Бешеное счастье некроманта

Вот почему нас заселяли строго по два человека в комнату, исключительно одной стихии. Вот почему у каждого был свой личный халат, гасящий внезапные всплески силы доведенного бытом мага. Вот почему запирать с полсотни боевиков в одном помещении – крайне неразумно!
Вернувшийся после дебатов с «нянькой» староста еще минут пять пинал мусор на чердаке и материл Бендера.
– Знаете, что этот гад ответил на нашу коллективную жалобу? Предложил методичку с дыхательными упражнениями! – бушевал гонец к начальству, размахивая той самой методичкой, как знаменем хулы и поклепа.
– Но ты же сказал, что на чердаке нет никаких условий для проживания? – уточнила я.
– Сказал!
Боевик был в такой дикой ярости, что с кулаков летели искры, а воздух трещал от мощного электрического напряжения.
– И…
– И он откинулся на спинку стула и такой: «И почему это должно меня волновать?» – передразнил староста, чья пробивная способность впервые потерпела обидное фиаско.
Я еще немного последила за метанием товарища по чердаку и со вздохом встала.
– Так, народ! Нам нужны спальные места, но тащить кровати по лестнице на эту верхотуру считаю не самым разумным занятием. Предлагаю наведаться на склад и забрать хотя бы спальники.
Я выразительно пнула свой походный рюкзак, присыпанный пылью разрушенного дома.
– Кладовщик потребует разрешение от ректора, – включился староста, на всякий случай отходя к окну. – Но проблем возникнуть не должно.
Кивнула и продолжила командование:
– Еще нужны добровольцы, которые сходят в город. Два парня и обязательно девушка… – Желающие подняли руки. – Отлично! Алик, возглавишь ходоков. Пиши список самого необходимого: лекарства, средства индивидуальной гигиены, что еще по мелочи. Еще раз напоминаю, только самое необходимое. Завтра-послезавтра каждый сходит в город и потратится на обновки. Сейчас думаем о том, без чего не сможем прожить ночь и утро.
– И что мы будем в состоянии донести, – встрял Алик, уже рисуя в воображении картинку себя, перегруженного пакетами.
– Девочки остаются на чердаке, наводим порядок.
Если кто-то из сокурсниц и хотел заикнуться о феминизме, равенстве полов и прочих бла-бла, то напоролся на мой взгляд и решил не накалять атмосферу, оспаривая мои указания.
– Решка…
– Да, мэм! – гаркнула соседка, вскакивая и отдавая честь.
– К пустой голове руку не прикладываем, – хором проскандировали почти пятьдесят боевиков, а я улыбнулась сконфуженной девушке.
– Решка, твоя задача сходить на разведку и разузнать, где кучкуются некроманты. На обратном пути разрешаю заскочить к Бендеру, – я сделала паузу, – и подружиться с начальством.
Подруга радостно пискнула, поправила полы халатика и умчалась выполнять поручение.
– Кейт, ты злая! – заржал Алик, вытаскивая блокнот. – Мне даже жаль мужика.
– Никакой жалости к врагам, – поучительно произнесла я и огляделась:
– Всем все ясно? Вопросы, возражения? Тогда вперед, выполнять!
Вот как-то так, дружно и слаженно, мы смирились с условиями своего существования.
Осилили подъем спальников, рюкзаков, пакетов и собственных тел по лестнице, уже на пятом витке казавшейся бесконечной. Пережили обед в некромантской столовой (давали жидкий борщ с подозрительным мясом и черствым хлебом, еще и посуду после себя заставили мыть). С мужеством выдержали чуть теплую водичку в душевых. С пониманием отнеслись к подозрительному вою неопознанного существа в третьем часу ночи.
Но потом были мыши. И ладно просто мыши, которые бегают и пищат. Это были курсовые работы некромантов, аккуратно подписанные на боках флуоресцентными чернилами.
Уворованный с отделения фамильяров кот Васька в ужасе спасался от комочков шерсти. После чего мы еще час снимали офигевшее животное с балки перекрытия и еще три оправдывались перед хозяйкой шокированной животинки. Пришлось задабривать одну злую особь конфетами, а другую – рыбной консервой.
После мышей была мерзкая сколопендра размерами с крупную собаку. Тоже подписанная, но уже как дипломный проект. Потом на огонек заскочил призрак. Этот был не подписан. Зато явился посреди ночи.
 
