Бесконечная книга с рисунками от А до Я

— Очень рады, — отвечал крохотулька. — А меня Укюк.
— Мое имя — Вушвузуль, — сидя поклонился ночной альб.
— Рад познакомиться, — проскрипел скалоед. — Я Пюрнрахцарак.
Все трое смотрели на блуждающего огонька, а ведь блуждающим огонькам крайне неприятно, просто нестерпимо, когда на них смотрят.
— Не присядете ли, дорогой Блубб? — пригласил крохотулька.
— Собственно говоря, я очень спешу и хотел только спросить, в какую сторону отсюда надо двигаться к Башне Слоновой Кости?
— Хо-хо! — понял ночной альб. — Тоже к Детской Королеве?
— Совершенно верно. Я должен передать ей очень важную весть.
— Какую же? — скрипнул скалоед.
— Ну… Это совершенно секретное сообщение.
— И мы спешим туда же, куда и ты, хо-хо! — отвечал ему ночной альб Вушвузуль. — Ты среди своих коллег.
— Может, у нас и весть одинаковая, — сказал Укюк.
— Садись и рассказывай, — проскрежетал Пюрнрахцарак.
Блуждающий огонек опустился на свободное место.
— Моя родина, — начал он после короткого раздумья, — находится далеко отсюда — не знаю, известно ли это кому-нибудь из-присутствующих. Она называется Гнилое Болото.
— У-у-у! — восхищенно вздохнул ночной альб. — Чудесный край!
— Да, не правда ли? — слабо улыбнулся блуждающий огонек.
— И это все? — скрипнул Пюрнрахцарак.
— Из-за чего ты в пути, Блубб?
— У нас в Гнилом Болоте, — начал заикаться блуждающий огонек, — что-то произошло… что-то непостижимое… то есть это и сейчас продолжается… это трудно описать, это началось с того, что… в общем, на востоке нашего края есть озеро… точнее, оно БЫЛО, оно называлось Бурливый Бульон. Его однажды не стало, оно просто исчезло, понимаете?
— Дыра? — охнул скалоед.
— Нет, и не дыра, — блуждающий огонек мучился, подбирая определение. — Дыра — это все же хоть что-то. А тут — ничего.
Трое остальных переглянулись.
— А как же оно выглядит, хо-хо, это Ничего? — спросил ночной альб.
— Вот это как раз и трудно описать, — сбивчиво объяснял несчастный блуждающий огонек. — Оно вообще никак не выглядит. Это… это как… ах, для этого нет подходящих слов!
— Это, — пришел на помощь крохотулька, — как если бы ты был слепой, когда глядишь на это место, так?
Блуждающий огонек уставился на него, раскрыв рот.
— Это самое точное определение! — вскричал он. — Но откуда… я хочу сказать, как… значит, вам это тоже знакомо?
— Минуточку, — остановил Пюрнрахцарак. — Скажи, это остается на одном месте?
— Вначале да, — рассказывал блуждающий огонек. — То есть само это место становится все больше и больше. Старая Унке Умпф, что жила со своим народом возле Бурливого Бульона, однажды просто исчезла, и все. Остальные начали разбегаться. Но потом все это началось и в других местах Гнилого Болота. Иногда это очень маленькое Ничто, не больше яйца. Но потом оно разрастается. Если кто по неосторожности ступит туда ногой, ноги больше нет, или руки, или чем туда попадешь. И это вовсе не больно, просто какой-то части тела нет, и все. А некоторые сами бросались туда, оказавшись близко к этому Ничто. От него исходит неодолимая притягательная сила. Никто не может объяснить, что это такое и как быть. Потому и решено было отправить к Детской Королеве посланника за советом и помощью. Я и есть этот посланник.
Остальные молчали.
— Хо-хо! — наконец вздохнул ночной альб. — Там, откуда пришел я, творится то же самое. И я в пути из-за того же, хо-хо!
— Каждый из нас, — пискнул крохотулька, — прибыл из своего края Фантазии. Мы встретились здесь случайно, но весть для Детской Королевы у всех одна.
— Это означает, — вздохнул скалоед, — что вся Фантазия в опасности.
Насмерть перепуганный блуждающий огонек переводил взгляд с одного на другого.
— Но тогда, — вскричал он, вскочив с места, — нам нельзя терять больше ни минуты!
— Да мы и так уже собирались, — пояснил крохотулька. — Нас держала только темнота в этом лесу. Но теперь, когда ты с нами, Блубб, ты мог бы нам посветить.
