Грация! (СИ)

— А с виду и не скажешь… Сколько не смотрю на тебя, не могу понять — что у тебя на уме, Шаша? — с интересом спросил Джоз.
— Тебя это не касается, — отмахнулась алхимичка.
— Ну и больно оно мине надо! — ящер сходил к буфету, где отыскал бутылку с нечитаемыми некромантскими каракулями. Стакан искать не стал — уселся на своё место за столом, откупорил крышку и присосался к бутылке под осуждающий взгляд Шаши. — Что уставилась? Тоже хочешь?
— Да нет… просто смотрю на зелёного обрубка, который пьёт бальзамический уксус, представляя, что это алкоголь…
Джоз мгновенно выплюнул жидкость изо рта прямо в лицо Хименесу (но тот не отреагировал):
— Почему раньше не сказала?!
— Так ты никого не спрашивал, — снова пожала плечами Шаша.
— Аргх! — с болью в голосе зарычал Джоз. — Что ж за жизнь теперь у меня собачья?! Никаких военных походов! Ни рейдов! О великий Ниас — даже набегов на соседние деревни и гладиаторских боев нет!
— В твоём распоряжении орда нежити: от скелетов всех форм и размеров до совсем свежих зомби. Хватит ныть, и найди себе, наконец, занятие!
— И что мне с ними прикажешь делать, если кругом коричневая пустыня или как там её…
— Так дерись с мертвецами! Что ты ко мне пристал! — нахмурилась Шаша. — Ты чего такой злой и нервный постоянно?
— Анализ завершён, — объявил Хименес. — Ответ на первый вопрос таков: я забью тебя посохом до смерти, а ты и пальцем меня не коснёшься. Ответ на второй вопрос, который я подслушал: Джоз рассержен, потому что не удовлетворены базовые потребности его вида. Имеется ввиду война, привычная пища и половое размножение.
— Фу! У нас тут маньяк завёлся, — брезгливо сказала Шаша, отодвигаясь от ящера вместе со стулом.
— Да! — вдруг решительно ответил Джоз. — Не могу сидеть на месте! Не хочу сидеть на месте! Я хочу походы, сражения, ужас в глазах людишек! И я уже устал трахать «это», пока мы никого не взяли в плен! — ящер зачем-то вытащил из сумки на поясе дохлую каракатицу с щупальцами и с мерзким хлюпающим звуком бросил на стол перед всеми. Шаша с отвращением подскочила со стула и отпрыгнула подальше от склизкой мерзости Джоза, а Хименес покраснел от злости:
— Да как ты смеешь! Никакого уважения к жителям моря! — кальмар впервые проявил несдержанность, схватил у стены свой посох и накинулся на ящера. Хименес лупил Джоза со всей силы, но тому было хоть бы хны. Ящер только отмахивался от его ударов как от мух и просил:
— Народ! Я пошутил! Я не совокуплял эту штуку! Честно! Отстань от меня, щупальце! Ай! Шаша! Ну скажи ты ему!
— Извращенцы должны страдать… Мочи его, Хименес! — с уничтожающим взглядом сказала крольчиха.
Избиение Джоза так и продолжилось, если бы за дверью не послышалось знакомое лязганье инструментов на руках и песня в исполнении зомби-архитектора:
— Тёмный мрачный коридор… Я на цыпочках, как вор… — пытался петь Джаспер, издавая жуткие хрипы после каждого предложения.
Троица чемпионов в миг перестала сражаться между собой и решила проследить за многоруким архитектором. Может, по нему и не скажешь, но он был в прекрасном расположении духа и шёл по направлению в крыло Лорда Мрака.
— Он ведь к хозяину идёт? — на всякий случай шепотом уточнил Джоз, высовывая голову из-за двери вслед за Шашей.
— А сам как думаешь, чешуйчатый гений? — тихо ответила зайчиха. — Убери от меня свои руки, извращенец!
— Но это не я! — возразил Джоз, показывая обе руки перед собой.
— Прошу прощения… — виновато сказал Хименес. — Мне не нашлось места, чтобы выглянуть, я пытался тебя подвинуть. И… простите, что прерываю наблюдение, но господин Джаспер ушёл.
— За ним! — скомандовал Джоз и бросился вперёд по следам архитектора. Остальные тихонечко последовали за ящером.
Как и предполагали эти трое, Джаспер спешил с докладом к Лорду Мраку. Джоз успел застать только как двери в покои повелителя закрываются прямо перед его любопытным носом.
— Не думаю, что подслушивать за Мастером хорошая идея, — предупредил их Хименес.
— Тогда чего за нами припёрся? — ответил ему Джоз.
 