Мы, конечно же, обрадовались. Так обрадовались, что в полусонном состоянии запустили в гостя отгоняющим проклятьем. Все вместе.
Заряд оказался таким сильным, что изгнал не только призрака, но и Алика, которому не посчастливилось устроить лежбище слишком близко к выходу. Еще хорошо, что не очень далеко. Всего лишь на первый этаж.
А на фактически десятый день злоключений случилась гроза, открывшая глаза на целостность крыши.
– Кейт, держи, – позвал измученный бессонницей Алик, протягивая гору тазиков. Я не успела и руки протянуть, как на чердак влетела запыхавшаяся Решка.
– Ребята! – заорал наш разведчик, психологическая атака и личная головная боль Бендера. – Данте Праймус вернулся.
Наконец-то.
Серьезно, еще никогда прежде я так сильно не жаждала посмотреть в бледное лицо хозяина этого дикого места. Членовредительство стояло третьим пунктом, аккурат после «всеми правдами и неправдами выбить для себя комфортабельные комнаты».
– Ну и что тут у вас интересненького? – послышалось от двери, а затем в эту самую дверь протиснулась любопытная голова дракона.
Зеленая, с розовым гребешком.
Секунду на чердаке царило обалделое молчание, даже крыша как будто прочувствовалась моментом и перестала протекать.
– Драколич! – выкрикнула я, и все пятьдесят издерганных тяжелой неделей боевых магов атаковали.
 
ГЛАВА 2. Переполох в общаге
 
Мама часто смеялась, что во мне уживаются три совершенно разных Кейт. Одна из них страстно хочет желтое «платьишко», бантики и пупса в коляске. Вторая клянчит безумные татуировки и тусить. Третья рявкает на всех командным тоном и строит план атаки на врагов.
Ну что тут скажешь…
Привет, мама, я обнаружила еще одну Кейт, о которой ни ты, ни я до поры до времени и не подозревали.
Встречайте Кейт, охотницу на драконов!
Других объяснений своего поведения я так и не нашла.
Но вернемся к моменту.
Утробно воя, волна сокрушительной магии снесла дверь с петель и восторженным фейерверком прогрохотала в лестничном колодце.
– Ааа!!! Данте! Данте! – заорал дракон, несколько разочарованный приемом, который мы ему организовали. Как он выжил и не осыпался вонючей горсткой пепла, оставалось загадкой.
Алик не устоял на приставной лестнице и рухнул под веселый грохот тазиков, я же легко соскользнула с балки перекрытия, перекатилась при приземлении и побежала. Перескочила через груду влажных спальников, которые боевики пытались спасти от вездесущего дождя, и метнулась следом за добычей.
Все в сторону! Охотница на драконов выходит на след!
– Ааа!!! – голосил скачущий по ступенькам драколич, чей кончик хвоста еще дымился после нашей слаженной атаки.
Ничего-ничего. Я сделаю из тебя бенгальский огонь и трофейные сапоги.
Подстегиваемая азартом и адреналином, я запрыгнула на перила, примерилась и, подражая белкам-летягам, прыгнула вниз.
Желудок ахнул и сжался от головокружительного ощущения невесомости. Инстинкт самосохранения, уже отчаявшийся мне что-то втолковать, напомнил, что при падении с такой верхотуры от человека останется в лучшем случае некрасивый шмяк на полу. Тело же распрямилось, рука уверенно вцепилась в балясину. Качнувшись, я закинула себя на пролет ниже и выпрямилась аккурат перед несущимся драколичем.
– Ааа!!! – заорал тот при виде злого боевого мага со следами затяжной бессонницы под глазами.
Молодая (размерами всего-то с бенгальского тигра), зеленая (ну кроме гребня, тот был враждебно-красного оттенка) и безнадежно мертвая тварь не успела затормозить.
Врезалась в охотницу, меня то бишь, на всем скаку и повалила.
Одним оруще-матерящимся колобком разнокалиберных конечностей мы докувыркались до площадки между этажами. На миг замерли, тяжело дыша и не размыкая объятий, потом опомнились.