— Э нет, не получится, — воскликнул блуждающий огонек. — Я не могу ждать того, кто едет на улитке! Весьма сожалею!
 
— Но это же гончая улитка! — обиделся крохотулька.
— И кроме того, хо-хо, — прожурчал ночной альб, — как же иначе мы покажем тебе правильную дорогу?
— Кому вы всё это говорите? — проскрипел скалоед.
И действительно, блуждающий огонек уже давно не слышал посланников, а длинными прыжками мчался сквозь лес.
— Впрочем, — сказал Укюк, вскакивая в седло своей гончей улитки, — в качестве фонаря блуждающий огонек едва ли подошел бы.
— Мне тоже предпочтительнее, — сказал ночной альб, подзывая свою летучую мышь, — чтобы каждый из нас полагался на себя. Полетели!
И — фьють! — только его и видели.
Скалоед потушил огонь, хлопнув несколько раз ладонью по костру.
— Мне тоже лучше одному, — слышалось в темноте, — по крайней мере хоть не боишься невзначай раздавить какую-нибудь мелочь.
И он со скрежетом и треском поехал напролом по чаще на своем могучем велосипеде, время от времени сшибая стволы. Шум удалялся и постепенно стих. Крохотулька Укюк остался один. Он натянул серебряные вожжи и сказал:
— Ну что ж, посмотрим, кто придет первым. Но, старушка, но! — И прищелкнул языком.
Больше ничего не было слышно в Ревучем лесу, кроме бури, что бушевала в верхушках деревьев.
•
Часы на башне пробили девять, вернув Бастиана к действительности, Как хорошо, что Бесконечная Книга не имеет с этой действительностью ничего общего. Ему не нравились книги, в которых обыкновенные люди занимались будничными делами. Мало ему самой жизни, чтобы еще читать об этом! К тому же в таких книгах всегда замаскированы поучения, а он их терпеть не мог! Бастиан любил приключенческие, веселые книги. Он и сам выдумывал для себя всевозможные истории и тогда забывал про все на свете. И эта книга была именно такой. Читая, Бастиан слышал скрип стволов и даже, казалось, вдыхал запах мха и лесной земли.
Внизу в классе сейчас начался урок природоведения. Обычно он состоит из разговоров про тычинки и пестики. Как хорошо, что Бастиан сейчас здесь, а не там!
•
Спустя неделю Вушвузуль, ночной альб, первым достиг цели. Точнее сказать, он был уверен, что прибыл первым, ведь он летел по воздуху.
Стоял закатный час и облака вечернего неба плавились золотом, когда его летучая мышь приблизилась к Лабиринту. Так называлась широкая долина от горизонта до горизонта, представляющая собой громадный цветущий сад, полный запахов и красок. Среди кустов, живых изгородей, клумб и лужаек пробегали широкие дорожки и вились узкие тропинки, причудливо петляя, так что изнутри сад казался бесконечным и безвыходным. Но все это было устроено для удовольствия, а вовсе не для того, чтобы кто-нибудь тут по-настоящему заблудился. И уж тем более не для того, чтобы защититься от нападения врагов. Детская Королева не нуждалась в защите. Во всем безграничном королевстве Фантазии не было ни одного существа, от которого ей надо было бы защищаться. Почему — скоро узнаем.
Пролетая на своей летучей мыши над Лабиринтом, ночной альб видел множество редких животных. На поляне среди сирени играли молодые единороги, а однажды ему даже почудилось, что под гигантским голубым колокольчиком мелькнула сказочная птица Феникс, но он не стал возвращаться, чтобы не потерять время. Перед ним уже возникла сверкающая белизной Башня Слоновой Кости — сердце Фантазии, место обитания Детской Королевы.
Издали Башня выглядела как горный пик, закрученный спиралью наподобие улиткина домика. Вершина ее достигала облачной высоты. Только вблизи можно было разглядеть, что весь этот причудливый торт состоит из множества башенок, куполов, крыш, террас, сводов и лестниц, вырезанных из белейшей слоновой кости.
Башню населяли придворные Детской Королевы: служанки и камеристки, звездочеты и ведуньи, маги и шуты, посланники, повара и акробаты, канатоходцы и сказители, герольды, садовники, стражники, портные, сапожники и алхимики. И на самой вершине, в павильоне в виде бутона магнолии, жила Детская Королева. Иногда ночами полнолуния лепестки магнолии раскрывались, и в середине цветка возникала Детская Королева.