Цинния

— Я не знаю, что случилось с автомобилем. — Она подняла подбородок. — А что касается того, где я была, то я фокусировала.
— Ты не упоминала, что собираешься работать. Что ты сделала? Позвонила своему боссу в «Синерджи Инкорпорейтед» и сказала ей, что этим вечером неожиданно освободилась?
— Да, именно так я и сделала. А ей как раз только что звонил клиент, которому был нужен концентратор, умеющий работать со схематиками.
— Ну конечно.
— Это правда. — Цинния мрачно улыбнулась. — И я была свободна.
— Только потому, что ты отказалась от свидания со мной.
— У нас не намечалось свидание.
— Тебе чертовски хорошо известно, что я хотел увидеть тебя этим вечером.
— Мне? Как странно. Очевидно, я забыла отметить в своем календаре, что у нас должна состояться встреча. Я не припомню, чтобы ты упоминал о какой-либо встрече за обедом, а только вскользь упомянул что-то сегодня днем после того, как я узнала, что ты тайком от меня ускользнул ловить изготовителя фальшивки.
— Я не ускользал тайком, чтобы встретиться с Вилкесом. Со мной был твой брат. П Послушай, я приехал сюда не для того, чтобы спорить с тобой.
— Давай, обманывай меня дальше. О нет! — Цинния резко остановилась на середине лестницы. — Это он.
— Кто? — Ник посмотрел туда, где заканчивалась лестница, и увидел знакомую фигуру. — Проклятье!
Вспышка камеры озарила темноту.
— Великолепный кадр, — бодро воскликнул Седрик Декстер. Он развернулся и помчался в ночь. Его ботинки громко стучали по тротуару.
— Клянусь, утром этот наглец станет безработным, — воскликнул Ник.
— Ну вот, думаю, это и есть ответ на самый важный вопрос вечера. — Голос Циннии звучал разочарованно.
— О чем это ты?
— Шаги, которые я сегодня слышала в тумане. Должно быть, это Декстер. Он был тем, кто преследовал меня до этого храма. Если бы только я поняла, с кем имею дело! Я бы высказал ему все, что думаю о нем и его паршивой фотографии.
— От этого не было бы никакого толку. Любой, кто работает в «Синсейшен», настолько же чувствителен, как и носорогослон. — Ник крепче сжал ее руку и протащил вниз по нескольким оставшимся ступенькам.
— На самом деле, для меня облегчение — узнать, что это был Декстер. По крайней мере, мы знаем, кто он и где его искать.
— Верно. — Ник открыл дверь «Синхрона» и запихнул Циннию внутрь. — И завтра он собирается искать новую работу.
— Ну же, Ник, он только делает то, за что ему платят. Ты не можешь запугивать всех людей вокруг.
Ник поспешил закрыть дверь прежде, чем она успеет закончить лекцию. Он позаботится об этом наглеце утром. Сегодня вечером он хотел обсудить с Циннией кое-что другое.
Ник сел за руль и завел двигатель. Отъехав от тротуара, он сделал разворот на 180 градусов прямо посреди улицы.
— Этого нельзя делать, Ник.
— Ну так заяви на меня.
Она бросила на него выразительный взгляд. Ник снова задался вопросом, как получилось, что он увяз в этой сумасшедшей непредсказуемой схеме, в которой, кажется, именно Цинния устанавливает большинство правил. Некоторое время в салоне царило молчание.
— Спасибо за то, что заехал за мной сегодня вечером, — наконец сказала Цинния.
Ник ничего не ответил. Он был почти на сто процентов уверен, что любой его ответ сделает ситуацию только хуже.
— Я позвонила, потому что боялась, что все это было связано с журналом. Я не понимала, что тот, кто напугал меня до полусмерти — это всего лишь Декстер.
— Мы все же не можем быть уверены, что это никак не было связано с журналом.
Она посмотрела на него:
— Что ты имеешь в виду?
— У тебя были в последнее время неприятности с автомобилем?
— Нет.
— Он просто заглох сегодня вечером безо всякого предупреждения?
— Именно так. — Она стиснула кулаки. — Сначала я услышала какой-то треск, а затем двигатель полностью заглох. Прямо посередине пустынной окраины.
