Турбулентность (ЛП)

– Верно... – Я бросила в нее еще одной соломинкой.
Мне была предельно ясна ее логика в отношении секса, но даже несмотря на то, что наша квартира заставляла почувствовать себя жалкой время от времени, а я была «до чертиков сломленной», Мередит Алексис Тетчвуд и я оставались совершенно разными людьми.
Ее врожденные великолепные, сражающие наповал карие глаза и волнистые каштановые волосы лишь подчеркивали то, что Мередит – наследница давнего рода Тетчвуд, владеющего империей агентств недвижимости, которой принадлежали самые эксклюзивные объекты в государстве. Ее отец, Леонардо Алекс Тетчвуд, был известен как самый щедрый деятель благотворительности во всем городе, но по отношению к Мередит, он был просто более богатой версией папашки-жлоба. Она не хотела участвовать в его делах или брать у него деньги.
– И еще кое-что напоследок. – Она пододвинула ко мне мой подарок. – Надень что-нибудь из этой коробки сегодня, и тебя явно заметят. Вечеринка начинается в восемь, но если бы я была тобой, то не появилась бы раньше десяти. Никто никогда не приходит вовремя, так что будет странно, если это сделаешь ты. И должна сказать, я правда считаю, что выиграю этот спор. Ставлю сотню долларов на то, что ты встретишь меня поздно ночью у отеля Уолдорф-Астория и расскажешь, как струсила.
– Ладно, учитывая, что я не наследница, у которой есть лишние деньги для споров, ставлю двадцать долларов и завтрак в постель на то, что напишу тебе сообщение со своим рейтингом сегодняшнего секса.
– Я придумаю, чего хочу на завтрак, и напишу тебе чуть позже. – Она засмеялась и наклонилась над столешницей. – Ладно, если серьезно, давай подготовим тебя к твоей первой ночи одноразового секса.
***
Позже, вечером того же дня, я стояла возле заброшенного черного здания на Седьмой авеню, дрожа от ударяющего о мои голые ноги ветра. Меня мучали сомнения о том, не перепутала ли я адрес вечеринки. В округе никого не было, все окна были закрыты фанерными плитами, и на передней двери висел знак «СДАЕТСЯ В АРЕНДУ».
Я достала телефон из клатча, чтобы позвонить Мередит, но она уже написала мне сообщение.
Мередит: Игнорируй главный вход здания, как доберешься. Иди вдоль аллеи. Голубая дверь. Постучи шесть раз. Марк Страусс будет одет в серое. (На утро, после того как ты вернёшься в полночь домой одна, я буду французский тост, яйца Бенедикт и выдавленный вручную апельсиновый фреш. Заранее спасибо.)
Я рассмеялась и пошла вдоль аллеи, морщась, когда каблуки новых туфель попадали в выбоины. Достигнув голубой двери, постучала шесть раз, как и проинструктировала Мередит, и мужчина в бежевом костюме открыл дверь.
– Лифт в конце коридора, – сказал он. – Вам на крышу. Хозяин просит, чтобы вы не делали снимков и не записывали видео в течение своего визита. Если вас поймают за подобным, то сразу выпроводят. Ясно?
– Ясно. – Я прошла мимо него и воспользовалась лифтом, поднявшись прямо на крышу. Когда кабинка окончательно остановилась, я оказалась в море дорогих черных и серых костюмов и разноцветных дизайнерских платьев.
Мерцающие огни освещали пространство крыши, белые кожаные диваны, стеклянные журнальные столики с кубинскими сигарами на них, и разносящие напитки официантки в черных платьях с V-образным вырезом.
Из ниоткуда ко мне подошла хостес и вручила стакан темно-красного вина.
Я сделала глоток и откашлялась, так как от этой жидкости пекло все горло.
Вспомнив первое, что мне нужно было здесь сделать, я направилась в другой конец крыши в поисках Марка Страусса. Много времени на это не потребовалось. Одетый во все серое и черную шляпу, он одиноко стоял, прислонившись к перилам и глядя на захватывающий дух ночной вид города.
– Простите. – Откашлялась, подойдя к нему. – Вы мистер Страусс?
– Зависит от того, кто спрашивает. – Он повернулся, чтобы взглянуть на меня. – Что ты предлагаешь? – Я достала флешку из сумочки и передала ему. – От Мередит Тетчвуд.
