Близнецы по разуму (СИ)

— Готовил ловушку на клан Альтер, охранял тебя, убеждал наших правоохранителей обратиться к вам за помощью официально и настаивать на совместной работе.
Кир громко икнул.
— Чего не хватало! — пробормотал он. — Ну спасибо!..
— Пожалуйста.
— Это был сарказм!
Ард тяжело вздохнул.
— С сарказмом или без, а мы все занимаемся одними и теми же злодеями, Кир! Нужно объединяться. А еще я не сомневаюсь: человеческий помощник стрелка существует, но не проживет долго.
— С чего бы?..
— Дети. Это сугубо человеческая идея, и стрелок ею сильно недоволен: напуган, боится столь явно нарушать договор. Опасается, как бы человек намеренно не собрался его уничтожить, но! По-ка! Полагает, будто в одиночку не справится. Ему необходим манипулятор, тот, кто способен мыслить масштабно, умеющий договориться и с нацистами, и со стайрами, и с обыкновенными бандитами. Не сомневаюсь, прайд Альтер приманил на сторону стрелка именно он.
— Кстати о прайдах. Разве они не обязаны хранить Арх-Ри верность?
— Они не должны прямо вредить ему. Во всем остальном… — Ард повел плечом. — Мы не вассалы и клятв верности не произносим.
— Гребаная высокая политика!
Ард развел руками.
— А этот человек… просто профессор Мориарти, король преступного мира, — пробормотал Кир.
— Обладающий ко всему прочему способностями гипнотизера.
— Бред!
— Ты способен иначе объяснить то, что творилось с нацистами при допросе Ри-Арх? — Ард прищурился, как кот на солнце. — Или то, что все допрашиваемые погибли, а Ви-И-рс гран-Альтер собрался прекратить свое существование, причем прямо сказал: это связано с упоминанием тех, кого мы ищем?
Кир покачал головой:
— Ты хочешь сказать, гранд Ферн, некто поставил всем нашим фигурантам по делу программу самоуничтожения на тот случай, если они начнут болтать? Это чушь из романчиков про интриги, скандалы и расследования делишек кровавой гэбни. Читал парочку в юности, занимательное, замечу, чтиво, только к реальности отношения не имеет. От слова: ни-ка-ко-го.
— Мы — эмпаты, — напомнил Ард. — Мы умеем ощущать, чувствовать, Ри-Архи могут влиять, но не внушать! У нас никогда и ни у кого не случается спонтанного всплеска способностей. Зато я сейчас смотрю на существо, которое само не знает, как высоко способно прыгнуть, но упрямо прыгает все выше и выше потолка собственных нехитрых возможностей.
— Льстец.
— Да прах тебя запороши, Кирилл Агарев! Если ты способен не спать несколько суток, говоришь со мной, не раскрывая рта, быстрее, сильнее, ловчее любого среднестатистического человека, то почему бы не мутировать кому-то еще? Почему бы некоему профессору психиатрии не научиться копаться в чужих мозгах?
— Ты знаешь, кто это? — оживился Кир.
Ард развел руками.
— Все мои сведения зыбки. Ни внешности, ни имени, ни возраста я не знаю. Только и разведал о его махинациях на поприще финансовых пирамид в прошлом, еще до слияния, и нескольких религиозных сектах, в которые он заманивал людей.
— Уже немало, — Кир сделал попытку продолжить движение, но Ард ухватил его за локоть.
— Стрелок очень силен: и был, и есть, — прошептал Ард. — Он пьет стайров, он пьет себе подобных, да и людей — тоже. Он — кровожадный маньяк и вряд ли достаточно умен. Ум и кровожадность в одном теле не уживаются.
— Мало ты изучал маньяков, — проворчал Кир.
— Пусть так. Но я точно знаю, что ни одному фангу не под силу добиться преданности от людей. На такое способен только другой человек. У нас… как ты выражался недавно? логика хромает.
— Продолжим играть в шахматы, выправится, — проговорил Кир со смешком.
— Только жизнь — не шахматы.
— Подмечено верно: ни убавить, ни прибавить. Но начинать лучше с малого. Был бы ты человеком, предложил бы напиться, — пробормотал Кир.
— Чаем? Почему бы и нет?
