Палач желаний (СИ)
— Понятно. Разрешите идти?
— Свободен.
* * *Весь день я сидел как на иголках в ожидании предстоящего похода. Как назло, за смену для меня не нашлось ни одного задания, так что с горя написал все отчёты и остаток дня штурмовал тренажёрный зал. Я, конечно, мог сослаться на какое-нибудь расследование и уйти… но подставляться лишний раз не хотелось. Зато в урочный час с работы я вылетел пулей! Добраться до места назначения оказалось тем ещё приключением. Как по мне, но логистика у Критиков построена неоднозначно и даже паршиво.
Да, картины мгновенно перемещали в любое отделение Критиков по всей стране. Собственно, данные отделения и строились для того, чтобы не возникло подозрений о существовании каких-либо секретных баз. Вот только проблема: отделения Критиков находились лишь в областных центрах. Имелась связь и почти со всеми отделениями Редакторов веры по стране — поэтому объём оперативности повышался. Со всеми отделениями, кроме моего родного города, до недавних пор… Плюс к этому добавлялись музеи, где висели оригиналы картин, которые использовались для перемещения.
Однако в пределах города или до сёл приходилось добираться общими методами: машина в помощь. Мой же потенциальный знакомый хоть и жил в мегаполисе, но на самой его окраине, потому я угробил больше часа только на дорогу. Спасибо системной карте, что хотя бы не заблудился.
Самое забавное, на мой взгляд, заключалось в том, что жил Макеев по тому же адресу, что и до прихода Веры и всех его подвигов. И эта квартира практически на другом конце страны от того места, где происходили разборки с одержимым домом.
Теперь я подбегал к старенькому четырехэтажному дому с покатой крышей, которую, судя по состоянию шифера, было бы неплохо починить. Здесь время застыло на полвека, если не больше, в прошлом: наполовину деревянные окна, обвалившаяся штукатурка, чуть пожёванная клумба у входа и покорёженная дверь с кодовым замком, неработающим. Ах, да… с другой стороны ещё был перекопан двор, и разворочен канализационный люк — доблестные коммунальщики меняли очередные трубы. Спасибо Фениксу за обзор территории! Мой напарник верно хранил мой покой с высоты, разминая крылья. Благо потраченный вчера в ноль запас Рабочей Веры за сутки полностью восстановили.
Я успел как раз вовремя, чтобы нырнуть в дверь после выхода одного из жильцов. И побежал на второй этаж мимо множества граффити и похабных надписей на стенах, бодро звеня бутылками в пакете.
— Кто? — раздался рычащий голос, через пару трелей звонка в нужную квартиру.
— Я твоя копия из будущего, срочно открывай дверь, нам нужно спасти мир! — без запинки выдал, постаравшись сделать голос погрубее.
Секунд десять ничего не происходило, а потом дверь начала открываться. Собственно, на то и был расчёт: попытка разобраться в непонятной ситуации. Самое забавное, что я бы поступил так же, не став отрицать возможной правдивости слов.
Стоило двери открыться так, чтобы стало видно, кто за ней стоит, меня окинули внимательным и недовольным взглядом, после чего дверь захлопнулась быстрее, чем я успел моргнуть.
— Эй! — возмутился я подобному не гостеприимству. — Я благодарность принёс, — приподнял пакет, чуть тряхнув. Надеюсь, у моего спасителя хороший слух, и он уловит звон стекла. — Пять литров с пятилетней выдержкой. Имею привычку говорить спасибо за спасение жизни, а ты так быстро убежал…
То, что меня не будут рады видеть, ожидаемо. Нежданных гостей вообще редко привечают. А в данном случае представитель власти буквально выследил потенциального преступника и припёрся к нему домой. Именно поэтому, если бы я честно назвался, то меня могли бы просто послать, и это в одном из лучших вариантов.
— Ты негостеприимный, — посетовал я. — А я ведь пришёл с миром и дружбой.
Не знаю, что именно подействовало, но дверь открылась вновь.
— Если ты войдёшь в дом, то покинешь его только через окно. Обещаю, — выдал Макеев, глядя на меня, как на потенциальный фарш для котлеток.
«Внимание, обнаружено воздействие Веры в 0,0023 РВ», — мгновенно пришло оповещение от Системы. На это я лишь усмехнулся и изобразил обиду:
— Даже не поздороваешься?
