Наши уже не придут (СИ)

— Так ты точно хочешь уезжать? — спросила она.
— Точно хочу, — улыбнулся Аркадий. — Как дела с шитьём?
— Ни шатко ни валко, — пожала плечами Марфа.
— Спокойной ночи, — пожелал ей Аркадий.
* * *
— … выше ожидаемого, — заключил репетитор, протоиерей Георгий. — Уже достаточно, чтобы сдать Закон божий для аттестата. Хотя есть, куда расти.
— Мне большего и не нужно, — вздохнул Аркадий.
— Я бы посоветовал налечь на Новый завет, — произнёс репетитор. — И таинства подтянуть — хромаете, молодой человек.
— Я это учту, — кивнул Аркадий. — И займусь налеганием с подтягиванием в свободное от других предметов время.
— Надеюсь на это, — хмыкнул репетитор. — На этом моя работа закончена.
Аркадий намёк понял и вытащил из кармана пять рублей.
На рынке репетиторских услуг за такие занятия берут по одному рублю, реже — по два, но Немирову был нужен элитный преподаватель, поэтому он нанял целого протоиерея, причём из «научников» — теоретика богословия, из «белого» духовенства.
Отец Георгий отлично разбирался в предмете, а также имел богатый опыт в преподавании Закона божьего, поэтому прямо идеально подходил Аркадию, который привык, для лучшего усвоения, проникать в суть вопроса.
Он нашёл для себя именно такое решение внутреннего конфликта — разбирать Закон божий не как набор текстов для заучивания, но как предмет для исследования. И именно с таким подходом у него всё начало отлично усваиваться, даже датировки постов и детали таинств. Когда узнаешь не просто «что», а ещё и «почему», обучение идёт гораздо быстрее.
А в христианской религии, начавшей своё непрерывное развитие начиная аж с поздней Римской империи, осталось очень мало вещей без объяснения причин. Не объяснены только самые базовые вещи, а остальные уже давным-давно объяснили и разъяснили…
— Вам бы, молодой человек, в семинарию, — произнёс протоиерей, пряча деньги под рясу. — С такой въедливостью и способностью быстро проникать к истокам… Вы бы сделали потрясающую карьеру. Столь светлый ум, а всё туда же — в армию. Армия этого не заслужила.
— Может и так, — Аркадий не стал спорить.
* * *
«Надо сходить к Гаевскому и купить набор лекарств в дорогу», — подумал Аркадий.
Экспресс-курс по основным предметам он уже освоил. Репетиторы остались под впечатлением, но всё дело было в том, что большую часть знаний он вспоминал. В школе он учился уже очень давно, жизнь назад, поэтому некоторые вещи подзабылись.
Да и школьная программа сейчас на порядки беднее, чем в его времена. Но стиль обучения им гораздо строже — нет никакого Интернета, поэтому источники информации труднодоступны и бедны. В его времена учиться было многократно легче.
Идя по Белому городу, Аркадий без особого интереса смотрел на прохожих и на то, как изменился за это время город.
Изменился он незначительно, времени прошло всего ничего, но кое-какие изменения были.
Например, некоторые торговые предприятия расширились. В «Галантерее И. Е. Нудельмана», например, пристроили второй этаж, причём сразу кирпичом — видно, что бизнес пошёл в гору.
Появилось целых две новых лимонадных будки, а ассортимент у них заметно расширился. Уже торгуют коктейлями, но они какие-то неизвестные. Скорее всего, инсинуации по мотивам коктейлей Немирова.
«Кока-колой» никто не торгует, потому что точный рецепт воспроизвести не может никто, а всё, что рядом — это неупотребимое дерьмо. У Немирова было преимущество — он знал, к чему надо идти, но даже он не получил точного соответствия вкуса и цвета. И, тем не менее, Аркадий перепробовал десятки образцов поганого пойла, прежде чем приблизился к какому-то приемлемому варианту…
«Давненько я тут не был», — открыл он дверь аптеки Гаевского.
Зрелище, которое он увидел, его слегка удивило.
Вместо ряда витрин с препаратами тут стояла будка с надписью «Коктейли Марфы», но уже на трёх языках — русском, английском и немецком.
Из окошка была видна Марфа, которая в этот момент принимала заказ у клиента. Она увидела Аркадия и, почему-то, испугалась. На фоне мелькнул Пахом, передавший ей коктейль «Американская мечта».
