Десант местного значения

02 ноября, местное время 11:03. Камчатка. Северная сторона Авачинской губы. Батарея № 501
– Дальномерный пост, начинайте пристрелку по третьему фрегату! – скомандовал командир батареи, с тревогой прислушиваясь к близким разрывам бомб.
Получив по носу, пытаясь атаковать установки батареи с ходу, американские самолеты всерьез принялись за зенитное прикрытие. И майор физически ощущал, как стремительно истекает время, которое сейчас зенитки, захлебываясь своими выстрелами и умирая под бомбами и снарядами, покупают для них. Второй фрегат не жилец, с такими повреждениями его американцам не дотащить даже до острова Беринга, не говоря о ближайшей базе в Датч-Харборе. Но он, поднявшись в оголовок запасного КП, расположенного над потерной, сейчас с горечью слушал, как одно за другим замолкают зенитные орудия, под торжествующий рев моторов проносившихся над его головой штурмовиков врага. Следующий заход противник будет выполнять уже на его установки. Долго ли продержится тонкая верхняя броня башен его орудий против кумулятивных и бронебойных бомб? А потом в ход пойдут баки с напалмом, как это уже было с батареей № 502 сегодня рано утром.
Майор глубоко заблуждался. Американские штурмовики расчистили самолетам ударной группы сектор, который зенитные батареи закрывали с моря. Небольшой участок перед башенными установками, который позволял «Скайхокам» безнаказанно и спокойно подходить к башенным орудиям на высоте от 800 до 2500 метров в пологом пикировании. И на дистанции от семи до двух километров. Ведь в отличие от шести часов утра, когда стояла ноябрьская темнота, сейчас был день. Нижняя граница редких облаков была километра четыре. Идеальные условия для применения ракет AGM-12B «Буллпап» с радиокомандным наведением. Просто полигонные. Только что подошедшая еще одна восьмерка «Скайхоков» специальной ударной группы несла, помимо двух кассетных бомб Мк20, по три такие ракеты. Каждая с полубронебойной боевой частью весом сто четырнадцать килограммов. Ведущий пилот А-4В, ловя в марку прицела высокий угловатый силуэт башенной спаренной установки МБ-2-180, пожалел, что в погребах авианосцев «Таффи-72» нет новейшей ракеты AGM-12D. Эта ракета вместо обычной БЧ имела ядерную боевую часть МК-45 мод. 0 весом семьдесят килограммов. Мощность ядерного заряда W-45 Y3 составляла пятнадцать килотонн, и этой красной батарее хватило бы пары таких ракет, с одного самолета. И при этом даже целиться особо не надо бы было, пятнадцать килотонн даже при близком промахе испарили бы эту чертову башню ко всем чертям. Но чего нет, того нет, придется ему и его парням потрудиться, удерживая силуэт установки точно в маркере радиокомандной системы наведения.
02 ноября, местное время 11:04. Камчатка. Авачинский залив, шесть километров к востоку от бухты Малая Саранная. USS DDG-42 «Mahan»
– Сэр, два «бандита» начали резкий набор высоты. Отставить, три бандита. Третий идет чуть позади, на полмили сзади и на пятьсот футов ниже первой пары.
Даже по внутренней связи было слышно, как напряжен голос оператора РЛС обнаружения воздушных целей. Оно и неудивительно, слишком много кораблей потерял US NAVY в этом медвежьем углу Тихого океана за последние пару суток.
– О’кей, принято, – как можно спокойнее ответил офицер управления ракетным вооружением. И повернулся к оператору, сидевшему за пультом РЛС управления огнем ЗРК «Терьер» № 1.
– Чарли, ты уже можешь взять первую пару «бандитов» на сопровождение?
Оператор помедлил секунду, потом ответил:
– Да, сэр, они только что набрали высоту две тысячи восемьсот футов, но я бы дал им еще немного времени, пусть поднимутся повыше. Сейчас, если они заметят облучение РЛС, могут успеть сорвать наведение, просто нырнув вниз.
– О’кей, Чарли, даю тебе десять секунд.
Через десять секунд стало ясно, что вражеские МиГи нацелились на один из постановщиков помех.
– Сэр, предупредите охранение «Хорька» в квадрате 55–27, чтоб не опускалось ниже десяти тысяч футов, мы открываем огонь по «бандитам», – обратился он к командиру эсминца. Затем повернулся к оператору установки Мк10.
 
– Правая ракета, старт. Левая – старт через две секунды.
