Кошка Белого Графа

– Как ты думаешь, мое кошачье тело так навсегда и останется телом снежной кошки?
Он улыбнулся:
– Почти уверен, что летом ты станешь такой, как была раньше. Черной, верно? Очень хочу на это посмотреть. Но я и по белой соскучился, – Рауд коснулся губами моих волос. – Только не оборачивайся сейчас. Побудь со мной человеком, Кошка Карин.
Я опустила голову ему на плечо.
Было так хорошо стоять обнявшись, чувствовать его дыхание на щеке и знать, что между нами наконец все ясно. Может, это шутка богов, но, кажется, в глубине души я выбрала его с самого начала, в то мгновение, когда очнулась от снежного беспамятства у него за пазухой. Сейчас мне было так же уютно, тепло и надежно и не хотелось размыкать рук.
Хотя я тоже соскучилась по своему звериному облику и по свободе, которую он дает. Я не становилась кошкой с самой Ночи Всех Богов. Было страшно – вдруг опять не смогу вернуться в человеческое тело?
Но Рауд назвал меня смелой… А еще было очень любопытно познакомиться с новой родственницей. Подумать только, у меня есть двоюродная бабушка-оборотень!
Когда замок уснул, я вышла на балкон. Ветра не было. За облаками светила луна, наполняя темное небо таинственным мерцанием и серебря стены Белого замка.
Ночь. Пора Тьмы и Тайны. Время, когда Небыль ближе всего.
Мир за гранью яви откликнулся мгновенно. Вдохнул меня, поглотил, заставив сознание померкнуть на секунду, а потом…
Все вокруг ожило, заблестело, зазвенело. Снега пели приветственную песнь, в небе роились феи. Мороз, легкий и ласковый, как солнце весной, рисовал в воздухе призрачные узоры, невидимые для людей, и бледный шлейф одеяний самой Нежи плыл высоко в звездной дали.
Я вскочила на перила и прошлась вдоль изогнутых ледяных зубцов, глядя на башни западного крыла глазами кошки.
Какие крыши! Сколько широких карнизов, удобных откосов, пологих скатов, манящих ниш, укромных уголков и загадочных ходов, которые надо исследовать.
Но не сейчас…
Она сидела на выступе, соединяющем балкон с башенкой, украшенной фигурами ледяных зверей – седая рысь с желто-золотыми глазами в лунных бликах.
«Что, внучка, не будешь больше прятаться?»
Спросила и улыбнулась, как умеют улыбаться только кошки – пушисто, щеками и усами.
Мы перебрались на парапет вокруг башенки, оттуда спустились на крышу внешней галереи, идущей вдоль стены. С этой галереи было несколько подъемов на открытую площадку, соединенную подвесным переходом с тем самым западным крылом, которое я только что рассматривала.
«Куда это ты навострилась? Не думай, что старая рысь будет лазить с тобой по крышам!»
Моя новая родственница, велевшая звать ее просто Фрейей, поманила меня к колонне, покрытой богатой резьбой. По ней можно было без труда спуститься на землю.
«Посмотри, какой парк, какие роскошные деревья!»
Деревья и впрямь были хороши. Многие не уступали дубу в бальном зале Летнего дворца, только вместо зелени их могучие ветви были опушены снегом.
«Идем, маленькая белая кошка! Я научу тебя искать мышиные норы и выслеживать белок, – рысь ловко взлетела на дерево и уселась в развилке толстенного ствола. – А потом я приду учить твоих котят».
Мне стало весело и жарко. Я засмеялась:
«Рано об этом говорить!»
Фрейя хмыкнула в ответ:
«А вот через год поглядим».
Может быть, когда-нибудь я и правда напишу книгу о своих приключениях.
В ней будет рассказ о том, как однажды сын булочника Орм Верцель встретил в лесу большую рысь со страшными желтыми глазами. Бедняге посчастливилось убежать, но домой он явился в мокрых штанах. После этого Орм стал очень пуглив. Вздрагивал от стука в дверь, от скрипа оконной рамы, от громких голосов, и всякий раз с ним приключалась одна и та же неприятность. Вскоре он перестал выходить из дома, иначе штанов не напасешься, и лишь года через полтора вернулся к более-менее нормальной жизни. Жену себе Орм так и не нашел – девушки только потешались над ним.
Еще я напишу, что мать и сын Хьяри после долгого расследования наконец получили по заслугам. Альрик и Эмелона поженились, а Ригония, Вайнор и Эйлан заключили трехсторонний мир на мече. На приграничных Спорных землях, по согласию короля Бертольда и короля Альгредо, было создано отдельное княжество. Его соправителями стали Камелия и Фьюго. Герцог Клогг-Скрапп и Гелеона тоже в конце концов обвенчались и живут попеременно то в Ригонии, то в Вайноре.
 
Графиня Далия Даниш, услышав о событиях в Альготе, достала из саквояжа письма мужа, которые возила с собой не вскрывая, и наконец прочла их, после чего впустила Дагруна Даниша в свои сны. О чем они говорили, неизвестно. Но, ненадолго завернув в Даниш-хуз, чтобы повидать Рауда, графиня уехала на остров Сновидцев.
Младший Даниш тоже в Ригонии не задержался. Ему понравилось путешествовать, а делать это веселее без материнского надзора. Услышав, что академия наук собирает большую экспедицию в Южную Землю, Карстен Даниш присоединился к ученым и глубоко во влажных лесах обнаружил покинутый город, подозрительно похожий на древние храмы и дворцы Ригонии.
Майра в конце концов вышла замуж за пожилого торговца рыбой и поселилась с ним в Искарьинске. Ателье досталось Вилье и маминой племяннице из Дункаля. А мама неожиданно для всех тоже обрела свое счастье. На свадьбе Майры ей встретился оборотень-медведь, с которым она была знакома в детстве и о котором, само собой, никогда никому не рассказывала. Они поженились и уехали на западное побережье в живописный приморский городок.
Пожалуй, напишу я и о причудах графской жизни. К примеру, о том, что у меня появилось пристрастие – придумывать и шить кукольную одежду, сперва просто для души, потом на продажу. Но супруге Белого Графа не подобает зарабатывать рукоделием. По крайней мере, под своим именем. Так что куклы госпожи Свон из новой серии «Времена года» будут щеголять в нарядах от Беллы Снежной, любимой кукольной модистки королевы-бабушки – с ее легкой руки меня засыплют заказами на год вперед. Между тем открыть ремесленную школу-пансион для сирот вроде Вильки графине как раз по чину и ни капли не зазорно лично наставлять девочек в премудростях кройки и шитья.
Школьный двор от снега я тоже буду чистить сама. И не замечу, как это станет у меня получаться. Потихоньку научусь у Рауда прокладывать санные пути, управлять снегопадами…
Но это все потом, потом – в будущем!
А пока…
Рауд не возражал против моей ночной прогулки. Он не собирался мне ничего запрещать, не хотел ни в чем ограничивать. Кошке нужна свобода! Но я знала, что он тревожится. Надо будет познакомить его с моей новой бабушкой…
«Догоняй, внучка!» – прозвенело в голове.
Мы с Фрейей вспугнули снежного зайца, и старая рысь погналась за ним с азартом котенка. Она еще никогда не охотилась на снежных тварей.
А я оглянулась на замок и легко нашла взглядом окно в угловой комнате на верхнем этаже. Там светился теплый огонек.
Белый Граф ждал свою кошку.
КОНЕЦ.