Кир фыркнул. Еще недавно он, как и многие люди, полагал, будто фанги не пьянеют, а потреблять при них алкоголь опасно. Реальность посмеялась над его убежденностью в лице Ки-И-аса, который не только объяснил, что все с точностью до наоборот, но и продемонстрировал. После распития всего-то пол-литра Киру пришлось тащить гада в свой кабинет на родной спине и приводить в чувства. Благо, опьянение не было затяжным, и открыл глаза экспериментатор-кровопийца уже через час, а по истечении двух сумел связно говорить, встать на ноги, а еще проголодался, как стая волков. Алкалоиды в сангри всасывались быстрее, чем в кровь. И если Киру потребовалось бы выпить два стакана, чтобы почувствовать легкое опьянение, то Арду и пятидесяти грамм оказалось достаточно.
 
— Не отделаешься, — Кир смотрел на него, и губы сами растягивались в идиотской улыбке.
— Вино?
— Ну уж нет, Ард. Только водка, только хард-рок.
* * *
Синица был мрачен. Карта за его спиной — сплошь утыкана разноцветными флажками. Киру это совершенно не нравилось. В его последний приход сюда не наблюдалось ничего подобного.
— Знаешь, что это такое? — спросил Синица и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Данные, но не наши, а фангов. Каждый флажок указывает на смерть или похищение одного из вольных. Красный — смерть, синий — похищение. Мы думали, их никто не считает, а, нет, фиксируют.
— Они собрались просить нас о помощи?
— Нет. Они просят помочь разобраться, то бишь работать совместно, — Синица встал, повернулся к карте и принялся один за другим вытыкать флажки. — То, что ты наблюдал, данные за прошлый месяц. А это сейчас, — флажков осталась ровно половина.
— А статистика за предыдущие?
— Резкий спад преступлений произошел именно в этом месяце. Фанги не могут его объяснить, я, признаться, тоже. Они опасаются затишья перед бурей, а меня раздражают неизвестные причины.
— Вполне понимаю и их, и ваши чувства. Банк крови! Он собирает кормовую базу, — выдал Кир и сам себе удивился. Версия показалась стройной, правильной, хотя, начав говорить, Кир не слишком в нее верил. Вернее, не верил вообще.
— Кто «он»?
— Стрелок.
— Ему на кой? — поинтересовался Синица.
— На той, что мы неверно выдумали ему прозвище, а потом в него и уперлись рогом. Не стрелок он.
Синица скрестил на груди руки.
— А кто?..
Он не спорил, не отвергал версии, следил, как коршун за цыпленком, а Кир говорил, слушал звучание собственного голоса и лишь затем осознавал, что же именно произнес. Бывало такое: пазл складывался в голове сам, без ведома того, кто эту голову носил. За все время работы в полиции с Киром такого не случалось, а вот во время конфликта… тогда пророками время от времени выступали все в отряде. Он — раз или два.
— Экспериментатор. Хотя фанги, скорее, назвали бы его претендентом.
— Претендентом?
— На место Арх-Ри.
— А кормовая база-то к чему?
— Под воздействием сангри люди мутируют, причем быстро, так?
— Ну-ну… — поторопил Синица.
— Но фанги — нет. Однако способен ли измениться фанг, отведав крови стайра или человека, только-только подверженного мутациям?..
Синица нахмурился, опустился в кресло, потянулся к верхнему ящику стола, но так и не открыл, убрал руку под стол.
— Может, уже скажешь, чего он людей режет?
— Не знаю, — признал Кир. — Ищет. Душу или что-то вроде. Фанги беспрекословно подчиняются воле Арх-Ри. А вот люди все приказы, данные им вышестоящими, переосмысливают. Ну… ладно, не все, но мы можем не подчиниться. И нам за это ничего не будет. Источник свободы воли — вот, что не дает ему покоя. Стрелок ищет его.
— Кхм…м, — Синица откашлялся, — и зачем?
— Откуда же мне знать? — вопросом на вопрос ответил Кир. — Хочет подчинить себе нормальных людей, как недавно нацистскую гопоту. Или собирается разбудить вольных.
— А они спят?
— Спят, — подтвердил Кир. — Эмоционально. У них не бывает привязанностей. У фангов в принципе очень многое завязано на эмоциональной сфере. Даже сангри действует по-разному, если донор хотел помочь и… — И тут он вздрогнул и говорить перестал. Словно бежал-бежал, и не заметил стеклянной двери, в которую влетел лбом.