Безжалостный (СИ)

Но в этом полете все вышло по-другому, и большую часть времени он проводил на мостике лидера прорыва, слегка нервируя не привыкших к подобным экспромтам операторов, пилотов и офицеров. Причина проста и банальна — в стандартном офицерском кубрике он чувствовал себя крайне неуютно, а его личные апартаменты оказались заняты незваной гостьей с красивым именем Аэлла.
Надо отдать девушке должное, инициатива возвращаться в систему Игнис на «Октавиане Августе» исходила не от нее. Это была просьба Гнея. Возможно, у него были самые светлые помыслы. Или юный граф просто чрезмерно беспокоился о безопасности сестры. Но для Марка она стала неожиданностью и таила скрытую помеху его будущим планам.
Нет, адмиральских апартаментов ему было не жаль. Но трагическая и скоропостижная гибель отца от рук убийц, а вернее от корабельных орудий, оставила в душе Аэллы глубокий след. Девушка стала замкнутой. И не походила на тот образ, что сложился у Марка в ходе их долгой переписки. Что неудивительно, все же она только что лишилась отца.
Все, что ей сейчас хотелось — побыть наедине с собой. И Марк инстинктивно чувствовал, что свое общество лучше не навязывать.
Зная историю их долгого «дистанционного романа», не нужно быть психологом, чтобы сообразить, что у Аэллы Серт де Орка может сложиться устойчивый ассоциативный ряд — видя Марка вживую, она будет вспоминать смерть отца. Подсознательно ставя знак равно между этими событиями. Это на корню убьет былую влюбленность девушки. И существенно уменьшит шансы Марка заполучить ее руку. На сердце он никогда не претендовал.
Шла очередная, обычная и донельзя скучная вахта. «Октавиан Август» шел по стандартному маршруту из домашней системы дома Велот к Игнис, владениям дома Орка. С некоторых пор ставшими владениями Аэллы Серт, бывшей де Велот. 
Лениво наблюдая за работой операторов и пилотов, Марк слушал музыку через горошину вставленного в ухо наушника и перелистывал страницы новостей на голоэкране личного коммуникатора.
«Жаль потерянного времени, столько «зловещих» планов можно придумать, — с усмешкой подумал он, запуская очередной новостной ролик с сюжетом о гражданских волнениях на одном из миров Конфедерации. — Но злодея оставили без злодейского логова. Скорей бы Игнис!»
Большую часть обзорного экрана занимало изображение SCR-6801-5 пятой планеты ничем не примечательной, кроме проходившего через нее маршрута, безымянной «номерной» системы.
Немного понаблюдав за цветными полосами и пятнами газового гиганта, Марк хотел было уже отправиться на обед, как в его планы нагло вмешались.
— В зоне перехода на SCR-6811 находится неизвестный корабль, — сообщил молодой мичман, гипнотизирующий пытливым взглядом сканер пространства, только что сумевший просканировать слепую прежде зону следующей точки перехода.
Марк подобрался. Было в этой странной встрече что-то неуловимо знакомое, но он никак не мог понять, что именно.
— Сканирование цели! — приказал он.
— Есть сканирование цели!.. Тяжелый транспорт, тип P-90. Невооружен.
— Отправляй запрос, пусть назовутся и сообщат причину, по которой они торчат в системе. — Можно было провести глубокое сканирование и дождаться полной идентификации по имеющейся базе данных. Но гораздо проще и быстрей установить прямую связь по направленному лучу, и узнать все «из первых рук».
— Получен сигнал SOS, — вскинулся оператор связи. — И срочный входящий запрос от неизвестного транспорта.
— Соединяй!
— Капитан транспорта «Одинокая звезда», Джеймс Мюррей, — быстро представился неизвестный бородач средних лет. — Авария главного реактора. Пожар в ядре корабля, много раненых, — на одном дыхании протараторил он, испуганно глядя на висевший перед ним в воздухе полупрозрачный голоэкран со схемой корабля, заполненной пугающими красными отметками. — Не знаю, кто вы, но нам срочно требуется помощь! — На заднем плане раздался сильный хлопок, посыпались искры. Изображение пошло рябью помех и исчезло, остался только звук: — Покинуть корабль! Общая эвакуация! Занять места в челноках и спасательных капсулах. — Надрывно взвыла сирена тревоги, и звук пропал вслед за изображением.
