Палач желаний (СИ)
Лотерейщик, наконец, вышел из-за укрытия и хотел что-то сказать довольное, но секунду спустя оружие вновь оказалось вскинуто, а Мимик обратил свои руки в клинки. Причиной активности стало то, что из зеркальной поверхности поваленной горки вышел человек. Вышел не кто иной, как Глагол.
Он шел неспешно в изодранной одежде, поверх которой было накинуто металлически поблескивающее пальто до земли, и меланхолично прихлебывал вино из бутылки. Я почему-то совершенно не удивился, когда понял: Глагол совершенно здоров. А также тому, что одним из рукавов пальто является змея, сплетённая в кольца. И именно эту руку Глагол направил на Критиков.
— Пожалуйста, отдайте кейс, который был у этого человека, — короткий кивок на Главаря. — Вы сделали всё, ради чего я вас пригласил.
— Остановитесь и поднимите руки, — приказал Лотерейщик, похоже, зная, с кем он разговаривает. — Пожалуйста, не вмешивайтесь, здесь проводится спецоперация Критиков.
Глагол лишь тяжело вздохнул и пошёл вперёд. Он двигался неспешно, но тем не менее уверенно. Лотерейщик, не зная, как реагировать, отступал всё больше и больше к поверженному Главарю. Наконец, он не выдержал и выпустил очередь по Глаголу… но все иглы осыпались, не причинив вреда, когда ударились в пальто, которое всколыхнулось словно само собой.
Тогда Лотерейщик вскинул руку, пытаясь ударить воплощением. А Мимик атаковал с фланга, желая отвлечь или воспользоваться моментом. Несколько водяных плетей с разных сторон обрушились на Глагола, но тот скользил между всеми ударами, словно танцуя. И при этом всё ещё продвигаясь вперёд.
Налетел Мимик. Глагол хотел перехватить удар его заострённой конечности, но та лишь растеклась и попыталась обвиться вокруг его собственной руки. Но Глагол сам воспользовался моментом и, схватив податливую плоть, подставил её под удар одной из водяных плетей. Брызнула кровь, и Мимик отшатнулся.
Лотерейщик отменил воплощение, понимая, насколько его потуги бесполезны. Он вновь вскинул руку… но тут к Глаголу подползла змея, что ранее была рукавом, и хвост её колечком держался за ручку кейса, который и тащился следом. Тот самый кейс, что так был нужен Глаголу. И когда только в пылу битвы змея успела заняться мародёрством? Моё почтение навыку. Глагол тем временем быстро подхватил кейс, приняв и змейку, после чего двинулся обратно.
В этот раз бить ему в спину не стали, и Глагол скрылся в полированной поверхности детской горки. А я чуть ли не вслух смеялся, отключаясь от виденья Феникса.
— Командир, наблюдаю, как здание покидает Душелов, — раздалось сквозь треск помех со стороны Оркестра. — Прикажете устранить?
— Никак нет, Нейтрон, — тут же отреагировал Оркестр. — Вести сопровождение. Незаметное. Если повезёт, то она выведет нас на свою базу. Но если увидишь, что она уходит путями Веры, то немедленно задержать, — Оркестр чуть перевёл дух и начал подниматься, бросив мне: — Ну что, Несуществующий, пошли развлекаться дальше!
Я лишь кивнул, поднимаясь и незаметно пряча в карман небольшой предмет, что согласно показателям напряжённости поля Веры являлся артефактом с мощностью 4,5682 РВ. А что такого? Я ещё не расплатился с Артефактором за услугу!
Глава 8. Или почему опасна домашняя тирания?
— Хм… — многозначительно протянул я и закинул в рот кусочек помидорки. — Очень многозначительное «хм»…
— Хватит жевать. Аппетит себе испортишь, — стоило мне потянуться за новым кусочком, как получил по руке ложкой.
— Не дают заморить червячка герою! — тяжело вздохнул я и закрыл вкладку дополненной реальности с сообщением, продолжив нарезать помидоры для салата. — Мне, между прочим, только что благодарность прислали. Официальную.
— Тебе? Благодарность? — Надя вернулась к помешиванию супа, который больше походил на ведьмовское зелье. — Ты, случайно, не перепутал с очередным выговором?
