К черту любовь! (СИ)

Я собралась было ответить что-то в стиле «От меня что, воняет?!», как поняла, что Волжак права. Я действительно бы не отказалась от душа. Поэтому просто кивнула и пошла по указанному направлению.
Когда я оказалась в неприлично большой ванной комнате (особенно по сравнению с моей, что в хрущевке, где я со стиральной машинкой стоя-то еле вмещаюсь), поняла, что, вероятно, не так уж и нужен мне этот секс. Ну, правда, кому нужен секс, если есть ДЖАКУЗИ?! Но, зная Волжак, решила, что она и дверь выломать может, чтобы меня отсюда вытащить. Поэтому я повернулась к красивой душевой кабине, сняла с себя одежду и посмотрела на шкафчик над раковиной. Открыла его. Ба! Сколько тут всего! Крема, гели, мыло, зубные щетки, все, что только можно было запихать в маленькие тюбики и сделать одноразовым – все тут было. Минут пять я шарилась по этим пакетикам и баночкам, достала маску для лица, скраб и штуки для глаз, которые обещали сделать меня моложе на десять лет за десять минут. Я не была уверена, что хочу выглядеть так, как выглядела в свои восемнадцать (у меня было позднее половое созревание и с семнадцати до двадцати лет я мучилась с прыщами), но решила рискнуть. В самой кабинке я нашла мочалку и гель для душа. Аж трех видов. Гель трех видов, а не мочалка.
Как только я включила воду, заиграла музыка, а я заорала от неожиданности. Ну, не привыкла я к таким новшествам. Когда я моюсь дома, у меня вместо музыки «орет» кран. А тут – радио. Вот чудеса-то.
Когда я помылась и вытерлась огромным мягким полотенцем, то тут же высушила волосы и даже смогла их уложить, используя опять же имеющийся в обязательном порядке фен и всякие штуки для волос. Еще я намазалась дорогущим, судя по запаху, кремом, но кажется, слегка перестаралась, потому что когда я поставила обильно смазанную ступню на кафельный пол (а я измазала кремом все места, до которых смогла дотянуться), то чуть не упала, поскользнувшись, и не «поцеловала» лбом белый до слепоты в глазах унитаз.
Стерев излишки увлажняющего крема, я посмотрела на себя в зеркало. Что ж, очень неплохо. Везде, где нужно – гладко, мягко и вкусно пахнет. Рядовой Никоненко к сексу готова!
Накинув безумно мягкий махровый халат и затянув на нем поясок, я всунула свои увлажненные ножки в гостиничные тапочки и направилась обратно в номер. Интересно, что будет дальше? Шампанское и клубника со сливками? Кажется, этим кормил свою куртизанку Ричард Гир?
Когда я вышла в, как я полагаю, гостиную, то увидела Волжак, сидящую на диване напротив огромного окна. На ней был такой же халат, как у меня, только черного цвета. Забавно. Я – блондинка и в белом, она – брюнетка и в черном. Прямо как по канону. Очевидно, мой босс о чем-то крепко задумалась, потому что даже ухом не повела, когда я вошла. Продолжала сидеть, не шевелясь и глядя на красоту ночного города. В руке у нее был низкий стакан с чем-то коричневатым. Виски? А я-то уже губу раскатала на шампусик. Ну, ладно, мы не привередливые.
Слегка кашлянув, чтобы привлечь к себе внимание, я вдруг почувствовала себя неловко. Боже, я стою в гребаном халате на голое тело посреди дорогущего гостиничного номера. И понятия не имею, что будет дальше. Но (никогда не думала, что скажу это), спасибо Волжак, она, словно почувствовав мое смущение, встала с дивана и, оглядев с головы до ног, сказала:
— Хотите что-нибудь выпить?
— Да, — кивнула я. Это все, на что я в тот момент была способна.
— Что вы предпочитаете? – Волжак направилась к бару в другой стороне комнаты.
Я предпочитаю не трахаться в отелях, как шлюха, но кому это интересно?
— А вы что пьете? – спросила я, стараясь держаться более уверенно. Не думаю, что у меня это хорошо получилось.
— Виски. Чистый.
— Мне то же самое, — сказала я, понятия не имея, каково это на вкус. Виски я пила всего пару раз, и то с колой. Обычно я пью пиво. Но сидеть в таком месте, в такой компании и с таким видом из окна и пить пиво – настоящее кощунство, на мой взгляд.
