Последний Охотник на Магов. Том 2 (СИ)

Я приложил дополнительные усилия, вскрикнул от напряжения и завершил узор своего приёма. Червоточина сначала расширилась, заставив Пересветова понервничать, а потом резко схлопнулась и исчезла, оглушив нас обоих гулким щелчком.
Обессиленный я упал на одно колено. Дыхание на этот раз восстановить было крайне трудно.
Единственный источник освещения исчез, и комната погрузилась в непроглядную тьму. Пересветов за моей спиной засуетился в поисках переключателя. Через минуту под потолком зажглись магические лампы.
Александр подбежал ко мне и внимательно осмотрел то место, где ранее была червоточина.
— Ты… Ты действительно наше спасение, Владимир Белов, — прошептал он. — Я надеялся, что у тебя есть к этому задатки, но и помыслить не мог, что ты сделаешь это с первого раза. Теперь я понимаю, зачем Мастер Тайн прислал тебя ко мне. Если ты сможешь закрыть и остальные червоточины… Да, наша организация навсегда изменится!
— Не благодари, — просипел я, медленно поднимаясь на ноги. — О закрытии других червоточин поговорим после того, как я получу свой ранг.
— А у тебя есть хватка, Владимир! — звонко рассмеявшись, погрозил мне пальцем Пересветов. — Будет тебе третий ранг. Да, если ты начнёшь зачищать город от этих проклятых сфер, ты и дальше продвинешься.
— Что здесь происходит? — громыхнул громкий властный голос за нашими спинами.
Кто-то спустился на подземный уровень вслед за нами. Я оглянулся. К нам стремительно приближался крепкий старик. Однако тело его так и источало энергию. Очередной крайне властный маг. И почему-то его лицо казалось мне знакомым.
— Отец! — воскликнул Пересветов и тут же исправился. — Прошу прощения. Андрей Робертович, нашему новобранцу удалось запечатать червоточину!
Андрей Робертович Пересветов с недоверием посмотрел на меня, а затем на то место, где висела сфера.
И я понял, кто стоит передо мной. На груди Пересветова-старшего висело две эмблемы. Одна — солнце на фоне чёрного неба — знак Светлого Дня. Вторая — огонь и меч — герб Магической Академии.
Передо мной наш ректор. Вот мы, наконец, и встретились. Я отучился в академии почти целый семестр, и лишь впервые увидел старика.
Пересветов, значит? Как же тесен мир. Особенно магический.
— Это — Владимир Белов, — представил меня отцу Александр. — Он учится на первом курсе твоей академии.
— Белов… — прошептал Андрей Робертович, вспоминая мою фамилию. — Сын Алексея Белова?
— Да. Он самый, — кивнул я.
— Иронично, — без улыбки усмехнулся он. — До ужаса иронично.
Старик не стал объяснять, в чём заключалась ирония, но я и сам понял суть. Моего отца уволили из Академии за эксперименты над порталами в Тёмный Мир. Он пытался их открыть, а я только что закрыл один из них.
— Молодец, Белов, — кивнул ректор. — Быть может, хотя бы ты сможешь восстановить доброе имя своей семьи.
— Уж не сомневайтесь, — коротко ответил я. — Оно и без того доброе.
Пересветов-старший хмыкнул.
Ещё не хватало, чтобы чёрт знает кто говорил об имени моей семьи.
— Владимир, пока можешь идти, — сказал Александр. — Я свяжусь с тобой позже. Документы о получении ранга получишь по почте. Ещё поработаем!
Я кивнул, и мой взгляд упал на землю. У моих ног лежал маленький чёрный шарик.
Я поднял его и внимательно осмотрел. Пересветовы тоже обратили на него свои взоры.
— Что это такое? — поинтересовался Андрей Робертович.
— Сам не знаю, — пожал плечами я. — Видимо, осталось после закрытия червоточины.
— Оставь это мне, Владимир, — попросил Александр. — Я отнесу его в свой отдел изучения инородных артефактов. Он ещё может оказаться полезным.
Спорить с Александром я не стал. Не хватало мне ещё таскать с собой какой-то иномирский мусор. Я передал артефакт Пересветову и покинул штаб Светлого Дня.
Весь следующий месяц я крутился, как белка в колесе. Декабрь был расписан поминутно. Учёба в академии, полугодовые экзамены, производство зелий и бизнес в Закрытом клубе. Но мало того, на этом мои обязанности не заканчивались.