Через пару секунд с двухбалочной пусковой установки ЗРК «Терьер» с ревом, оставляя за собой багрово-красный факел пламени и огромные клубы светло-серого дыма, сошла огромная, длиною более чем восемь метров, ракета. Через пару мгновений все повторилось, вторая ракета сошла с левой направляющей. А внутри кормовой надстройки корабля уже кипела интенсивная работа. Из длинного горизонтального барабана, расположенного под палубой, транспортное устройство выдернуло верхнюю ракету. Затем потащило ее по рельсам подвесной гидравлической транспортной системы, к пусковой установке. Уперев в стопор подъемника, повернуло ее вертикально.
Матросы расчета пусковой установки быстро подскочили к вертикально стоящей ракете, нос которой уже торчал наружу, чтобы разложить вручную складные стабилизаторы стартового ускорителя ракеты. Эта была единственная операция, проводимая вручную, и на нее отводилось всего одиннадцать секунд. В это время барабан уже поворачивался, подавая в верхнюю позицию новую ракету. Рядом, с отставанием всего на несколько секунд, происходила точно такая же операция по перезарядке левой направляющей. В это время сама пусковая повернулась по оси корабля и ее направляющие встали вертикально, соосно к уже вертикально стоящим ракетам. Наконец, уже готовые ракеты поднял лифт, одновременно совместив передний бугель на корпусе ракеты с пазом в направляющей на балке пусковой установки. Ракета пошла вверх, когда третий по счету бугель попал в паз, защелкнулся задний стопор в направляющей балки. Теперь ракета уже не могла упасть назад. Пусковая установка начала поворачиваться в сторону цели, одновременно наклоняя направляющие балки с грозно торчащими на них ракетами на планируемый угол старта. Тем временем закрылись люки в палубе, через которые производилась перезарядка ракет. Весь цикл перезарядки пусковой установки длился всего тридцать секунд.
А первые ракеты уже давно набрали маршевую скорость, отстрелив стартовые ускорители. Модификация ракеты «Терьер» RIM-2В разгонялась до трех скоростей звука, и сейчас оба оператора РЛС управления огнем ЗРК РЛС AN/SPG-55 вели «свои» ракеты, удерживая узкий луч радара на отметках цели. ЗРК «Терьер» был одноканальным комплексом, поэтому на эсминце и размещались сразу две РЛС управления огнем, чтобы обеспечить требуемую скорострельность. Вот первая ракета слилась со своей отметкой, на экране РЛС вспухла яркая засветка подрыва боевой части весом в 218 фунтов, которая тут же погасла, сменившись тусклыми засветками падающих обломков.
– Сэр, цель поражена! – с гордостью доложил оператор.
– Молодец, Чарли! – воскликнул его командир. Тут же послышался встревоженный голос второго оператора:
– Цель начала активный маневр, фиксирую сход ракеты из-за превышения перегрузок. Сэр, «бандиты» снижаются.
– Подтверждаю, оба «бандита» начали противоракетный маневр с резким снижением, – доложил оператор РЛС обнаружения воздушных целей. – И третий «бандит» через пять секунд уйдет за нижнюю границу зоны поражения.
– Залп двумя ракетами по «бандиту» номер два, – мгновенно отреагировал офицер управления ракетным вооружением. И снова корма окуталась густым дымом, из которого с ревом вырвались две стремительные длинные тени с огненными хвостами.
02 ноября, местное время 10:09. Камчатка. Небо над Авачинским заливом, 22 километра к востоку от бухты Безымянная
Капитан Харисов управлял самолетом, как в тумане. На сердце было горько и уныло, они не смогли сделать ничего. И никто не мог бы ничего сделать с такими силами. Несколько минут назад, когда МиГи только начали набор высоты, все казалось по-другому. Американские самолеты беспечно барражировали вверху, казалось бы, не замечая их. Казалось, еще немного, и они выйдут на рубеж атаки по ничего не подозревающим янки. МиГ-17Ф имеет скороподъемность более трех километров в минуту, а самолеты противника уже на превышении чуть меньше двух. Как вдруг откуда-то сбоку и снизу к передней паре вынеслись два столба белого дыма, с длинными телами ракет на острие, похожими на телеграфные столбы по размерам. Только эти столбы очень быстро летели, скорость МиГов по сравнению с ними была просто черепашья. Зенитные ракеты, ну конечно же. В составе десанта по данным разведки был один ракетный эсминец, и значит, он здесь, неподалеку. Утром они обманули его, прорвавшись к кораблям десанта на малой высоте, а сейчас он здесь и готов расквитаться за прежнюю неудачу. В следующее мгновение одна ракета попала в МиГ, вспышка, взрыв, и на месте самолета с пилотом внутри остаются только мелкие обломки, падающие вниз. Второй МиГ, услышав в последний момент сигнал СПО, чудом увернулся в сторону. Капитан заложил разворот со снижением и отчаянно закричал в ларингофон: