Нестандартный секретарь (СИ)

– Огонь баба! – выдохнул Антон, Григорий согласился, кивнул.
Сейчас хотелось встать, подойти к ней со спины, дотронуться до ее ладоней и сделать выстрел – вместе с ней. Почувствовать, как отзовется ее тело на отдачу оружия, как она прижмется к нему, расслабиться в его руках…
Это было похоже на наваждение – нестерпимое желание дотронуться до желанного тела. Пока Бродский не вложил в ее руки ружье.
– Вот что делают? – возмутился Антон. – Без плеча же останется…
Слишком тяжелое, громоздкое, в разы опаснее любого травмата. Григорий с тревогой посмотрел на Илью – тот лишь усмехнулся. Он серьезно? Позволит ей сделать выстрел?
Правильная осанка. Правильно приклад прижат к предплечью. Все правильно, но также нельзя!
Первый выстрел – и промах. Постояла немного, прицеливаясь, со второго раза попала в банку, под одобрительный ор положила оружие на стол, потерла ушибленное плечо. Ожигов тут же схватил ее, усадил на колени и поцеловал. Как хозяин, владелец, единственный, кто может ею обладать. Посмотрел на Григория, недвусмысленно положил ладонь на дуло ружья.
– Пап, отвернись, – Антон пихнул его под столом ногой. – Не провоцируй его. Их больше и они пьяные. Пап!
Прежде чем отвернуться, Григорий нагло усмехнулся и даже услышал, как полковник заскрежетал зубами.
Стемнело резко, подул прохладный ветер. На подворье егеря зажглись фонари – не ярко, чуть освещая пространство, но атмосфера тут же поменялась – стало уютнее. Антон предложил собираться, Ринат уже сложил вещи в машину, но Григорий все тянул – ждал.
И вот это случилось. Елена встала, пошла к дому егеря, быстро вспорхнула по ступенькам, скрылась внутри. Григорий выждал немного и пошел следом.
Уютный домик. Все просто, но в то же время добротно. Несколько комнат, разделенных просторной залой с камином. На полу шкуры, на окнах цветы. Елена вышла из дальней комнаты, держа в руках связку какой-то травы. Увидела его, вздрогнула, застыла.
– Я больше так не могу, – выдохнул Григорий, в один шаг приблизился, обнял и поцеловал, смакуя каждое движение, наслаждаясь каждым прикосновением. Нежная, хрупкая, теплая. Желанная.
Знал, что оттолкнет, может, ударит, но растерялся, когда она чуть слышно прошептала в его губы:
– Гриш, не надо… Ты пьяный.
– Да, я пьяный, – в тон ей ответил Григорий, вдыхая ее запах. – Я бессовестно пьяный тобой…
– Не делай так больше. Пожалуйста…
Аккуратно отстранилась, избегая его взгляда, выскочила из дома. Григорий в отчаянии зарычал, понимая свою беспомощность, постоял немного, успокаиваясь, и пошел следом.
Антон понял сразу – что-то случилось. Сначала из дома выбежала Елена – ничего подозрительного он не заметил, потом появился отец. И его состояние настораживало. Григорий сел на свое место, положил сжатые кулаки на стол.
– Я попал, Антон… Как же я попал…
– Ринат, иди, погуляй, – предусмотрительно отослал водителя Волков – младший. – Пап, что случилось?
– Я ее поцеловал.
– Черт!
По любому, кто-то из соседней компании видел, как Елена и Григорий на короткое время заходили в дом. Напридумывать можно что угодно. Хватит одного неосторожного слова, чтобы разозлить сначала Илью, потом и всех остальных.
– Поехали! – Антон схватил отца за руку, силой заставил подняться. – Пап, я тебя умоляю!
Затолкал его в машину, махнул егерю на прощание.
– Заводи, быстро! – велел водителю и с облегчением выдохнул, когда машина тронулась. Кто-то, видимо, Илье что-то сказал. Полковник поднялся из-за стола, сжимая в руках ружье.
  
Глава 18
 
Высокий, статный, брутальный. Блондин с пронзительными зелеными глазами, способный одним взглядом напугать или очаровать. Харизматичный, волевой, опасный. Конечно, такой мужчина всегда будет нравиться женщинам.
Елена отпила из любимой чашки чаю, не без удовольствия наблюдая за мужем – Илья, без рубашки, в одних брюках, стоял у плиты, готовя ей завтрак.
Красив, зараза – в меру накаченный, подтянутый, с идеальным прессом.
 