Александр Пересветов не солгал, и уже через двое суток я получил письмо с приказом об утверждении меня, как члена организации Светлый День и о присвоении мне третьего ранга. Также в письме шёл герб организации, который я надевать не спешил.
 
Лишний раз светить в академии такими вещами не стоит.
Два раза в неделю Александр вызывал меня в штаб и просил закрыть червоточины в разных частях города. К концу декабря мною было запечатано десять чёрных сфер.
После закрытия каждой из них оставался один и тот же шарик, который силы Светлого Дня тут же транспортировали в научный отдел.
Уж не знаю, удалось им определить, что это такое, или нет. Меня это не сильно беспокоило. Душу грела мысль о том, что я, наконец, взялся за свою основную задачу. Медленно, но верно, я очищал город от спящих Тёмных Часов. За это я получал неплохое жалование, и пока что мне этого было достаточно.
Когда Беловы вернулись из своего маленького путешествия, им не удалось узнать своё родовое имение. Я специально не стал рассказывать семье о своих планах, чтобы приготовить для них сюрприз.
Мой младший брат Сергей полчаса гонял такси по району туда-сюда, полагая, что водитель привёз их не на ту улицу.
Как же было приятно видеть их изумлённые лица, когда они осознали, что шикарный новый особняк — это их дом. Серебряковы постарались на славу. Сделали всё так, как я и просил. Потратили ровно миллион рублей на строительства нового поместья Беловых.
Мне хотелось провести как можно больше времени с семьёй до начала зимних каникул. Я хорошо поднапрягся и сдал все полугодовые экзамены досрочно. Поэтому мне удалось покинуть академию в двадцатых числах декабря и прожить с Беловыми чуть больше недели.
Я впервые в жизни отпраздновал новый год с семьёй. С семьёй, которой у меня никогда не было. Однако второго января встречи со мной ждала другая часть моей семьи.
Мой отец — Алексей Белов, и Ольга Лазарева уже были на Московском вокзале, когда я подъехал.
— Слава богам! — воскликнул отец. — Я думал, что ты опоздаешь!
— Куда ж вы без меня денетесь? — усмехнулся я. — Подозрительных личностей на вокзале не видели?
Отец помотал головой.
— Нет, не видели, — ответила Ольга. — А что?
— Сегодня сорок пятый день, — сказал я. — Клятва, которую дал мне глава Сумрачного клана, обнулится с минуты на минуту. За нами, скорее всего, уже выдвинулись.
— Они не успеют, — хитро улыбнулся отец. — Наш поезд отходит через двадцать минут.
— Ты так и не сказал, куда мы едем, — подметил я.
Алексей Белов достал из-за пазухи четыре билета и протянул нам с Ольгой по два.
«Санкт-Петербург — Москва».
«Москва — Бийск».
Я мысленно прикинул, где находится этот Бийск. Этот город основали ещё при моей прошлой жизни. Будь я проклят… Да это же другой конец страны.
— Сколько мы туда будем добираться? — спросил я.
— С учётом пересадки — чуть больше суток, — ответил отец. — Поезда сейчас напитывают новым магическим топливом. Быстро гоняют. Не заметишь, как мы доберёмся. Но это — не конечная точка. Из Бийска доберёмся до Горно-Алтайска. Вот там-то и находятся катакомбы.
— Э-э-э… — промычала Ольга. — Вы мне так и не сказали, зачем мы туда едем? В мои планы не входило провести новогодние праздники в Сибири!
— А я говорил тебе, Владимир, что не стоит нам её с собой брать, — вздохнул отец. — Мы ещё в поезд не сели, а она уже ныть начала!
— Отец прав, — кивнул я. — Ольга, ты сама хотела ехать с нами. Можешь остаться в городе, если хочешь. Но учти, Сумрачные придут за каждым из нас. Можешь не сомневаться.
— Ладно-ладно! — воскликнула женщина. — Ну, Беловы! Не дадут девушке даже покапризничать…
— Всё, уже началась посадка! — воскликнул отец. — За мной!
Хорошо, что я запасся антимагическими зельями. Сутки в таком поезде я бы точно не пережил без варева Бродского. Я залпом осушил одну бутылку и последовал за отцом и Ольгой в парящий над магическими рельсами поезд.