Последний Охотник на Магов. Том 2 (СИ)

— Серебряков ждёт твоего звонка. Вы договоритесь о встрече. А когда он получит то, что желает, его люди всё равно избавятся от тебя и твоей семьи.
Моя рука невольно сжалась в кулак. Ногти впились в ладони.
Вот Серебряковы и показали своё истинное лицо. Плевать они хотели на эту сделку. Даже если я им миллион заплачу и отдам все сокровища мира, они всё равно нас предадут. Этого следовало ожидать. Мы разошлись мирно, чтобы сойтись в войне. Как я и говорил, сочетание мага и аристократа — очень мерзопакостная штука.
— Сколько человек придёт на встречу? — спросил я.
— Я не знаю, — помотала головой Теодора.
— Серебряков планирует атаковать только меня или параллельно отправит людей в наш дом?
— Не могу сказать точно… — задумалась птица. — Скорее всего, он направит все силы, чтобы убить тебя. И лишь потом придёт за твоей семьёй.
— Хорошо, Теодора, — кивнул я. — Последний вопрос. Какой силой обладает Семён Серебряков и его сыновья?
— Серебряковы — семья призывателей, — ответила она. — Младшие не шибко талантливые маги. Другое дело — их отец. Семён Серебряков — могущественный маг. Он разбогател за счёт своей магии. Ему принадлежит несколько строительных фирм. Призванные элементали строят дома куда быстрее других магов и простолюдинов.
Магия призыва элементалей… Неприятная штука. Фактически, он — маг универсал. Элементали могут атаковать любыми стихиями. Бой обещает быть не из лёгких.
— А теперь последний вопрос! — воскликнул Гаспар и просунул в клетку с Теодорой свой клюв. — Я тебе нравлюсь?
— Нет! — воскликнула Теодора.
У неё аж голос прорезался и стал действительно походить на женский.
— Тьфу ты! Бездарь — этот Бродский! — разозлился Гаспар.
— А Бродский-то тебе чем не угодил? — не понял я.
— Как, чем? Действие зелья правды уже закончилось! — заявил Гаспар. — Видишь? Она начала лгать.
— Уверенности тебе не занимать, Гаспар, — усмехнулся я. — Так, ну и что же мне теперь с тобой делать, Теодора?
— Сделай меня своим фамильяром, — предложила она. — Моя связь разорвалась.
— Разорвалась? — удивился я. — С какой это стати?
— Её разрушили побочные эффекты зелья правды, — объяснила Теодора. — Но Серебряков этого ещё не почувствовал. Если я вернусь домой и доложу итоги шпионажа, он ничего не заподозрит.
— И снова Бродский свалил зелье с чёрт знает какими свойствами! — воскликнул я. — Но на этот раз нам повезло. Только одно меня смущает: ты ведь только что не хотела предавать своих хозяев. С чего вдруг такие перемены?
— Это всё моё обаяние, — подмигнул Гаспар сначала мне, а потом Теодоре.
— Таковы были требования Семёна Серебрякова. Беспрекословное подчинение. Он давным-давно отобрал меня у одного из своих должников. Моего хозяина убил, а меня сделал своей рабыней.
— Хотел бы я тебя сделать своей рабыней, — блаженно протянул Гаспар.
— Заткнись! — хором рявкнули на голубя мы с Теодорой.
Гаспар, похоже, совсем нас не слушал. Не знаю, что за муть взбрела в его птичью голову на этот раз, но гормоны явно взяли над фамильяром верх.
— Хорошо, Теодора, меня устраивает твоё предложение, — заключил я. — Расклад будет следующим: я отпущу тебя, и ты доложишь Семёну Андреевичу, что мы подготовили все компоненты сделки. Артефакты, родовой свиток, деньги — всё при нас. Если будет спрашивать, собираемся ли мы его атаковать, скажешь, что Белов намерен прийти безоружным.
— Я сделаю так, как ты велишь, — кивнула Теодора и тут же запнулась.
Похоже, полная покорность вошла ей в привычку.
— Послушай, — начал я. — Я бы хотел сделать тебя своим фамильяром, но прежде тебе нужно понять, что я не намерен лишать тебя свободы воли. Ты будешь служить мне, но тирании от меня не жди. Я не такой, как Серебряков. Я уважаю своих соратников.
Услышав мои слова, Теодора распушила свои перья и прямо-таки расцвела.