 
Немиров же спокойно прошёл дальше в аптеку.
Готовые тематические наборы лекарств тут уже продавали. Спрос на подобное был давно, поэтому рынок ответил — есть аптечки для военных, путешественников и им подобных.
— Добрый день, — приветствовал он аптекаря.
— Добрый день, — ответил тот.
— Мне набор лекарств для путешествия, — сказал Аркадий.
— Семнадцать рублей и восемьдесят копеек, — назвал цену аптекарь. — В набор входят…
Немиров расплатился, забрал полноценную аптечку и пошёл на выход. И на улице он услышал обрывок разговора.
— … не знаешь, кто он такой! — услышал он голос Марфы. — Ты не видел его лица, когда он убил тех матёрых! Это были голодные волки! А он их… Лицо в крови, но улыбается… А остальных голодом заморил! Даже мне их жалко стало — как они выли… А он спал спокойно, понимаешь⁈ Надо с городу…
— Что это у нас тут? — зашёл Аркадий за угол аптеки. — Никак, с городу бежать вздумали?
— Алексей, я… — начала Марфа.
— Надо было просто сказать мне, — вздохнул Немиров. — Я бы, может, советом помог. Может, подсобил бы на первых порах.
— Мы тут… — заговорил Пахом.
— Думаете, я бы стал мешать? — перебил его Аркадий. — Да я только рад! Жалко было бросать дело, честно говоря. Занимайтесь — на здоровье. Но можно было хотя бы сказать, из уважения к нашей дружбе…
Повисла пауза.
— Правда? — посмела её нарушить Марфа.
— Конечно! — ответил Аркадий. — Мне дорога одна — в Санкт-Петербург, а вы, как я понял, здесь остаётесь…
— Да, остаёмся, — склонила голову Марфа.
— Вот и отлично! — заулыбался Аркадий. — Рано вам ещё в Петербург. До какого часа работать будете?
— Как аптека закроется, уйдём, — ответила Марфа. — Я с аптекарем договорилась, что с каждых десяти рублей один рубль ему — он согласился.
Десять процентов в качестве арендной платы — это очень дорого, но резон тоже есть. Теперь Марфа от аптеки, а не от пустого места, поэтому лимонадники её трогать не посмеют. На Гаевского, вхожего в губернаторский дом, никто, в своём уме, не полезет.
«Тут у аптекарей своя мафия», — подумал Аркадий.
— Скоро хотим у Беккера открываться, — сообщила Марфа.
— Правильно, — кивнул Аркадий. — С москвичами начинайте переговоры. Но только после того, как покажете себя у Гаевского и Беккера.
«Москвичи» — это две аптеки, открытые партнёрами Владимира Феррейна, фармацевта, купца 1-й гильдии и аптекаря.
Концепция филиалов тут ещё не распространена, но Феррейн поставляет своим партнёрам широкую номенклатуру лекарств и микстур, наверное, с неплохой скидкой. Это отдельные юридические лица, поэтому филиалами их не назвать.
— Вечером побеседуем, — сказал Аркадий. — Дам советы, как сделать так, чтобы невозможно было прогореть.
До вечера Аркадий заканчивал все дела в городе.
Револьвер «Бульдог» отправился на дно Волги, вместе с патронами. Кастеты и ножи он решил оставить Марфе и Пахому — может, пригодятся.
Вернувшись домой, он застал своих бывших деловых партнёров, напряжённо сидящих за обеденным столом.
— Итак, — сел Аркадий во главе стола. — Первое, что вы должны усвоить — никакого паевого участия. Посторонних в дело пускать нельзя, только своих. Лучше всего будет, если во главе будете стоять только вы двое. На двоих даже деньги делить легче.
Марфа кивнула.
— Дальше, — продолжил Аркадий. — Как соберёте тысяч тридцать-сорок, ставьте завод. «Кока-кола» — это жидкое золото. Люди всегда будут хотеть её, поэтому надо увеличить её доступность. Вы уже видели, как мы торговали ею в банках, но это не решение. Нужно сделать завод по розливу напитка в стеклянную тару. Десятки тысяч бутылок «Кока-колы» — вот ваша цель. И, кстати, надо изменить название. Я думаю, идеально подойдёт «Марфа-кола».