Близнецы по разуму (СИ)

Кир открыл было рот, еще в точности не зная, ответить ли правду о размолвке или попробовать выкрутиться, а затем остаться со стариком наедине и все равно выложить все, как есть, но Ки-И-ас опередил его, заявив:
— Дела прайда и поиск претендента на смещение Арх-Ри потребовали присутствия моего гранда. Клянусь, больше его отлучек не будет. Я присмотрю за Сашей.
«Интересно, а имеешь ли ты право клясться за главу прайда, гран?» — подумал Кир.
Ки-И-ас и бровью не повел, хотя мысленный вопрос, наверняка, услышал.
— Раз не повторится, пусть с Кириллом и поглядит, — не согласился Виктор Викентьевич. — Для тебя задание будет другим. Как и для тебя, Вадим.
Оба синхронно кивнули.
— Будете отрабатывать моралистов. С этой дрянью пора кончать, да и стрелок не просто так возле них крутится. Вы, кстати, узнали, кто он по расовой принадлежности?
— Увы, — Кир развел руками. — Сходимся на фанге, но… Не на сто процентов.
Ки-И-ас покаянно склонил голову и проговорил медленно, будто бы ступая на очень зыбкую почву:
— И все же мы сошлись на его принадлежности к моей расе.
— А договор?
— Стрелок смог избежать кары за несоблюдение договора благодаря оружию, им используемому. Он слишком осведомлен для человека.
— И слишком силен для человека, — добавил Кир. — Но!
— Умеет договориться, когда ему выгодно, — признал Ки-И-ас, — даже с вашими нацистами, моралистами и стайрами.
— Разве это не черта людей, — поинтересовался Виктор Викентьевич, — водиться со всякой мразью, когда выгодно?
Ки-И-ас развел руками:
— Он каким-то образом объединяет в себе черты и нас, и вас. По… поведению, информированности, умению находить соучастников и вранью он — человек. Но тот, кто поджидал нас в квартире Арлин и шел за Ки-И-риллом — точно фанг. Я не знаю, как такое возможно.
— Их может быть двое, — предположил Виктор Викентьевич.
— Мои человеческие коллеги, — Ки-И-ас кивнул на Кира, — уже думали на эту тему. Я с ними категорически не согласен. В паре стрелок работать не будет. Ни с кем. Тем более, с человеком. Даже если этот человек его донор. Тем более, если донор!
— Почему?
Какое-то время Ки-И-ас молчал: то ли подбирая слова, то ли раздумывая стоит ли объяснять.
— У нас либо рождаются близнецы, либо… нет.
— Логично, — фыркнул Вадим. — И, дай угадаю: либо мальчики, либо девочки? Третьих полов не дано?
— Вадик, когда мы уже увидим запись? — поторопил Виктор Викентьевич.
— У вас драйвера не обновлялись, такое ощущение, будто с прошлого века! Уно моменто море.
— Уморе, — проворчал Виктор Викентьевич. — Ну, фанг, продолжай.
Ки-И-ас растянул губы в улыбке.
— Согласен, прозвучало глупо. Но у нас действительно, если кому полностью доверяют, то только тем, с кем делили материнский живот. Близнец не предаст никогда. В отличие от любого другого существа. Ведь мы живем долго, обстоятельства меняются. Распадаются и создаются прайды, пары, клявшиеся подарить друг другу вечность, расстаются. Лучшие друзья могут стать злейшими врагами и наоборот: враг, заслуживший уважение, становится союзником. Думаю, ясно, что у стрелка близнеца-человека нет. А все прочие могут быть только его пешками, не имеющими права голоса и даже подачи идей.
— Как интересно, — заметил Кир.
«Выходит, размолвка с Ардом произошла бы в любом случае», — подумал он и вздрогнул, услышав ответ.
«Неверно! — голос Ки-И-аса буквально прогремел внутри черепа. — И я, и мой гранд, и прочие наши соплеменники доверяем и прислушиваемся к советам тех, кого полагаем союзниками и друзьями, но только если не считаем задуманное архиважным для себя лично! В этих случаях мы слушаем только себя!»
«Безопасность клана, значит…» 
«Важна! — перебил Ки-И-ас, — но не настолько, чтобы терять голову».
«А ты уверен, что для стрелка главное — убивать? Что он теряет от этого голову? Я уже сомневаюсь в этом, — подумал Кир и все же поморщился: правый висок прострелило болью. — Какой-то слишком необычный нам попался маньяк».
