Старая сказка про принцессу (СИ)

— Ладно, — смирился со столь малыми знаниями Льен. Да и чего ожидать от ведьмы, которая якобы разбирается в приворотных зельях и прячется в храме, так и не доехав до школы? — Отлично, а вторая красавица у нас что умеет, помимо разрушения стен и избиения разных дураков?
Томия честно похлопала глазами, правда, на Льена оно особого впечатления не произвело. Пришлось признаваться:
— Меня учили бить и защищаться. А потом Латьялла еще лечить. Там, где я училась, магия совсем другая и сильные маги всегда воины.
— Так, — мрачно сказал Льен и перевел взгляд на Ваню.
— Меня животные слушаются. В ваших школах я не бывал, никого не лечил и вообще. Я, пока жил в селе, даже не подозревал, что я тоже маг. Ну, я, собственно, даже не очень понял, что Латьялла тоже маг. Лекарка и лекарка. Пришел к ней, она сняла последствия очередного подлитого зелья, поблагодарил и ушел.
— Хм… — только и смог сказать на это откровение Льен.
А Ленц почесал затылок, посмотрел на небо и заявил:
— Что-то не сходится.
— Что не сходится? — спросил у него Ваня.
— В твоем рассказе что-то не сходится. Если тебя поили зельями, приворотными, правильно? В общем, ты не мог сам придти, тебя должны были приволочь, а ты бы вырывался и требовал вернуть себя к любимой.
— Да ну, — удивился попаданец. — Может, зелья неправильные?
— Правильные, Латьялла говорила. Она, кстати, тоже удивлялась, что ты сам приходишь. Впрочем, тому, что ты не сбежал из своего села, она тоже удивлялась, — сказала Томия. — Она думала, что ты ненормальный. Любой бы нормальный еще после первого зелья сбежал. А ты возвращался, словно решил перепробовать все. Так нравилось быть единственным парнем на все село?
— Поначалу нравилось, — признался Ваня. — Поначалу мне даже действие этого идиотского зелья понравилось, ощущения были интересные, правда, похмелье от него зверское. А еще эта дура жениться требует… А потом… а потом мне не было куда идти. И денег накопить особо не получалось, а так, хоть эти дурные бабы кормили…
— Приворотными зельями, — сказала Томия.
— Нет, что-то подливали они редко, когда совсем отчаивались. А так, у них просто было соревнование: «жени на себе бортника». Соблазняли по всякому. Я даже у одной спросил, зачем ей это? Оказалось, чтобы другим не достался. Странные девушки, в общем, но кто я такой, чтобы мешать им соревноваться?
— Ты очень странный, — сказал Шелест.
— Ну, я бы тоже не уходил, если бы меня кормили и соблазняли, — мечтательно сказал Ленц.
— И приворотными зельями поили, пока не спятишь, — добавил Шелест.
— Он же не спятил. — Ленц ткнул пальцем Ваню в живот и широко улыбнулся.
— Знаете, — тоном решившего покориться обстоятельствам человека сказал Льен. — Среди зельеваров и лекарей множество людей, способных без вреда для здоровья пить яды, от которых другие люди умирают на месте. Просто такая особенность дара. И люди, на которых практически не действуют зелья изменяющие сознание, тоже существуют. И у них дар обязательно ментального направления. Впрочем, это направление дара так же неплохо объясняет почему Ивана животные слушаются.
— Он мозголом?! — удивился Ленц.
— Не обязательно. Смотря на кого станет учиться. Да и то, что те же мозголомы не способны работать с обычными стандартными для всех плетениями — полная чушь. Они просто не хотят тратить на такую ерунду силу, она им для другого нужна. Энергия, в принципе, у всех одинакова. Просто кому-то проще воздействовать на разум, а кому-то устраивать пожары. И это вовсе не значит, что огневики должны заняться сожжением городов. И что не могут полить поле, оно тоже не значит… Так что идем поливать поле, точнее болото, — решил Льен, улыбнулся подопечным, пялящимся на него с непониманием, и пошел.
— А зачем? — робко спросила Весяна, когда он был у самой двери. — Оно и так мокрое.
— Ну, поливать не нуждающиеся в поливке поля все равно хуже. За болото нас хоть побить не попробуют, — философски сказал Льен и вышел на улицу.
Компания переглянулась. Ленц поманил рукой подавальщицу, чтобы расплатиться. А потом все довольно дружно побежали следом за Льеном. Ваня просто из любопытства, он вообще слабо представлял, как на пустом месте можно вызвать дождь. Весяна потому, что не собиралась оставаться в гостином доме в одиночестве. Томия сама не зная зачем. А студентусы с мыслями о скором позоре.
 
