Проект «Око»
— Что теперь? — спросила Адикия Деймоса.
«Просто езжай прямо», — прозвучало прямо у нее в голове.
Деймос все сильнее терял контроль над своими способностями, было намного проще общаться с девушкой мысленно, чем пытаться оградить ее разум от вторжения.
«Я все устрою».
Глава 25
Когда до КПП оставалось полсотни метров, Деймос опять обратился к Астрее.
«Останови», — прозвучало в голове девушки.
Вторжение телепата в разум Адикии было все сильнее, и Деймос понимал, что нужно торопиться. Вот в очередной раз он увидел происходящее глазами своей спутницы: тонкие, но сильные руки на руле, взгляд, мечущийся по застывшим солдатам на КПП, поглядывание на него, Деймоса, сидящего рядом.
— Что такое, старик? — его альтерэго, извращенная форма Генри Джонсона, все также сидела на заднем сидении.
Он сопровождал их все это время, начиная с того дня, когда Деймос по неосторожности убил нескольких своих собратьев. Генри шел рядом с ними по улицам города, он бесновался в казино и подначивал Деймоса бить сильнее, но не убивать армейских псов слишком быстро — будь его воля, он пытал бы их всю ночь. Генри убеждал Деймоса убить Ричарда, потому что тот может стать ему помехой, но пока он не был главным, кроме проклятий и подначек ничего сделать не мог — Деймос ему не позволял.
Но после инъекции EP22 все стало хуже. Телепату казалось, что его галлюцинация стала обретать физическую форму. Умом он понимал, что солдаты в штабе вскрывались самостоятельно по его команде, но его глаза видели другое: Генри с ножом в руках убивает караульных; Генри с ножом в руках убивает работников штаба, заливая коридоры реками крови; Генри услужливо сбрасывает тело дежурного с кресла и любезно указывает на освободившееся место Деймосу.
Мелькающая, двоящаяся в глазах картинка происходящего сводила его с ума во второй раз. Где грань между реальностью и галлюцинацией? Когда он перестанет понимать, что происходит вокруг? И чем это закончится?
«Чем это закончится? — подумал Деймос, с усилием ограждая собственные мысли от окружающих. — Адикия пустит мне пулю в лоб».
— Или не пустит, — заметил Генри. — Ты чего такой кислый?
— Отвали, — огрызнулся Деймос.
— Что? — переспросила Адикия, повернувшись к нему в кресле.
Они уже почти остановились, и ей не нужно было следить за дорогой.
— Ничего, — ответил телепат, — рвется просто всякое наружу.
Девушка была обеспокоена, но ничего не сказала.
— Что, хочешь устроить представление, да? — опять полезла с вопросами галлюцинация. — И даже зрителей позвал.
«Заткнись и сиди тихо», — слишком много сил уходило на то, чтобы сосредоточиться на происходящем, оградиться от шума мыслей тысяч людей вокруг.
Его радиус заметно увеличился, а вместе с этим приближалось абсолютное безумие.
— Ой, да ладно тебе, безумие! — фыркнул Генри. — Рассматривай это как освобождение. Превращение в бога. Что в этом дурного?
«Никогда не хотел быть богом», — подумал в ответ Деймос.
— А я хотел.
— Деймос, — это была Адикия, — что дальше?
Они стояли на месте уже не меньше минуты, теряя драгоценное время.
«Да, секунду», — ответил ей телепат.
Пытаясь игнорировать галлюцинацию, которая о чемто язвительно продолжала распинаться, Деймос сфокусировался на территории вокруг здания Совета. Ретрансляторы должны быть гдето рядом. Вот он дотянулся до солдат, охраняющих один из них, совсем рядом, в метрах двухстах. Он бросил взгляд на ближайший небоскреб.
Дальше все было просто. Деймос отдал команду старшему офицеру, и тот гдето там, на крыше, чеканя шаг, пошел к установке, которую ему доверили охранять.
Он видел происходящее его глазами. Ничем не примечательное устройство, больше похожее на вышку связи, небольшая панель управления. Откинуть крышку, включить питание, перевести в активный режим.