— Я уверен, у стрелка есть план, — сказал Ки-И-ас во всеуслышание. — Реализацию которого он считает главным смыслом своего существования. Он не станет раскрывать его ни перед кем и никогда.
 
Виктор Викентьевич хмыкнул, посмотрел на подчиненных по очереди, глянул на окно:
— Если только он изначально не решил убить своего помощника.
— Но это… — Ки-И-ас подавился воздухом и умолк.
— Слишком по-человечески?
Фанг кивнул.
— Вот то-то и оно.
— Знать бы, чего этот маньяк добивается, — пробормотал Вадим.
— Ясно чего: власти, — сказал Кир. — Негодяи всегда хотят власти.
— Да? Тогда… внимание на экран, — сказал Вадим, наконец-то победивший вредную машину.
— Ну-с, давайте смотреть, раз так.
Камера исправно, хоть и с искажениями показала подвал: грязный, темный, захламленный. И не понять находился ли тот в жилом или покинутом доме. Звук, увы, не передавала.
— Наши голоса вполне удается записать, — заметил Ки-И-ас.
— Техническая неисправность, — отмахнулся Вадим. — А вот в боевом режиме вы фиксируетесь электроникой именно так.
В центре мрачного помещения стояло, чуть колышась, белое пятно. Видел Кир в детстве псевдонаучный фильм о якобы появлявшихся над могилами и в заброшенных домах призраках. Очень похоже. И спецэффекты прям один в один. Да что кино. Он читал о французских театрах позапрошлого века и их фокусах с зеркалами…
— Но! — а вот Ки-И-ас мгновенно растерял всю свою невозмутимость.
— Могли смонтировать, — предупредил Кир начавшего было возражать фанга. — Не нервничай раньше времени.
— Подделали?! — еще сильнее растерялся тот.
— А на кой? — спросил Вадим.
— Кому-то выгодно направить нас по ложному следу? — ляпнул Кир первое, пришедшееся на язык. — Что? Разве преступники не рассчитывают на такое всякий раз?
— Или запугать?
— Вряд ли наши враги считают нас пугливыми, — заметил Кир. — Тогда что? Хвастовство?.. Желание спровоцировать разборки с фангами?
— Подростки ведь несовершеннолетние, — уточнил Ки-И-ас.
— Разумеется, — кивнул Виктор Викентьевич, иначе мы звали бы их иначе. — До восемнадцатилетия люди считаются несовершеннолетними.
— Я знаю. Просто спрашиваю, — произнес Ки-И-ас. — На всякий случай. У нас все иначе, наши дети быстрее растут и уже к десяти выглядят, как ваши юные особи.
— Да-да, и это доставляет нашему законодательству дополнительные проблемы, а обществу… хм… всегда есть, о чем поговорить.
Слово «особь» Киру не понравилось, но он вовремя себя одернул. Поскольку, ну а как иначе? Расы-то разные. Для людей все фанги и их отпрыски — тоже особи и никуда от этого не деться. Смешивать всех в одну кучу и раздавать свои понятия — неправильно, как и требовать называть по ним.
— Наши подростки — это особи от одиннадцати до восемнадцати лет, — напомнил Виктор Викентьевич, и использованное им слово «особь» уже не вызвало у Кира такого неприятия, как секундой раньше.
«Ты просто предвзято к нам относишься», — говорил взгляд Ки-И-аса, который Кир благополучно проигнорировал. Сказал же фанг другое:
— Кусать несовершеннолетних — против договора. Отступление от него несет за собой быструю и неминуемую кару. Перед нами, возможно, и фанг, но не тот, кто перекусал всех пропавших подростков! Однако утверждать подделку не могу… — Ки-И-ас поджал и укусил нижнюю губу, на подбородок скользнула тоненькая алая-алая струйка сангри, — я некомпетентен в этих вопросах.
— Экспертиза разберется, — заверил Кир. Смотреть на фанга было неловко. Словно случайно отдавил собаке лапу: хотелось утешить хоть как-то.
— Запись подлинная, — заметил Вадим, — эксперты проверили. Перед нами фанг, только ведет себя он не как умалишенный.
— Да, — подтвердил Ки-И-ас. — Нарушение договора карается безумием. Но если перед нами безумец, он не должен стоять и выжидать, а станет бросаться на всех, в ком течет кровь либо сангри.