Старая лошадь, завтракавшая зерном под навесом, проводила их взглядом, пошевелила ухом и вернулась к еде. Идти в сторону болота она не собиралась. И уж точно не собиралась кого-то туда везти. Пускай этим занимаются обещанные главным дознавателем кони. А старая и усталая лошадка отдохнет и порадуется жизни.
  
Интерлюдия 3. Сюрпризы, подарки и дороги
 
Интерлюдия 3 
Сюрпризы, подарки и дороги.
Комиссия во вторую школу Пятилистника приехала неожиданно и без предупреждения.
Нет, никто, конечно, не ожидал, что загодя придет письмо с просьбой подготовиться и не ударить в грязь лицом, но какие-то намеки обычно бывают. Например, как-либо выраженное недовольство какого-то начальства. Или неожиданно нагрянувший в гости великий маг. Или вчерашний выпускник, ни с того, ни с сего решивший связаться с тьмапоклонниками.
В общем, какая-то причина должна быть. Без причин комиссии обычно не ездят. И тут на тебе! Было тихо, мирно, без скандалов, а проверяющие взяли и приехали. И даже не дали времени завесить самые большие трещины в стенах плакатами и флагами.
— Так, — мрачно сказал глава этой комиссии, наблюдая за тем, как несколько преподавателей перепугано носятся по двору, едва не сталкиваясь друг с другом, пытаясь выгнать коз, пасущихся на привольно разросшихся со всех сторон бурьянах, некоторые сорняки умудрились вымахать даже в щелях между брусчаткой и выглядели особо уместно.
Посреди этого бедлама стоял белобрысый мальчишка с метлой и уныло водил ею по чем-то ему приглянувшемуся пятачку. Странное поведение учителей и наличие коз его, похоже, ни капельки не удивляло.
— Так, — повторился глава комиссии, поймав одного из козопасов. — Я Вилар Багбежа. И мне нужно немедленно поговорить с главой совета школы.
Козопас мелко закивал, бросил злорадный взгляд на коллег, тащивших здоровенного козла за рога куда-то в сторону буйно разросшихся лопухов, а потом с видимым удовольствием повел. И, судя по его виду, предвкушал он что-то очень веселое.
Впрочем, веселое там действительно было.
Глава школьного совета оказался стариком, явно выжившим из ума. Он улыбался и ни на кого не обращал внимания. Его гораздо больше занимала полоса света, в которой летали золотистые пылинки. Вилар несколько даже опешил от этого зрелища.
— Так... — повторился он в третий раз и подошел к ненормальному.
Выглядел он плохо. Явно несколько дней не мылся и не расчесывался. И до уборной добрести успевал не всегда.
Но даже сквозь все эти ароматы Вилар учуял знакомый сладковатый запах, а учуяв, присмотрелся и душевно выругался, несчастный провожатый даже присел.
— Так, — повторился глава комиссии в четвертый раз, мрачно посмотрел на провожатого и потребовал: — Немедленно сюда кого-то вменяемого и способного мне объяснить, что здесь происходит. Так же мне нужен заместитель вашего главы, завхоз, преподаватель темных искусств и... И да, кто покинет школу без моего позволения, будет считаться государственным преступником.
Бедный провожатый опять закивал и сбежал с таким топотом, словно собирался пробить стену, вырваться на волю и исчезнуть в лесах.
Впрочем, угрозы запоздали.
Как оказалось, заместитель главы школьного совета, да и несколько преподавателей уехали почти сразу, как началась странная выездная практика местных студентусов. Куда они уехали, никто так и не смог объяснить. Да и с какой целью — тоже. Вообще, складывалось впечатление, что в школе всего два толковых человека.