— Сам в шоке! — честно признался я и вывел над наручем голограмму официального документа с подписями и печатями, а главное, уникальной цифровой идентификацией. — Благодарность нам с Оркестром, что мы спасли штурмовую группу и не дали воплотиться очередной гадости.
— А премия к ней прилагается? — сразу уточнила животрепещущий момент Надя.
— Само собой, нет, — даже удивился я.
— Ну тогда можешь добавить в салат побольше заправки — отпраздновать. Или возьмёшь с чаем конфетку. Но только что-то одно! Не хватало, чтобы у тебя и с холестерином, и с сахаром проблемы были, — потеряла интерес к моим успехам девушка, продолжая шаманить над варевом.
— Я даже не совсем понимаю, зачем мне эта бумажка. Сделали мы немного: по сути, свою работу, — проигнорировал я посягательство на свои гастрономические свободы. — Единственное, хоть как-то объяснить приложенный рапорт об очередном переводе.
— И почему я не удивлена? Ты бы не был самим собой, если бы даже при похвале у тебя не возникли проблемы, — девушка села напротив меня, с печалью глядя на своего избранника-раздолбая. — И куда тебя ссылают на сей раз?
— В лабораторию научным сотрудником, — честно признался я.
— Но так это же хорошо? — девушка даже просияла и улыбнулась. — Спокойное место. Никакого риска. И работа должна быть занимательной…
— Скорее, ограничить в передвижении — на базе я буду под постоянным контролем. А Артефактор, который теперь являлся моим начальником, сдаст меня мисс Спектр при любой оплошности… он не мой фанат. И вообще, с учётом того, что в боевом подразделении я проявил себя относительно неплохо, данный перевод выглядит в высшей степени подозрительно… особенно если учесть, что он за подписью мисс Спектр.
— Это тебе нашептывает паранойя. Твоя маленькая война против мисс Спектр — это просто смешно! Хочешь, я схожу и поговорю с ней? По-своему, по-женски…
В кухню зашёл кот, чуть скрежеща костяными пластинами. С меланхоличным презрением оглядел нас. Принюхался к тому, что варилось на плите. Недовольно фыркнул и столь же нагло удалился прочь, решив, что мы не достойны его времени.
— Это не шутка, — обиделся я и принялся активнее перемешивать салат. В груди пульсировало вечность назад забытое чувство, когда тебя в школу провожают родители, а ты вырываешься и хочешь идти сам, ведь уже взрослый и ходишь во второй класс! Глупая детская гордость. — Я абсолютно уверен, что мисс Спектр оказалась не в восторге от того, как я манипулировал Оркестром, вместо того чтобы прогнуться под его муштру. И пока не сдружился с отрядом… или не подчинил его себе, она мудро решила меня максимально запрятать. В лаборатории я даже случайно не встречусь с Глаголом или чем-то, заставляющим меня бунтовать.
— И что с того? — пожала плечами моя девушка. — У неё могут быть хоть какие мотивы и интриги. Тебе до них какое дело, пока рискуешь не ты?
— Но если я не буду понимать её мотивов, то она сможет меня подловить и уволить, — возмутился.
— Если бы она хотела тебя устранить, то выгнала бы ещё в первую неделю практики, — припечатала Надя. — Подумай сам, ей даже повод особо не нужен — у неё достаточно власти. И только попробуй вспомнить Глагола — ты его даже знакомым не можешь назвать, не то что другом, чтобы пытаться помочь ему за свой счёт.
— Но я должен знать правду, — уже не так уверенно заметил я.
— Правдой за коммуналку не заплатишь! Начальство на то и начальство, чтобы смотреть, где ты принесёшь максимум пользы. Твоя задача вписаться… либо уволиться, если поймёшь, что работа не для тебя. Но хватит создавать бурю в стакане!
Я настолько опешил от подобной логики, что даже заткнулся. И в самом деле, что я докопался до мисс Спектр и Глагола? Любопытство? Это, конечно, хорошо, но оно не стоит работы. Хорошей работы, между прочим. Моя гордость? Вот это уже ближе к истине, но опять же, пока я не сталкиваюсь ни с мисс Спектр, ни с Глаголом, на мою свободу воли покушаются лишь в рамках должностных обязанностей. Так чего себе драму создаю на ровном месте? Нужно сначала поработать в научном отделе — может, мне это даже понравится?