— Но двигатели на студне надежны, и они не ломаются без предупреждения. Я попрошу механика проверить завтра твой автомобиль.
— Ты хочешь сказать, что думаешь, будто кто-то повредил его?
 
— Я говорю, что нужно осмотреть автомобиль. Как только мы получим заключение механика, мы все узнаем.
— Даже если кто-то действительно поработал над двигателем, — сказала она, — это вовсе не означает, что этот кто-то не был старым добрым Седриком, который пытался организовать еще одну фотосессию.
— Я знаю. В этом случае он вдобавок к потере работы заплатит за ремонт.
— Ник, лучшее, что ты можешь сделать, — это забыть о Декстере и «Синсейшен». Доверься мне в этом. Мне уже доводилось проходить через скандалы. Единственный способ пережить — это полностью их игнорировать. В конечном счете они забываются. Ты не сможешь купить респектабельность с помощью судебного процесса против папарацци.
— Я разберусь с Декстером позже. Цинния, мы должны поговорить.
— Да. — Она пристально смотрела вперед сквозь ветровое стекло. — Я думаю, должны. Что ты обнаружил сегодня, побывав в доме изготовителя фальшивок?
Он нахмурился:
— Это не то, что я хотел обсудить.
— Ты хочешь, чтобы наше партнерство продолжилось? — спросила Цинния приторно-сладким голосом.
— Черт побери, да, я хочу продолжать наше партнерство. — Он осознал, что изо всех сил старается сохранить самообладание. — Но мы теперь еще и любовники, об этом я и хочу поговорить сегодня вечером.
— Я предпочла бы обойтись без этого, — сказала она чопорно.
Доселе не испытываемый вид паники охватил его.
— Ты была разочарована, не так ли? Долго ждала, пока решилась заняться сексом, и то, что случилось, не соответствовало ожиданиям. Послушай, я сожалею. Я действовал слишком поспешно. В следующий раз…
— Во имя неба, ты прекратишь говорить о сексе? — Она полуобернулась. Ее глаза блестели в полумраке. — Секс тут не при чем.
Он пробовал переварить это.
— Не при чем?
— До твоей твердолобой головы таланта-схематика дойдет когда-нибудь, что я сержусь не потому, что меня разочаровал секс? Меня расстроило то, что случилось позже.
— Позже? — Ник немного расслабился. С этим он мог справиться. — Ну да. Фотография в сегодняшней утренней газете. Я очень сожалею об этом. Я думал, что забрал пленку из камеры Декстера. Очевидно, это была обманка. Я обещаю, что позабочусь о нем завтра.
— Когда дело касается некоторых вещей, для предположительно блестящего схематика ты столь же бестолков, как комок студня. Довожу до твоего сведения, Ник Частин: меня рассердила вовсе не фотография.
Он вздохнул:
— Ты сердишься, потому что я отправился к изготовителю фальшивок с Лео и не взял тебя с собой.
— Поздравляю с ошеломляющей вспышкой проницательности.
— Я же объяснил, как это случилось. Я должен был действовать быстро. У меня не было времени, чтобы вызвать тебя и устроить встречу с Вилкесом.
Она барабанила пальцами по обтянутой джинсами ноге:
— Ты нашел что-нибудь важное?
— Возможно. — Он осторожно посмотрел на нее, не уверенный в ее настроении.
— Рассказывай, Частин.
— Я уже говорил, что Вилкес улизнул до того, как мы появились.
— И кто-то обыскал его мастерскую?
— Да. Там искали финансовые документы, связанные с подделкой журнала Частина.
Она повернула голову и внимательно на него посмотрела:
— Как ты можешь быть в этом уверен?
Он заколебался, затем сунул руку в карман своего пиджака.
— Мы с Лео не нашли никакой полезной финансовой информации, но я обнаружил вот это.
Он положил запонку ей на ладонь. Та слабо поблескивала, в ней отражались огоньки на приборной панели.
— Я не понимаю. — Цинния рассматривала маленькую золотую вещицу. — Думаешь, что это принадлежит Вилкесу или тому человеку, который обыскивал его мастерскую?
— Это принадлежит моему дяде, Оррину Частину.
Цинния сделала глубокий вдох:
— Главе «Частин Инкорпорейтед»?
— Да.
— Как она попала в мастерскую того типа?