— Я согласна, — кивнула она.
И между нами образовалась нить магической связи. Скоро я таким макаром себе целый зверинец соберу! Ну или вольер для птиц.
 
Теодора улетела выполнять мои указания. Гаспар подорвался, чтобы полететь за ней, но я остановил распутного голубя, вовремя ухватив того за хвост.
— Заканчивай это, Гаспар, — велел я.
— Но… Но… — заикался голубь. — Но она мне понравилась!
— Ты унижаешься. Этим ты самку привлечь не сможешь, — объяснил Гаспару я. — Я что, должен учить тебя даже этому?
— Откуда ты знаешь птичьи законы? — удивился Гаспар.
— Законы межполовых взаимоотношений у всех одинаковые, Гаспар. Будь сильным; покажи, что на тебя можно положиться. И она — твоя.
— А ты умный, Владимир Белов! — восхищённо заявил Гаспар. — И много птиц у тебя было?
— Давай я всё-таки не буду отвечать на этот вопрос, — сказал я и устало прикрыл глаза рукой.
Пора звонить Серебрякову.
Я набрал номер Семёна Андреевича. Не прошло и двух гудков, как он ответил на мой вызов.
— Ты всё собрал, Владимир Белов? — спросил он вместо приветствия.
— Конечно, Семён Андреевич, — солгал я. — Как и договаривались. Встречаемся завтра вечером на старой парковке в двух кварталах от вашего дома. На нейтральной территории.
— Идёт, — согласился Серебряков. — И даже не вздумай притащить с собой друзей. Разговаривать будем один на один.
— То же касается и тебя, Серебряков, — твёрдо сказал я. — Никаких друзей. Только ты и я.
— Завтра в восемь вечера. И без опозданий, — процедил сквозь зубы Семён Андреевич и бросил трубку.
— Ну как? — нетерпеливо поинтересовался Сергей. — Он придёт?
— Придёт, куда он денется! — ответил я. — Только что-то мне подсказывает, что не станет этот свинтус рисковать. Он обязательно захватит с собой пару-тройку человек. Но это и не важно. Я справлюсь с ними в любом случае.
— Возьмёшь мою саблю? — предложил Сергей. — Тебе она нужнее, чем мне.
— Нет, братишка, — отказался я. — Спасибо, она уже достаточно мне послужила. Негоже пользоваться оружием младшего брата. Я дойду до торгового центра и приобрету личный клинок. Но на завтрашнюю встречу я возьму не только его.
Я решил не мелочиться и купил закалённый боевой магией меч. Сабли были мне не по душе. Оружие с двумя режущими поверхностями — вот выбор, достойный истребителя магов!
Этой ночью я вновь медитировал, держа в руках сундучок с пеплом своих павших товарищей. Отражения в них больше не осталось, я поглотил всё до последней капли. Но близость к чему-то, что связано с давно забытым орденом, грела мне душу.
Закончив все приготовления, я выдвинулся к месту назначения. На парковку пришёл первым. Гаспар изучал местность с неба.
Через десять минут с небольшим опозданием появился мой противник.
Семён Андреев Серебряков шёл один, тяжко переставляя широкие ноги.
— Это что на тебе такое, Белов⁈ — рявкнул он.
На моей спине висел родовой щит, на поясе висели ножны клинка. В правой руке был сундучок, а в левой — футляр от родового свитка.
— Щит и меч — это древнейшие артефакты, которые хранил в особняке мой отец, — солгал я. — В сундуке — пятнадцать тысяч рублей. А вот — родовой свиток.
— Ты меня удивляешь, Владимир Белов. Очень удивляешь, — рассмеялся Серебряков. — Ты куда интереснее, нежели твой отец. Но и куда опаснее.
Серебряков взмахнул рукой. Он подал кому-то сигнал. Но кому?
Нить связи с Гаспаром неистово завибрировала. Голубь предупреждал меня об опасности.
Из заброшенных гаражей, из кустов, из стоящих вокруг машин стали появляться силуэты. Поначалу я подумал, что Серебряков активировал магию призыва, но нет…
Меня окружала толпа его охранников. Двадцать широкоплечих головорезов. А ублюдок решил не мелочиться!
— Мы договорились, что придём без друзей! — крикнул ему я.
— И я тебя не обманул, Владимир! — улыбнулся Серебряков. — Эти молодцы мне не друзья. Они мои подчинённые.