— Да заткнитесь вы! Я пытаюсь расслышать их разговор! — цыкнула на них Шаша, приложившаяся длинными ушами к двери. Начала разговора они не застали, однако самое интересное не пропустили:
— Хозяин, последний отряд клыкастых успешно выслан, — довольным хриплым голосом сказал Джаспер.
— Прекрасно! Пусть порезвятся на землях людей. Драконов в их распоряжении мало — Андертейкер хоть и редкостный балбес, но стянуть силы противника в столицу сумел на отлично! Теперь людишкам придется ооооочень потрудиться! Ахахахаха!
— Мой Лорд, а не стоило ли нам умертвить и воскресить орков? Они очень своевольные существа — могут натворить бед!
— Так в том и смысл, многорукая фигня! Люди их все равно уничтожат, у зеленокожих нет и шанса на этой миссии. Пускай они наводят шороху, убивают, гибнут сами — потери с обеих сторон станут новым пополнением моей армии!
Шаша, Хименес и Джоз переглянулись.
— Не могу в это поверить, господа и дама, но мы скоро тоже отправимся на войну! — хищно облизнулся ящер.
— Опять варить зелья заставят… Я пошла, — Шаша схватилась за голову, словно она у неё болела, и ушла к себе в лабораторию.
— Джоз, — Хименес обратился к ящеру с серьёзным видом.
— Чего тебе?
— Ещё одна выходка с кальмарами — и удары посохом будут настоящими, — Хименес взлетел и оставил озадаченного ящера одного перед дверью.
  
Глава 17
 
Долгожданный новый день наступил, когда ответственные послушники ходили мимо келий и всех будили. За окном ещё еле рассветало, а пронизывающий холод раннего утра заставлял вжиматься в подушку с одеялом крепче обычного. Ангелина раскрыла глаза и обнаружила себя на кровати Дилана, но самого принца нигде не было видно. Грация скинула с себя одеяло при помощи крыла, оторвала голову от подушки и начала мысленно звать парня. Насколько было эффективно этим заниматься, когда принц спал — доподлинно неизвестно, но попробовать стоило.
Вместо ментального ответа Ангелина почувствовала, как под её боком кто-то копошится. Она быстро спрыгнула с кровати и обнаружила рядом с собой спящего принца. Оказывается, он тоже не ощущал веса пегаса и спал под ней всю ночь, словно под одеялом. Грация просто замёрзла среди ночи и плюхнулась на него (а тот не возразил вовремя).
— Доброе утро… — Дилан с усилием разлепил глаза и посмотрел на Грацию с котом под ногами. — Ему нужно сырое мясо, если тебе интересно. Как же хочется спать… Я думал, что вчерашний день никогда не закончится!
— И тебе здравствуй, Дилан. Как спалось?
— Ты знаешь, великолепно! Мне было так хорошо, тепло и мягко, что я позабыл обо всех невзгодах! Прости за вчерашний негатив… Я очень устал и потому погорячился, — настроение принца в мыслях говорило, что он сейчас был искренен.
— Передо мной тебе не надо извиняться — меня ты просто удивил, что способен на такие недостойные низкие приёмы.
— Разочарована, что я повёл себя как типичный принц? Сказывается воспитание без матери и кучи братьев с сёстрами, — с грустной улыбкой спросил Дилан.
— Хочешь сказать, родись ты в многодетной семье, тогда вёл бы себя достойнее? — с сомнением сказала Ангелина.
— Нет, я хочу сказать, что в этом случае к моим негативным сторонам ещё бы добавилась жажда собственности и вечная борьба за место под солнцем, что характер не красит. Спроси половину дядюшки Феликса, если сможешь его найти в разрушенном склепе! — Дилан засмеялся. — Я как вспомню рассказы няни про детство моего отца, то не могу сдержать улыбки. Они постоянно с ним дрались… А когда отец был избран королём — дядя не прекращал попыток с ним соперничать. У них была негласная борьба «кто богаче». Да, я понимаю, что глупо тягаться с королём, но дядя Феликс был отменным купцом.
— Чего это тебя на воспоминания пробило? — поинтересовалась Ангелина. — Вчера был готов ударить Хину, а сейчас… такой спокойный и собранный…