Пари на невинность, или соблазнить оборотня (СИ)

Глава 30
Боль мешала думать, мешала сопротивляться. Я лишь краем сознания отмечала, что мое тело движется само. После того, как Лиам воздействовал на меня, я ощутила, будто мою душу, сердце и разум запихнули в темную комнату, где нет дверей. Только узкое смотровое окно под потолком, чтобы я могла наблюдать, что люди, ставшие мне почти семьей, заставляли мое тело двигаться, улыбаться. Они предали меня, растоптали и оставили гнить в сточной канаве. Как когда-то и родители. Сначала отец, который бросил меня и мать. После него остались только долги и мамины слезы. Потом мать, которая посчитала меня виноватой в том, что я отобрала у нее силу и магию, да еще и в том, что отец ушел. Теперь же предателями оказались люди, которым я доверила свои страхи, радости и горести.
Пока меня «вели» обратно в тронный зал, тысячи мыслей пронеслись перед моим запертым сознанием. Миллионы вариантов спасения, но все они сводились к тому, что Ран заметит, что со мной что-то не то. Жей и Масу тоже поймут, что я не совсем я, а Ша набросится на моих мучителей.
Но ни одно из ожиданий не оправдалось. Масу и Жей, заметив меня, весело замахали руками и отсалютовали бокалами с вином. Ран, к которому я подошла почти вплотную и призывно улыбнулась, лишь слегка нахмурился, но тут же протянул руку, чтоб утянуть меня в круговорот танца. Даже Ша, которого заметила моя «оболочка», не выглядел настороженным. Хотя он теперь вряд ли мог слышать мои мысли. Ведь в моей голове находилась вовсе не я. Вдруг, боль отступила на второй план, а в скованной душе проклюнулась надежда. Вдруг, я смогу достучаться до шаабела? Ведь эта та часть моей жизни, о которой ни Раста, ни Лиам прознать не успели.
Наша связь с котенком гораздо глубже и прочнее, чем какие-то там ментальные воздействия. К тому же, Лиам сейчас почти беззащитен. Пока он управляет моим телом, свое ему плохо подчиняется. Если я смогу передать Ша, что я в ловушке, и рассказать, кого надо обезвредить, шаабел сможет предупредить Рана. Ну, или Масу с Жеем. К ребятам Ша относился все же терпимее, чем к альфе.
Я сосредоточилась и позвала:
«Ша! Услышь меня, ты мне нужен!»
Тут же новая порция боли обрушилась на сознание. Пара фраз совершенно лишила сил, будто всю жизнь из меня выкачали. Пока я приходила в себя, потеряла связь с реальностью. Когда же мне удалось снова добраться до узкой «бойницы» чужой воли, меня окружала совсем иная обстановка.
Тронный зал с его шумным весельем остался где-то далеко позади. Мы же с альфой находились на узком балконе. Вокруг нас обнимала тьма позднего вечера, с неба подмигивали светила, а Сао предстал в самом центре небосвода во всей своей красе.
Мои пальцы лежали на груди Рана, а глаза ловили его потемневший взгляд. Мужчина тяжело дышал, будто недавно физически упражнялся, его руки до боли стискивали мою талию, а губы оказались так близко, что будь я в себе, упала бы в обморок.
- Шила, - его хриплый баритон пробился сквозь толщу стен моей ментальной тюрьмы, заставил взвыть от беспомощности и обреченности, - ты действительно готова?
- Да, - сообщили мои губы чужие слова, - я готова пожертвовать своей магией, чтобы быть с тобой.
- Шила, - повторил он на грани слышимости, а мое тело приложило палец к его губам.
Кажется, на лице марионетки расцвела довольная улыбка.
- Не надо слов, Ран, я все решила. Наше счастье гораздо важнее какой-то там магии, - сообщили мои губы игривым тоном.
Мой мир разбился на миллионы осколков, которые тут же вошли глубоко под кожу. Захотелось закричать: «Неужели ты не видишь, что это не я?! Неужели ты не ощущаешь лжи?!» Только альфа улыбнулся счастливо, притянул ближе мое тело и впился нежным поцелуем в мои губы.
Стало как-то горько. Тело фактически мое, а целует он вовсе не меня. И то, насколько искренни его чувства, совершенно выбило меня из колеи. Неужели, суровы советник обладал такой тонкой душой? Так переживал из-за того, что я отвергала его раз за разом?
- Только чтобы все получилось, тебе нужно кое-что сделать, - прошептала «я», прервав поцелуй.
 
- Все, что угодно, - хрипло прошептал альфа.
- Ты должен избавиться от Тхакура Золотзы, - не стал тянуть манипулятор в моем теле.
- Что?
На лицо мужчины наползли тени, а взгляд моментально стал жестким.
- Он не даст нам спокойно жить, - пояснила «я», - он разлучит нас. Пока он жив и здоров, ни тебе не мне не будет счастья.
- Да с чего ты взяла? – возмутился мужчина, отстраняясь, чтобы заглянуть мне в глаза.
- Потому что и я, и ты знаем, что он идет к своей цели по головам. Разве такой могущественный человек позволит своему верному соратнику соединиться с простой ведьмой?
- Он не такой, - поджал губы Ран, - и ему важно мнение каждого в Бетале. Мое мнение и желания – не исключения.
- И он даже не подобрал тебе подходящую оборотницу? – «мои» губы искривила обличающая ухмылка.
- Кто тебе сказал? – голос альфы прозвучал, как сталь.
- Во дворце даже у кактуса есть уши, - хмыкнула моя оболочка и будто случайно соскользнула ладонями к его предплечьям.
- Не всем слухам стоит верить, Шила, тебе ли не знать, - продолжил хмуриться Ран, - давай вернемся в зал. Ты так и не подарила мне танец. Иначе я посчитаю, что ты совершенно не обязательна и не зачту тебе практику.
- Жаль, что у меня нет времени на убеждения, - будто притворно вздохнула «я», - если бы ты действовал по своей воле, все было бы забавнее.
Ран округлил глаза, а меня даже в «темнице» разума окатило его удивлением. Только сказать ничего не успел, «мои» пальцы дернули рукав камзола, да так сильно, что вырвали его с мясом.
- Что ты… - возмутился мужчина, пытаясь понять, что означало такое поведение.
- Расслабся, советник, - произнесли «мои» губы, - все закончится быстро. И даже почти не больно.
Сбоку раздался воинственный мявк, а совсем было умершая во мне надежда вспыхнула. Если ли бы мне было доступно тело, то я бы расплакалась.
Не успел мой манипулятор приложить печать на моей руке к тому месту, где метка находилась у Рана, как серая тень проскочила между нами, а в руку моего тела вонзились острые зубы.
- Шаабел, - расслышала я хриплый голос альфы, будто сквозь вату, когда мое сознание вновь затопила волна горячей боли.
Боль не отступала, кровавым пульсом стуча в моем покореженном сознании. В тот момент, когда зубы Ша сомкнулись на руке моей оболочки, я перестала видеть и слышать, что происходит. Значит, шаабел не мог напасть на свою связанную. Также, как я не могла напасть на него. Я могла только предполагать, что именно произошло.
Из-за дикой боли даже соображать не получалось, но я все же протиснулась к оставленной Лиамом “бойнице”. То, что мне удалось разглядеть, напугало меня сильнее, чем ментальное воздействие. Ша лежал у стены и не двигался, Ран стоял напротив, взгляд его показался мне безжизненным. На его руке отравленным цветком распустилась печать. Она тускло пульсировала, а я больше не ощущала ни одной эмоции от Рана, будто глухая стена.
- Вот и хорошо, - донесся до меня мой собственный голос, - кровь активировала печать. Но кто же знал, что Шила окажется совсем не так проста.
“Мой” взгляд опустился вниз, чтобы разглядеть собственную печать. Она также пульсировала, а из рваных ран, оставленных зубами шаабела струйками вытекала кровь. 
- Гадство, - сплюнуло “мое” тело, - чтож, - взгляд вновь поднялся к безучастному Рану, - пора заканчивать. Когда услышишь первые залпы салюта, то ударишь вождя в самое сердце своим кинжалом. Во время салюта ты должен быть рядом. Только сперва подправим внешний вид. Раста?
Из-за ниши тенью выплыла девушка, она с опаской огляделась и приблизилась. В глазах промелькнул страх, когда она оглядела альфу, стоящего столбом и шаабела, лежащего без чувств.
- Что произошло? - прошипела она еле слышно, подойдя почти вплотную.
- Шила оказалась связана с шаабелом, - ответило мое тело зло, - и он почуял, что она - это не она. Пришлось выкручиваться.