 
— Сигнал потерян, связь прекращена! — доложил оператор связи, вопросительно глядя на Марка.
— Фиксирую отстрел спасательных капсул, — вторил ему молодой мичман у сканера пространства.
— Держим дистанцию, — приказал Марк, что-то во всей этой ситуации его настораживало. Корабль, зона перехода, проблемы именно в момент пролета другого корабля — слишком много совпадений. А совпадения в таких случаях — это чей-то тонкий расчет. Да и капсулы отстрелились слишком поспешно.
— С корабля стартовал челнок… два челнока, — сообщил мичман после минутного молчания. — Получен запрос на посадку, промаркированный сигналом «нужна срочная медицинская помощь».
— Посадку разрешаю. — Марк прикинул время подлета челнока и встал из капитанского ложемента. Быстрый отстрел капсул, а теперь еще и челноки… — Боевая тревога! Контрабордажной команде занять позиции в ангаре.
— Август, что у нас с системами обороны в ангаре лидера? — Марк точно знал, что они есть, но не помнил характеристик.
— Две крупнокалиберные автоматические турели с личными щитами, — не без гордости отчитался искин.
Ангары всегда представляли для абордажных групп особую ценность. Высаживаться на внешнюю обшивку и пробивать себе потом проход через броню корпуса — удовольствие ниже среднего. А люки технических туннелей, имеющиеся на корпусе, слишком малы для абордажников в тяжелых скафах. Там и в рабочем не особо развернешься — вотчина технических дроидов и боевых киберов. Последних, впрочем, в Пространстве почти не применяли.
«Два стандартных челнока, это две, максимум три, если наплевать на все инструкции и технику безопасности, абордажные партии», — прикинул Марк, направляясь к расположенной возле мостика адмиральской каюте.
Что могут три десятка бойцов в тяжелой броне против экипажа лидера прорыва? Многое! В том числе и захватить корабль, громя по частям более многочисленную, но не успевшую организовать оборону команду. Тяжелый абордажник — это настоящая машина смерти, чтобы ей противостоять нужно подавляющие превосходство в огневой мощи или другой тяжелый абордажник. А еще лучше — все два вышеперечисленных фактора.
Да даже просто прорвавшись в центр корабля, к наиболее уязвимым системам, абордажная команда может натворить немало дел, вплоть до уничтожения главного корабельного реактора.
Нет, лучше подстраховаться. Если он ошибается, то все произошедшее можно объявить тренировкой в приближенных к боевым условиях. Но внутреннее чутье подсказывало Марку — ошибки нет. 
В других условиях он бы предпочел не связываться со спасением команды непонятного транспорта. Но сейчас на мостике находится представитель дома Орка из свиты Аэллы. Приходится играть в никому не нужное благородство.
— Август, сообщи баронессе, что я вынужден ее побеспокоить, — сказал он, добравшись до закрытых дверей своей каюты. — Мне нужен мой тяжелый скаф. — Демонтировать станцию технического обслуживания с «Велесом», размещенную прямо в адмиральских апартаментах Марк не стал, пожалел техников. Да и смысла в подобных действиях не видел, в Игнисе Аэлла Серт де Орка покинет борт лидера прорыва, а он вернется в свои законные апартаменты.
— Баронесса разрешает войти, — сообщил Август, открывая дверь.
— Что случилось, Марк? — Аэлла встретила его на пороге каюты. Выглядела она встревоженной, но это куда лучше мины скорби и равнодушия, казалось бы навсегда поселившийся на этом красивом лице. — Зачем тебе понадобился боевой скаф?
— Гости, — односложно пояснил Марк, встав перед станцией ТО. — В зоне перехода терпит бедствие корабль. Просит принять на борт своих раненых. Они уже летят к нам на двух челноках.
— Думаешь, это ловушка? — нахмурилась Аэлла, вспомнив обстоятельства своего пленения пиратами, во время заключительного штурма орбитальной крепости дома Орка. Тогда тоже висел вроде бы обычный вольный торговец в сопровождении небольшого эскорта из кораблей наемников, а закончилось все молниеносным захватом ее яхты, в результате чего она чуть не стала пленницей пиратов.