод на русский):
Ты
Ты ненавидишь
Ты ненавидишь меня
Ты меня спросила,
Ты меня спросила,
А я ничего не ответил
Будешь ли ты, пока смерть не разлучит вас,
хранить ей верность все эти дни?
Нет!
Будешь ли ты до самой смерти вагины
Любить её даже и в плохие времена?
Нет!
В амбаре воцарилась гробовая тишина. Близнецы вытаращив глаза, смотрели на меня. Сара сидела пунцовая. Том шепотом повторял слово вагина. Одна Инга сидела совершенно спокойная и по её лицу было трудно понять, что она обо всём этом думает.
— Ну, как-то так, — пожал я плечами.
На самом деле эта песня имела несколько толкований, в зависимости какой смысл туда вкладывали, я написал именно этот вариант. В песни намёк на католическую традицию, когда священник при обручение и венчание говорит "пока смерть не разлучит вас". В Германии с иронией неверующие говорят "пока вагина не убьёт вас". Намёк на не правильный подход и на вероятный развод или измену. Некий стёб между верующими и неверующими и выражающие отношения к действительности.
— Про вагину ты это круто, — наконец отметил Том.
— Ай! — тут же прилетела оплеуха от Инги.
— Парень, ну ты крут, — восхитился Дом, — ещё бы понять, как это исполнить.
— Во-первых, вам нужен будет клавишник, тут будет куча проигрышей, где можно вставить электронную музыку.
— Но мы же рок играем, — возразил Клаус.
— Просто рок он уже никому не интересен, нужно сочетать разную музыку. Инга, Сара, не могли бы вы сыграть ещё раз нашу композицию? — попросил я.
После исполнения я повернулся к близнецам.
— Что привлекает вас в этой музыке? Сочетание классики и рока. Был бы просто рок или классика, все сказали бы: ок, неплохо, но не цепляет.
— Справимся и без клавишника, — упрямо твердил Клаус.
Дерзайте, я вам стих дал, теперь сами. Близнецы вызвали остальных членов группы Анжелику и Коула и вчетвером с усердием принялись что-то сочинять. В принципе ребята играть умели, но оригинал, в отличие от меня, не слышали. Я изредка подправлял их, чтобы они совсем не ушли в дебри. Так мы и провели весь оставшийся вечер. Под конец они даже что-то сумели сыграть, отдалённо напоминающее оригинал, но без клавиш просто не звучало. (Оригинал смотреть тут: https://www.youtube.com/watch?v=f3GY86rxEMU). Пока они репетировали, Инга записывала их на свой телефон.