Бешеное счастье некроманта

Ребята решили не откладывать с этим в долгий ящик, и едва на пороге появилась я со связкой, призывно бренчащей на весь чердак, как боевики поспешили собрать вещички и перекочевать в более удобные для проживания места.
К слову, щедрые некроманты выделили нам аж целый этаж, где, вот так ирония, не оказалось ни одной целой комнаты! Ни одной, мать его, целой комнаты!
– Кейт, это нормально, что тут нет окон? – из комнаты показалась рыжая макушка старосты.
– Просто сверься с планом и проверь стены. Может, некроманты заложили их кирпичом, – обнадежила я, устало бредя по коридору.
– Кейт, у меня дыра в полу! – высунулся из своей комнаты Алик.
Так. Спокойно, Кейт. Сейчас не самое удачное время, чтобы побиться головой о стену. Просто дыши и думай, как отплатить Праймусу за гостеприимство!
– Дыра сквозная или видна балка перекрытия?
Алик нырнул внутрь комнаты и уже оттуда крикнул:
– Вынужден тебя огорчить, я вижу внизу пыльную кладовку.
– Ну так выкинь из нее хлам и считай, что у тебя двухэтажные апартаменты. Или чини! Твердь ты или кто?
Судя по ворчанию, у Алика двухэтажные апартаменты. Ну и ладушки. Сейчас дойду до выбранной Решкой комнаты и…
– Хьюстон, у нас проблема! – заголосил кто-то с противоположной части коридора.
Я сделала глубокий вдох, послала во вселенную искренние пожелания сдохнуть Данте Праймусу и сжала пальцами переносицу.
Все будет хорошо. Все будет зашибись. Все точно будет…
– Кейт, тут кто-то оставил детскую куклу, привязанную к батарее… и она дерется!
– Кейт, в моей комнате огромная клетка. Скелеты выбрасывать или просто спалить?
– Кейт…
– Кейт… – неслось со всех сторон, пока я шла по коридору, помогая товарищам устроиться на новом месте, и копила негатив на Данте Праймуса, его зама Бендера и почему-то на Влада.
Да как этот загорелый грубиян посмел предположить, что я… Я! На минуточку, потомственный огненный маг с идеальной генеалогией, могу оказаться паршивым некромантом? Да как у него язык не отсох говорить такое?!
Из последней в коридоре двери выскочила румяная соседка.
– Кейт, я заняла для нас комнату! – крикнула провидица, хватая меня за локоть и втаскивая внутрь. – Посмотри, какие прикольные шторы – черные с черепами. Я проверила, в темноте они горят как ночник. А еще вот, глянь на эти милые цветочки на подоконнике!
Решка оставалась дружелюбной оптимисткой даже в шесть утра. Даже после бессонной ночи. Даже в убогой комнатенке с подозрительной флорой.
У меня невольно дернулось веко, зато голос остался привычно властен и спокоен:
– Это гибрид хищной росянки с… с…
Гибрид выкопал из горшка два длинных корня, уверенно поднялся на них и бодро прошагал на другую сторону подоконника.
– Да ырка ведает с чем! – закончила я, закрыла лицо руками и опустилась на единственный стул в этой махонькой клетушке.
– Успокойся, Кейт. Хочешь, займемся дыхательной гимнастикой. Методичка, которую всучил нам Бендер, и правда очень занятная…
Я растопырила пальцы и с укором глянула на провидицу.
– Решка, ты сейчас не помогаешь.
– Тогда идем завтракать!
Я не нуждалась в завтраке. Я нуждалась в душе и хотя бы пятнадцатиминутном сне. На худой конец, в парочке пощечин, чтобы хоть как-то прийти в себя. А еще в кофе. Можно сразу вкачать внутривенно.
Но спорить с Решкой, когда та уже вцепилась в тебя двумя руками и, кряхтя, пытается стащить со стула, оказалось бесполезно. Вот почему я встала, потянулась, улыбнулась мыслям о мести поганым некромантам и поплелась в столовую.
Лучше бы осталась в комнате с хищной росянкой и подремала прямо на стульчике.
В столовой царило оживление. Это самое оживление создавала орава молодых некромантов, вылезшая из своих пыльных углов и склепов ради любимого Мастера. Ребята, что покрепче (то есть одинокий Влад), двигали столы, соединяя в один, слабаки суетились с тарелками, одна крохотная и худая девчонка орудовала черпаком, разливая по тарелкам нечто белое.