 
– Ах. Девочка Тетчвуд. – Он улыбнулся. – Итак, слухи об анти-наследнице все же верны. Передайте ей, что я сожалею, что не смог с ней сегодня познакомиться. Но с другой стороны... – Он взглянул на меня сверху вниз. – Ты можешь называть меня Марк. А как зовут тебя?
– Джиллиан.
– Приятно познакомиться, Джиллиан. – Он отпил глоток своего напитка, и его взгляд откровенно приземлился на открытой ложбинке моей груди. – Скажу начистоту: если бы моей жены не было здесь, и она бы не наблюдала за каждым моим шагом, я бы сказал тебе, вне всяких сомнений, что ты самая сексуальная женщина, что я встречал. А затем умолял бы поехать со мной домой, чтобы мы могли трахаться до восхода солнца. – Он обернулся и махнул кому-то на расстоянии. – Но так как это невозможно, сделай мне услугу и помаши рукой моей жене, так, чтобы она не пришла и не прервала несколько минут моей свободы.
Смутившись, я повернулась и помахала в том же направлении, что и он, встретившись взглядом с красивой женщиной в платье цвета слоновой кости. Она подняла бокал в нашем направлении, продолжая разговаривать с окружающими ее женщинами, а затем мистер Страусс снова повернулся лицом к виду на город.
– Как думаешь, что это за самолет? – спросил он, указывая на черно-белый самолет, что как раз пролетал высоко над Гудзоном.
– Если мне нужно предположить, то скажу, что это Боинг 737.
– Что? – Он взглянул на меня.
– Боинг 737, – повторила я. – Что я не так сказала?
– Да, ничего. - Он засмеялся. – Я не ожидал ответа вроде этого. Думал, ты ответишь что-то типа «джет», «турбо-самолет» или что-то в этом роде. Но это… Вау. Очень впечатляет.
–Что такого забавного, дорогой? – Его жена вдруг подошла и встала между нами. – Кто твоя миленькая подруга?
Он закатил глаза и быстро нас познакомил. Затем обнял ее за талию и взглянул на меня в последний раз перед тем, как сделать шаг назад.
– Очень впечатляюще, Джиллиан, – сказал он, подмигнув. – Эта самолетная хрень.
Его жена нахмурилась, глядя на меня, а он улыбнулся напоследок, и затем увел ее прочь. Я подождала, пока они исчезнут из виду, а затем развернулась к виду на город, надеясь, что не пересекусь ни с одним из них до конца этого вечера.
– «Самолетная хрень» и правда очень впечатляющая. – Другой мужчина, с более глубоким доминирующим голосом, подошел ближе к перилам. – Это было бы даже еще более впечатляющим, если бы ты оказались права...
– Простите? – Я повернулась налево, как раз когда он отпивал из стакана. – Что вы только что сказали?
– Я сказал... – Он повернулся ко мне лицом. – Что ваше предположение насчет самолета было бы более впечатляющим, если бы оказалось правдой. Вы так не думаете?
Я совершенно не могла думать. Даже попытаться.
Этот мужчина был определением полнейшего совершенства, воплощением шаблона жизни, дыхания и секса. Его глаза штормового синего цвета блестели в тусклом свете вечеринки. Они завораживали меня, как и его полные притягательные губы, что сейчас изогнулись в соблазнительной сексуальной ухмылке. Его темно-русые, немного спутанные волосы выглядели так, словно кто-то провел по ним рукой.
Он был одет в черный костюм тройку, облегающий его тело во всех правильных местах, а часы на запястье – потрясающие серебряные Audemars Piguet – давали мне понимание того, что он мог позволить себе потратить мою годовую зарплату на столь незначительный аксессуар.
– Мне следует принять твое молчание за согласие? – Он улыбнулся, обнажая белые зубы, и я покачала головой, пытаясь выйти из транса.
– Вам следует принять это как признак того, что вы сами не знаете о чем, черт побери, говорите. – Я снова взглянула на самолет. Он был уже гораздо дальше, но все еще виднелся на небе. – Это Боинг 737, а подслушивать довольно некультурно.
– Довольно грубо распространять ошибочную информацию. – Он снова улыбнулся и подошел ближе, глядя в небо. – Это – Аэробус 320, а не Боинг 737. – Он подождал, пока я прослежу за тем, куда указывают его пальцы. – Разница в носе самолета и окнах кабины... У Аэробуса он более округлый, тогда как у Боинга заостренный. Окна 737 идут по косой, а у Аэробуса...