Когда любое твоё слово может стать обещанием и исполниться, приходится следить за тем, что говоришь, а может быть, и думаешь. Поэтому не удивительно, что мой новый знакомец прославился суровой молчаливостью, в которую я теперь уперся как в стену.
— У меня иммунитет к воплощениям чужой Веры, — сообщил я, постаравшись сделать это, так чтобы не выглядело словно бахвальство. — Так что если ты скажешь «будь здоров», шанс, что я стану бессмертным, не так уж и велик.
Кривая ухмылка на лице хозяина дома мне не понравилась, но он отступил и шире открыл дверь. Только сейчас я увидел, что хозяин расхаживает по дому в старых трениках с оттянутыми коленками, в засаленной тельняшке с желтыми разводами у подмышек и тапочках на босу ногу.
Квартирка пусть и не шикарная, но весьма просторная. Высокие потолки. Две комнаты, соединённые обширными арочными проходами. Плюс кладовка, стену которой снесли, объединив с жилыми помещениями. Выглядело это очень просторно и даже пустовато, с учётом минимума мебели и вещей. Обстановка… Нет, не современная, но функциональная и очень аскетичная: например, от кровати с пружинным матрасом веяло настоящей древностью. И брутальностью. Отделка тоже простая, обои в цветочек да линолеум. От ощущения, что я в притоне, отделяла лишь чистота во всех комнатах и аккуратность в вещах. Но я бы всё равно не смог тут жить…
Хозяин прошел на кухню и остановился у стола, выжидательно на меня глядя. Кстати, стол под стать хозяину и обстановке — мог выступать оружием: так много из него торчало потенциальных заноз.
— Как-то так, — я выставил на стол подарок.
Макеев кивнул и достал пару стопок. В холодильнике нашлись колбаса и сыр. В два ножа мы молча настрогали закуску. Быстро разлили напиток, после чего переглянулись, ожидая тост.
— За всё хорошее! — решился я.
Сергей закончил:
— И побольше.
Мы чокнулись и выпили. Мне стоило большого труда не поморщиться — не любитель я коньяков, да и вообще высокоградусного пойла. Не аристократ, уж извините, уважаемые читатели. Но поддержать компанию могу, поэтому мы переглянулись и кивнули, решив, что после первой не закусывают. Мне это знакомство нравилось всё больше и больше.
— Причины? — от внешнего вида собеседника так и веяло монументальным спокойствием.
— Кроме благодарности за спасение шкуры? Любопытно, — не стал я скрывать, разливая по новой. — Ты сумел пробраться на секретную территорию, перепрограммировав наруч и нацепив костюм с гримом! Подобная наглость просто восхитительна!
Сергей лишь безразлично пожал плечами и взялся за стопку.
— Даже мой иммунитет по полной провалился в заражённом доме, а ты там ходил как ни в чём не бывало и даже без респиратора. Я просто обязан понять, тебе помог твой талант?
— А ты не знаешь? — чуть удивился собеседник, кустистая бровь со скрипом проволоки изогнулась.
Я даже на мгновение растерялся. Но лишь на миг. Есть у меня один знакомый бармен с похожей манерой общения… не страшно, приспособлюсь.
— Про твой талант? Имею общее представление. Ах да… пока не забыл, — я чуть помедлил и выразительно глянул на выглядывающий из-под рукава наруч. — Нас могут подслушать, но я не могу с этим ничего сделать…
Собеседник хищно улыбнулся. С учётом того, что, даже сидя, он на полголовы выше меня и нависает, выглядело это несколько устрашающе. Я нервно сглотнул.
— Наш разговор никто не услышит, — произнёс он и припечатал: — Обещаю.
«Внимание, обнаружено воздействие Веры в 0,7254РВ», — пришло сообщение. Я на всякий случай постарался максимально укротить свой иммунитет к воплощениям Веры. Но… ничего не почувствовал. Зато Артефактор на другой стороне отреагировал согласно договоренности, и передо мной появилась очередная надпись: «Внимание, обнаружен сбой ядра наруча, будет произведена перезагрузка и калибровка, функции будут недоступны в течение 15 минут.» Иконки дополненной реальности начали тухнуть. Что же, буду надеяться, что Артефактор погасил интерфейс не только для меня, и сам не слушает дальше.