Я принюхалась и скривилась.
– Манная каша, – с отвращением выдавила я и пожаловалась соседке: – Не понимаю, чего они добиваются? Ждут, что мы психанем от этого жесткача и запалим их башню?
 
– Нее, – протянула Решка, выискивая столик, который некроманты еще не успели прибрать к рукам. – Пару недель назад главы отделений пилили бюджет на год. И так уж совпало или было загодя спланировано, что Данте Праймус в это время отправился в замок «Когти ворона», а Бендер погано себя чувствовал. То ли в очередной раз траванули бедолагу, то ли перетрудился на кладбище… Кто ж знал, что всего через пару недель башня боевиков разлетится по кирпичику, и мы понаедем к некромантам? Вот они и экономят, как получается.
– А ты откуда… – Провидица многозначительно улыбнулась. – Ах, ну да. Хорошо, что на кофе не стали экономить… Что? Только компот? Да вы издеваетесь!
И только Решка радовалась манной кашке и сильно разбавленному компоту, как малое дитятко. А уж когда на раздаче ей положили кусочек маслица сверху, то чуть в ладоши не захлопала. На фоне ее необоснованной эйфории я казалась мрачной тучей, заслоняющей летнее солнце.
Тучка с манной кашей и компотом пересекла столовую, царственно уселась за свободный столик и попыталась взглядом испортить некромантам коллективную трапезу.
Увы, но там, за общим столом любителей трупов, царила атмосфера праздничного сбора. Все передавали друг другу тарелки, шутили, пинались и смотрели на Мастера взглядами влюбленной болонки. Болонки, влюбленной в свежий кусок мяса.
Хотелось бы еще понять, чем вызвана эта массовая истерия в адрес Данте Праймуса. А то еще подхватим этот вирус и начнем молиться на глиняного божка с рожей некроманта.
Решка быстро прикончила свою порцию и вприпрыжку поскакала за добавкой. Я же пересчитала комочки у себя в тарелке и решила, что сегодня «Диета воина».
Нет, так дело не пойдет. Так мы ноги протянем быстрее, чем закончим обучение. А до Отбраковки всего ничего осталось.
Надо заслать старосту к ректору. Бюджет бюджетом, но не можем же мы, будущая боевая элита Староградской Магической Академии Всеискусств, питаться, как нищие на паперти?
Что дальше? Черствый сыр, хлеб с плесенью, сосиски?
Уже сейчас боевики в столовой следовали принципу: «когда я ем – я глух и нем, а еще хитер, и быстр, и дьявольски умен». Водница Лаура, с которой мы штурмовали этаж некромантов, украдкой заедала манку печеньем, заныканным под столом. Неопалимый Тонг тренировался в умении бесшумно разворачивать контрабандную шоколадку. И только Решка…
– Эй, Бешеная, чего загрустила?
Я стремительно развернулась и уставилась на аномалию, которая выглядела, как драколич Данте Праймуса. Ящер восседал за нашим столом на низеньком табурете перед огромным блюдом печенья с шоколадной крошкой. С мерзкой улыбочкой этот гад макал в кружку кофе печенье и явно наслаждался эффектом, произведенным на неподготовленные массы.
Кофе… Печенье… Я сейчас взвою!
– Все норм? – уточнил дракон. – А то со стороны выглядишь как поперхнувшаяся овца.
И, оттопырив мизинчик, этот эстет недобитый сделал большой хлюп из чашки. Да-да, не глоток, а именно хлюп. Мерзкий, долгоиграющий с эхом в салочки хлюп!
Убила бы! Да мертв уж.
– Где ты это взял?
– Где взял, там больше нету, – ухмыльнулся дракон.
Только теперь я обратила внимание на то, что его тонкие кожистые перепонки крыльев давным-давно сгнили, и если остальной массив некромант смог восстановить и нарастить плоть, то крылья не подлежали ремонту.
– Ух ты! Он разумный! – возрадовалась вернувшаяся к столу Решка.
– Он безумный, – припечатала я, демонстративно плавя вилку.
– Дамочки, не спорьте, – заявил драколич, салютуя чашкой. – Давайте сойдемся на мнении, что я просто классный.
Я бы поспорила с этим высказыванием, но банально не успела. На столешницу опустился поднос с тремя кружками, над которыми поднимался ароматный парок с запахом корицы и горечи.