Их модули — его и Адикии — отреагировали почти сразу же. Девушка вскрикнула от неожиданности, а Деймос ощутил, что может с легкостью дотянуться до следующего, и следующего, и следующего за ним ретранслятора. Редкой сетью установленные по всему городу, в зоне действия одного устройства находилось еще минимум два.
«Да, Джеймс постарался», — подумал телепат.
Сложно было только с первым. Еще минут пять — десять ушло на активацию башен по всему городу. Как только щелкнул последний рубильник, Деймосу показалось, что захлопнулся капкан: теперь Столица в его власти.
На него нахлынуло чувство спокойствия и правильности происходящего. Отошли в сторону тревоги, опасения. Он на правильном пути.
— Что происходит? — Адикия была полностью дезориентирована.
Она, как и ее сестра, привыкла к тому, что слышит мысли окружающих, чувствует их присутствие, но происходящее сейчас было за гранью: ретрансляторы многократно увеличили радиус ее модуля «Ока», и сейчас ее разум захлестнул огромный поток, с которым Деймос боролся все это время.
— Кто это?! — она, к своему ужасу, увидела незнакомого ей мужчину в военной форме, который непонятным образом оказался на заднем сиденье.
Девушка чувствовала, что с ним чтото не так: как тогда, когда Анна Прайс только познакомила ее и Астрею с Деймосом, она его не слышала. Сзади никого не должно было быть. Но был.
— И что ты теперь будешь делать, Деймос? — спросил Генри.
— О чем он говорит?! — закричала Адикия.
Она выскочила с водительского места и застыла возле машины. Они оба, Деймос и незнакомец на заднем сиденье, будто бы были частью одного целого, обладали непонятным сходством, и это еще больше ее пугало.
— Ты наконецто понял, что я пытался до тебя донести? — спросил Генри Деймоса.
— Да, — сказал в ответ своей галлюцинации телепат и вышел из машины вслед за Адикией, — я понял.
Он подошел к девушке и положил руки ей на плечи.
— Он мой друг, не пугайся, — сказал он Адикии.
— В смысле — друг?
— Скажем так, он — часть меня, — ответил Деймос.
Адикия посмотрела телепату в глаза, вспоминая их разговор: «Ты поймешь, когда придет время, Адикия. Начнутся странности, которые ты не сможешь игнорировать, которые нельзя будет игнорировать, — сказал он ей тогда. — Главное — не упусти этот момент».
— Прости, — сказал Деймос, после чего ворвался в сознание Адикии, перехватывая контроль над ее телом, и со всей доступной ему силой сжал пальцы на горле девушки.
* * *Они добрались почти до самого центра. В какойто момент Мэтт принял решение идти дальше пешком: вокруг становилось слишком много народу, а их транспорт привлекал ненужное внимание. До правительственного сектора оставалось все пара кварталов.
— Знаешь, — сказал Оливер, спрыгнув на землю из кузова, — нам с тобой это слабо поможет. Мы в боевой броне, старик. А вот ему — опасно, — он кивнул на полковника.
— Найти куртку проще, чем увернуться от гранаты под колесами, — ответил Мэтт. — Сейчас чтонибудь придумаем. Ричард, ты как?
О’Коннелл был в одном кителе. Это гарантировало ему защиту от холода, но сейчас он был просто ходячей мишенью для бунтовщиков.
— Нормально.
— Тебе бы снять это, — Оливер кивнул на китель.
— Можно поступить проще, — ответил Ричард и несколькими короткими движениями сорвал погоны, нашивки, а следом снял галстук.
— Все равно у тебя рожа разведчика, — покачал головой Оливер. — Надо поискать одежду.
Одежда ждать себя не заставила. Из ближайшего поворота вынырнула группа из пяти молодчиков, на вид лет двадцати, не больше. Вооружены они были плохо: цепи, обрезки труб, у одного в руках был нож. С одного взгляда на них становилось ясно, что этот сброд уже гдето успел подогреть кровь алкоголем, так что сейчас они ощущали себя реальной силой, чуть ли не Законом.
Мэтт было потянулся за своим автоматом, который еще лежал в машине, но О’Коннелл знаком дал ему понять, что шум поднимать не стоит: автоматический огонь привлечет к ним лишнее внимание. Оливер же сразу потянулся за своим ножом и перевел броню в боевой режим.