Один путь (ЛП)

Я повернулся, чтобы посмотреть на парня рядом со мной, который смотрел на мои руки.
— Спасибо. А у тебя есть? — спросил я.
Он вытащил из ушей наушники и опустил капюшон, обнажив копну вьющихся рыжих волос. Парень выглядел даже моложе, чем я думал.
Наверное, он еще даже не закончил среднюю школу.
— Нет. Ещё нет. У моей мамы, наверное, случился бы припадок.
Я наклонился к нему.
— Да, но ты можешь сделать ее в таком месте, которое твоя мама не увидит.
— Майки, что я тебе говорила насчет разговоров с незнакомцами? — проревел густой ирландский акцент.
Я думал, что это парень, пока не поднял голову и не увидел коренастую женщину, вышедшую из кухни. У нее были вьющиеся каштановые волосы, собранные в тугой пучок, который так сильно стягивал ее лицо, что я не был уверен, сможет ли она даже пошевелить им.
— Пойдем, ма, — сказал Майки.
— Простите, мэм. Ваш сын просто заинтересовался моими татуировками, поэтому мы начали разговор, — сказал я, слегка улыбнувшись.
Она перевела взгляд с сына на меня и снова на сына.
— Этот джентльмен тоже помогал тебе готовиться к экзамену по истории? Потому что, если ты не сдашь его, то получишь татуировку конституции на руке, пока не запомнишь ее.
Я рассмеялся.
— Ну, я кое-что знаю об американской истории и правительстве. — Я кивнул в сторону потрепанной сумки Майки, лежавшей на табурете рядом с ним. — Что ты изучаешь?
Его глаза расширились, прежде чем он попытался вытащить блокнот вместе с книгой, которая была покрыта одним из тех коричневых бумажных пакетов и имела названия групп, написанные повсюду красным маркером.
— Ранняя Американская история. В основном война за независимость.
Я поднял глаза и увидел, что Сэм смотрела на меня из кухонного окна. Я улыбнулся ей, и она покачала головой, но я не мог не заметить, что она тоже улыбалась.
— Ладно, Майки, давай поговорим об истории.
***
— Это было очень мило с твоей стороны, — сказала Сэм, налив мне еще одну чашку кофе.
Майки и его мама ушли несколько минут назад. Она взяла перерыв пораньше, чтобы отвезти его в школу. Может, он и был молод, но это круто — тусоваться с кем-то, кто воспринимал меня всерьез только потому, что я был взрослым. Он не осуждал мои татуировки или то, что я действительно взволнован разговором об Америке. Он просто хотел, чтобы кто-то поговорил с ним на его уровне.
— Да, но мне пришлось помочь парню, чтобы мама не надрала ему задницу, — сказал я, поднеся чашку к губам.
— Майки пришлось нелегко. Бренда часто работает здесь в две смены, а малыш просто болтается в одной из кабинок, слушая музыку. Всегда один. Я никогда не видела, чтобы он с кем-то разговаривал, а сегодня впервые заметила, как он улыбается
— Неужели? — спросил я. — Парень заговорил со мной, как только я сел.
Она улыбнулась.
— В тебе действительно есть особый шарм.
— Наверное, это просто таблетки счастья.
— Которые ты, должно быть, не принял сегодня утром, иначе был бы на собеседовании, — сказала она, выжидательно подняв брови.
Я простонал.
— Я действительно принял их… Я просто… — я вздохнул. — Даже не знаю. Я подошел к зданию, посмотрел на него и подумал, что это не то место, где я хочу провести остаток своей жизни.
— Значит, ты предпочитаешь провести его здесь, в этой забегаловке, беседуя с детьми об истории? — спросила она.
Я думал об этом. На самом деле, это был один из лучших моментов с тех пор, как я покинул реабилитационный центр. Я был больше в своей стихии, когда сидел, разговаривал с ребенком и смеялся, чем за столом в кабинете.
— Да. Наверное, я бы так и сделал.
Сэм поставила графин с кофе на стол.
— Тогда, может, стоит поискать работу в этой сфере.
Я приподнял бровь.
— Ты хочешь сказать, что я должен стать учителем?
Она пожала плечами.
— Возможно. Или, может быть, что-то, что включает в себя помощь детям, которые похожи на Майки. Дети, которые находятся в депрессии и просто хотят, чтобы кто-то пообщался с ними.