А еще – кобель.
Елена сделала очередной глоток, не отрывая от мужа внимательного взгляда.
Как вообще понять, что мужик тебе изменяет? Надо бы погуглить, хотя Илья слишком осторожен, чтобы проколоться на очевидных мелочах. И работа у него такая – очень просто скрыть измену, ссылаясь на задержку по службе.
Или, может быть, что кто-то просто решил пошутить. Версия имеет место быть, так как номер определить невозможно. Иначе, зачем любовнице скрываться? Если она решила разрушить их семью, признаться, то использовала бы обычный номер.
– Ну вот, – Илья поставил перед Еленой тарелку с двумя глазками яичницы. – Еще что-то будешь?
– Огурцы соленые открой. В холодильнике.
– Хорошо. – Заглянул в холодильник, достал банку, напряг безупречные мышцы, открывая крышку. – Ален, что происходит?
– А что происходит? – Елена хрустнула огурчиком. – Ты чем-то недоволен?
– Честно? Да.
– И чем же?
– Только давай без обид – твоей работой.
– Опять? Понятно теперь, откуда у завтрака ножки выросли. То-то ты хмурый все выходные ходил. Готовился?
– Ален, – он сел напротив, поиграл желваками, – я тебя ревную. Сильно. И ничего поделать с собой не могу. Там Волков рядом с тобой. И ты ему нравишься.
– И что?
– Ты меня пойми…
– Погоди, – прервала она мужнины объяснения, – просто давай подумаем, ладно? Я многим нравлюсь. Но это не значит, что я с ними сплю. Ты же об этом хотел поговорить? – Илья кивнул. – Я люблю тебя, Илюха, ты достоин того, чтобы хранить тебе верность. Если сомневаешься во мне – значит, не доверяешь.
– Я не сомневаюсь… Он к тебе подкатывает!
Илья инстинктивно сжал кулаки, мотнул головой, отгоняя желание повысить голос. На охоте Волков четко дал понять, что Аленка ему нравится, и он готов за нее побороться. Илья тогда сделал невозможное – сдержался, чтобы не набить поганцу рожу. Хотя, Волковы вовремя уехали. Вечером он всерьез решил разобраться по-мужски, чтобы отвадить соперника раз и навсегда.
– Это просто азарт. – Елена улыбнулась уголками губ, и это было похоже на презрительную ухмылку. – Когда ему надоест – отстанет. Он упрямый мужик и привык, чтобы ему все подчинялись, но я – не все.
– Ты – не все, – согласился Илья, наблюдая за тем, как жена ест огурец, макая его в желток яичницы. – Прости меня…
– За что?
Елена посмотрела на мужа, нахмурилась на его виноватый взгляд.
– За все…
– Еще не пришла?
Григорий вошел в кабинет Антона почти сразу после него.
– До начала работы еще пятнадцать минут, – ответил Антон. – Но после твоего представления на охоте я вообще не уверен, что она придет.
– Если не придет – я все равно ее найду. – Григорий встал возле окна, посмотрел на сына. – Считай, что спор ты выиграл, больше подкатывать к ней не будешь. Я забираю ее себе.
– В смысле, себе? – Антон даже дернулся на стуле. – Пап, ты меня пугаешь…
– Я найму ее на работу в свой офис. Хочу, чтобы она всегда была рядом.
– Ага, она прямо так и согласилась…
– Ты же меня знаешь, – он посмотрел на сына – в глазах плескался азарт, – согласится.
– И кем же?
– Я придумал ей должность – личный помощник.
– У тебя есть личный помощник.
– А она будет очень личной помощницей.
– Пап, – Антон встал, подошел к нему, – ты пойми, Елена не такая, как остальные телки, которых ты одним взглядом укладываешь в койку. И я не думаю, что новая должность для нее – это хорошая идея.
 
– Никакого интима, – Григорий ухмыльнулся на растерянный взгляд сына. – Я не собираюсь насильно тащить ее в постель.
– Тогда я ничего не понимаю. И вообще, Ожигов не тот, кого можно игнорировать.
– Он тебя напугал? – Григорий улыбнулся.
– Да! – признался Антон. – Ты же видел его!