Лис Адриатики (СИ)
Тихая размеренная жизнь Мэттью была нарушена, когда в Триесте появились новые визитеры. Обнаружил он это совершенно случайно. Прогуливаясь неподалеку от магистрата, увидел выходящую из здания группу людей, среди которых в трех безошибочно опознал пришельцев из другого мира. Это настолько удивило Мэттью, что он даже пренебрег своим правилом "не вмешиваться в происходящее", и осторожно навел справки. Оказалось, прибыли важные персоны из Вены с широкими полномочиями. А бургомистр получил приказ оказывать им всяческое содействие, не задавая лишних вопросов. Они чем-то заняты на территории военного порта, проводя там практически все время. Чем именно заняты, никто толком не знает. В город если и выбираются, то редко. И обязательно с серьезной охраной.
Ситуация встала с ног на голову, что сильно озадачило Мэттью. Насколько ему было известно, в настоящий момент на территории Австрии никого из пришельцев, кроме коммодора Майера, и предположительно его бывшего командира Эриха Келлера, нет. Могли быть шпионы тринидадцев из экипажа "Карлсруэ", но они не могли так быстро занять высокие посты при дворе императора Леопольда. Да и вообще сомнительно, чтобы тринидадцы напрямую сотрудничали с Леопольдом. Если только это не их очередная иезуитская хитрость - поддерживать одновременно Австрию и Турцию, умело стравливая их между собой. Что, теоретически, тоже возможно. Император Русской Америки Леонид Первый уже доказал, что Никколо Макиавелли занимает достойное место среди его кумиров. Больше выяснить ничего не удалось, а искать подходы к тем, кто работал в военном порту, Мэттью не рискнул. Какое-то время ничего не происходило. И тут, как гром среди ясного неба. Турецкий адмирал Кемаль-паша, над которым потешался весь Триест, и который прятался в Дираше вдалеке от района боевых действий, неожиданно полностью уничтожил венецианский флот в бою возле мыса Горгано. А после этого хорошо потрепал эскадру коммодора фон Майера, уничтожив три корабля и вынудив его отступить. Это было настолько неожиданно, что поначалу многие отказывались верить. Но вскоре информация подтвердилась. Действительно, у турецкого флота появилась качественно новая артиллерия, не уступающая, если не превосходящая по своим возможностям австрийскую. А это значит, что о былом преимуществе на море можно забыть. Если раньше удавалось пополнять свой флот за счет кораблей французской постройки, то теперь турки их просто не пустят в Адриатику, перехватывая еще в проливе Отранто. И французский флаг им в этом не будет помехой, поскольку место назначения этих кораблей прекрасно известно. Это если французы вообще не свернут поставки, поскольку слишком сильно ссориться с Османской империей Король-Солнце Людовик XIV тоже не хочет. Торговать с австрияками - это одно. А вот идти на открытый военный конфликт с Османской империей на море - совсем другое. Нервозность ощущалась во всем. Впервые с начала войны в жителях Триеста появился страх. Они поняли, что война, казавшаяся до этого чем-то очень далеким и эфемерным, может постучаться в дверь их дома. Кемаль-паша хоть и потерял один корабль в бою с австрийской эскадрой, но в настоящий момент ему ничто не мешает подойти к Триесту и обстрелять город из своих новых дальнобойных орудий. И помешать ему некому. Судя по просочившимся сведениям от команд, корабли эскадры сейчас не в том состоянии, чтобы выйти в море и дать бой превосходящему по численности противнику. А с учетом того, что дела на суше тоже стали идти все хуже и хуже, от былой победной эйфории не осталось и следа. Мэттью понял, что грядут важные события, и ему совершенно случайно удалось оказаться в нужный момент в нужном месте.
Оставшиеся дни пролетели быстро. Давут ходил по городу, собирая информацию, но к военным объектам даже не приближался. Обилие патрулей на улицах настораживало, поэтому решили не рисковать. Ивану же пришлось постараться, чтобы найти портного, который сделал бы к нужному моменту из него "прекрасную фройляйн". На удивленный вопрос "Зачем?!" сказал, что просто хочет подшутить над друзьями, чем вызвал смех, а деньги обеспечили готовность сделать все в наилучшем виде и в надлежащий срок. Правда, помимо бального платья, пришлось заказать еще и пару обычных, чтобы передвигаться по городу, не привлекая внимания. Подходящими по статусу "баронессе" драгоценностями запаслись еще в Дираше, ну а парфюмерия, косметика, парики и прочие женские мелочи вообще не были проблемой в местных лавках.
Когда Иван появился в новом обличье перед Давутом, тот его сначала даже не узнал. Правда, пришлось слегка "надавить", но янычар этого не заметил. Результат получился ошеломляющий. Давут удивленно разглядывал бесцеремонно вошедшую в комнату девушку, и ничего не понимал.
- Простите, фройляйн, что Вам угодно?
- Фройляйн угодно, чтобы ты быстренько собрал все барахло, и мы как можно скорее исчезли отсюда. Пора менять место дислокации, барон!
- Хасан?! Это ты?!
- А кто же, по-твоему? Принцесса австрийская?
- Ну, ты даешь!!! Как такое преображение вообще возможно?!
Иван лишь хитро улыбнулся и повернулся несколько раз, подчеркивая свои формы.
- С твоими внешними данными изображать баронессу не получится. А вот я могу. Черты лица у меня утонченные, практически женские. Фигура тоже. В матушку пошел. Плюс небольшой макияж и парик. Голос могу менять. Ну и как Вам ваша жена, барон?
- Я уже в Вас влюбился, моя баронесса!
- Только не вздумайте руки распускать, барон! Сразу в лоб получите!
- О-о-о, как это жестоко с Вашей стороны, любовь моя!
- Ничего. Считайте, что я злобная фурия, предпочитающая женщин. Но, так уж и быть! Чтобы Вы не сгорали в пламени безответной любви, не возражаю, если оприходуете какую-нибудь красотку, которую я лично подберу и одобрю для Вас.
- Благодарю Вас, о звезда моих очей! Я знал, что Вы очень добры ко мне!
- То-то же! Помните мою доброту, барон! Ладно. Посмеялись, и хватит. Давай о деле. Бумаги готовы?
- Готовы. Барон Карл фон Гольденберг и баронесса Эльза фон Гольденберг прибыли сегодня в Триест, и остановятся в отеле "Эксельсиор". Завтра они изволят посетить благотворительный бал в магистрате, где баронесса, несомненно, будет иметь ошеломительный успех у кавалеров, а барон займется обсуждением деловых вопросов, если таковые возникнут. Или просто начнет обсуждать местные светские сплетни и прелести присутствующих дам. Попыток завязать знакомство с интересующими нас персонами предпринимать не будет, это сделает баронесса. Все правильно?
- Правильно. Уточню только, что барон должен быть готов исчезнуть в любой момент по команде баронессы, если ситуация станет угрожающей, но потребуется мое присутствие на балу еще какое-то время. Баронесса-то в любом случае сбежит, а вот барон такими талантами не обладает. Уяснил?
- Уяснил. Но... Ты правда сможешь уйти один, если станет жарко?
- Смогу. Либо очень тихо, либо с очень большим шумом. В зависимости от обстановки. Поэтому, если скажу уходить, немедленно уходи. Чтобы мне не пришлось еще и на твое прикрытие отвлекаться...
Переезд в "Эксельсиор" прошел спокойно. Иван и Давут поодиночке вышли на улицу, и за пару кварталов наняли извозчика. Поэтому прибытие барона и баронессы фон Гольденберг в лучший отель Триеста прошло, как положено. Времени оставалось мало, поэтому вечером отрепетировали еще раз каждый свою роль. Сложность ситуации заключалась в том, что заранее невозможно было узнать, кто из важных людей посетит бал. Разного рода толстосумы и городские чиновники Ивана не интересовали. От них хоть и можно получить какую-то информацию, но она будет явно недостаточной и однобокой. Оставалось только ждать. Если завтра на балу не появится тот, кто им нужен, придется придумывать что-то другое. Вплоть до того, что проникнуть на территорию военного порта и искать нужный источник информации там.