Я никогда не думал о том, чтобы делать что-то, связанное с детьми, но, возможно, пришло время начать думать нестандартно и найти то, что действительно сделает меня счастливым.
 
Глава 12
Поскольку я еще не работал и часто бывал дома, Тригг решил чаще сидеть в кафе вместе с ноутбуком. Я не возражал, поскольку в это время мы с Сэм могли побыть наедине.
— Так что у нас сегодня на повестке дня? — спросила Сэм, когда я скатился с кровати.
Она уже была одета в выцветшие джинсы и зеленую теплую куртку. Ее глаза подведены темным карандашом для глаз, губы накрашены красным, а волосы убраны назад под черную бандану.
Я встал и не преминул отвернуться, чтобы поправить утренний стояк. Я начал носить пижамные штаны по этой причине и потому, что Сэм все еще спала в моей кровати. Она всегда располагалась на дальней стороне и никогда не прикасалась ко мне, но одного ее присутствия было достаточно, чтобы свести меня с ума. Или, по крайней мере, мой член.
— Ищи больше некоммерческой работы, раздражай Тригга и ответь, какие у тебя планы на День Благодарения, — сказал я, проведя рукой по груди, и направился на кухню.
Она ухмыльнулась, пододвинув ко мне полную кружку с кофе.
Эта кружка тоже из ее коллекции. Она была блестящей, и на ней нарисована диснеевская принцесса. Ей всегда нравилось дарить мне кружки с девочками. Я думал, что она просто хотела посмотреть, сможет ли вывести меня из себя, но я не возражал.
— Если ты собираешься пригласить меня в дом губернатора на День Благодарения твоей семьи, то подумай об этом еще раз, а потом реши не делать этого, — сказала она, сделав глоток кофе. Ее кружка сочеталась с моей, и я не мог не задаться вопросом, сделала ли она это нарочно.
— А почему бы и нет? Я буду там. Там будет Тригг. Ты можешь сидеть и смотреть, как мои родители будут пялиться на тебя и спрашивать, являемся ли мы парой.
На самом деле мне все это не казалось забавным, но это было лучше, чем думать о Сэм, сидевшей в квартире в полном одиночестве и разогревающей что-то на ужин только для того, чтобы проклятый кот съел это.
— Послушай, я знаю, что тебе не терпится позаботиться обо мне, но я бы не хотела идти к твоим родителям. Все нормально. Я буду работать в закусочной и, надеюсь, что старые одинокие мужчины дадут мне хорошие советы или предложат деньги за минет. В любом случае, я буду в порядке.
Я пристально посмотрел на нее.
— Я всерьез надеюсь, что старики не предлагали тебе за это денег, и ты не принимаешь их предложения.
Она закатила глаза.
— Да, некоторые действительно пытаются домогаться меня, но нет, я не какая-то шлюха, которая принимает их предложения. Не знаю, что ты думаешь обо мне, Трипп, но я не такая девушка.
Она повернулась, но я схватил ее за запястье, заставив оглянуться на меня.
— Мне очень жаль, Сэм. Я такого о тебе не думаю. Вообще. — Я провел большим пальцем по ее запястью там, где заканчивался рукав. Откуда я знал, что у нее татуировка в виде бабочки? Было в ней что-то такое, что постоянно притягивало меня.
Что-то, что притягивало меня.
Я начал запоминать каждую из ее татуировок. По крайней мере, те, что видел. У нее была бледная кожа и разноцветные чернила. Мне больше всего нравилось, когда она была естественной. Прямо перед сном, когда она смывала макияж и раздевалась до шортиков и майки. Было что-то такое в ее грубости, что мне действительно нравилось.
Она покачала головой.
— Твои сладкие речи не заставят меня пойти к тебе на ужин в День Благодарения.
Я слегка приподнял ее рукав и провел большим пальцем по татуировке бабочки, прежде чем притянуть ее запястье к своим губам. Я едва коснулся губами ее кожи, прежде чем встретиться с ней взглядом.
— Я не пытаюсь заставить тебя делать то, чего ты на самом деле не хочешь. Если ты действительно не хочешь идти… — я еще немного приподнял ее рукав, обнажив разноцветные завитки и розовые цветы. Затем поцеловал каждый маленький розовый лепесток, прежде чем снова посмотреть на нее. Я удивился собственным действиям и глубоко вздохнул. Боже, какого хрена я делал? Или, скорее, какого хрена эта девчонка делала со мной?