Волжак слегка наклонила голову – еще один ее любимый жест – и привычно ухмыльнулась:
 
— Уверены? Может, хотя бы со льдом?
Сука. Как она поняла, что я не пью такое? Но я решила не сдавать позиций.
— Чистый, — стояла я на своем.
— Как скажете, Ирина Николаевна, — кивнула Волжак и, достав еще один такой же стакан, налила на одну треть янтарного напитка.
— Спасибо, — сказала я, принимая бокал из ее рук.
Мы обе уселись на диван. Точнее, я села, а Волжак расположилась, уложив под себя одну согнутую в колене ногу. Руку она положила на спинку дивана, развернувшись при этом всем корпусом ко мне. Я видела боковым зрением, что она дырявит меня взглядом, но продолжала смотреть в окно. Сделав глоток виски, я чуть не выплюнула его обратно. Боже! Что это за гадость?! Как она это может пить?!
Видимо, все это было написано на моем лице, потому что Волжак расхохоталась и, снова дойдя до бара, вернулась с миской со льдом и маленькой баночкой Колы.
— Поверьте, чистый виски – удовольствие не для всех, — усмехнувшись, проговорила она и снова заняла прежнее положение.
— Вы хотели сказать «для избранных»? – фыркнула я, чувствуя себя побежденной. Конечно, куда мне до эстетов.
— Почему же? Просто не для всех. К тому же, это односолодовый. В него не принято добавлять лед.
А вот это было сюрпризом. Что, и никакой подколки?
— Да и видя, с каким удовольствием вы на корпоративе глотали пиво, я предположила, что вы не любитель крепких напитков.
А, нет, все в порядке. Снова «многоходовочка».
— Пиво я, как вы выразились, глотала, потому что было жарко! – выпалила я и залпом допила свою порцию, не мешая с колой.
— Вы бы так не гнали лошадей, Ирина Николаевна, — усмехнулась Волжак. – Виски бывает коварным.
— Не переживайте, Екатерина Александровна, — сладким голосом ответила я. – Я умею пить. Можно еще? – я потянула ей пустой стакан.
— Как скажете.
Через пятнадцать минут тишины и второго допитого бокала (она со мной не разговаривала, что мне оставалось, кроме как пить?), я повернулась к боссихе и спросила:
— Зачем мы сюда приехали?
Было стыдно и неприятно это признавать, но Волжак оказалась права – виски начал плавить мое сознание довольно быстро. Я лишь надеялась, что не вырублюсь, не дойдя до главного.
Вместо ответа Волжак взяла мой пустой бокал и вместе со своим поставила на столик со своей стороны дивана. Потом встала и протянула мне руку. Не знаю, то ли она решила побыть джентльменом и помочь мне подняться, то ли была не уверена, что я самостоятельно смогу это сделать после двух стаканов виски. Хоть и неполных. Но я бы смогла. С трудом, возможно, но смогла бы.
Я поднялась с дивана, и начальница меня куда-то повела.
Спустя полминуты мы оказались в темной комнате. Екатерина Александровна протянула руку к стене, куда-то нажала, и загорелся яркий свет. После полутемной гостиной – слишком яркий. Но она что-то там покрутила, и постепенно становилось темнее. Прикольно, регулируемый свет. В одной из съемных квартир, где я жила, была такая же система. Это было странно, потому что сама квартира была «убитая» — по кухне ползали тараканы, сантехника – древнее моей бабули, зато в комнатах была система контроля света.
Сделав освещение комфортным, Волжак потянула меня вглубь комнаты. Я рассмотрела огромных размеров высокую кровать и плазменный широкий телевизор на стене напротив. По бокам от кровати стояли тумбочки из светлого дерева со свечами на подставках. Романтика, е-мое!
Остановившись у изножья этого траходрома, Волжак повернулась ко мне. На полу я заметила ее рабочий кейс. Она что, ноутбук с собой сюда взяла? На веб-камеру собралась снимать или что?!
Додумать мне не удалось, так как начальница отпустила мою руку и потянула за пояс моего халата. Черт, она сейчас увидит меня голой! Да, мы уже не раз успели переспать, но я ни разу не была перед ней полностью раздетой. И это меня немного… нервировало. Ладно, меня это чертовски нервировало! Хоть я и не стеснялась своего тела, точнее, мне за него не было стыдно, но все равно момент был волнительный.