Путь Могучего. Том 2 (СИ)

— Договорились, — кивнул тот.
Ребята ушли, а Ирина потянулась ко мне, чтобы то ли поцеловать, то ли шепнуть что-то на ухо, хотя мне казалось это лишним в данной ситуации.
— Думаю, тебе тоже пора, — проговорил я, глядя ей прямо в глаза. — У меня завтра тяжёлый день, вставать рано, так что посидеть с тобой не могу.
— Мы можем полежать, — состроив выражение, которое она, возможно, считала милым, проговорила Ирина. — Я вообще-то никуда не тороплюсь. Могу и остаться.
— Это ни к чему, — ответил я, указывая ей на дверь. — Если у тебя нет машины, могу предложить свою. Водитель ещё не уехал домой.
— Нет, спасибо, — резко ответила она и вышла из дома, попытавшись громко хлопнуть дверью, но устройство, закрывающее дверь, ей не дало этого сделать.
Странно, но после вечеринки я чувствовал себя так же, как после трудного дня, наполненного всякими событиями. Едва раздевшись, я лёг в кровать и моментально уснул.
* * *
Утро начиналось с головной боли. Всё-таки выпитый вчера алкоголь и выкуренные сигары не прошли бесследно. Я попытался выудить из памяти какое-нибудь подходящее заклинание, но ничего не вышло. Снова захотелось прибегнуть к силам бога, но опять я удержал себя от безрассудного поступка.
В холодильнике нашлось какое-то обезболивающее, которое хоть и не сразу, но более-менее помогло мне прийти в себя и не наплевать на тренировку. Сегодня я решил посвятить своё утреннее время именно физической форме. Несмотря на то, что мышцы мои практически в прямом смысле питались магией, их неплохо было бы держать в постоянном тонусе.
Я отжимался, подтягивался, приседал и делал ещё разные вспомнившиеся мне упражнения. Тут и выяснилось, что для лучшей проработки мышц нужны специальные тренажёры. Но лучше всего пойти в зал, где уже все они есть, и использовать на всю катушку.
Разогнав по организму кровь и лимфу, я присел на коврик под вишней напротив груши ровно также, как сидел и во время тренировок со Святояром. Мне нужно было подумать. Пришедшее вчера откровение уже порядком стёрлось, и мне хотелось его освежить. Так сказать, получить подтверждение тому, что я увидел. И в то же время я понимал, что этого делать нельзя. Ни в коем случае.
Я сидел и чувствовал солнечный свет на закрытых ресницах. Очень интересное ощущение. Если о нём задуматься, оно поражает своей простотой и глобальностью. Свет, рождающийся в недрах звезды, пролетает через огромные пространства, чтобы оказаться на моей коже и согреть её.
Если думать только об этом, то можно додуматься, как и до собственной ничтожности, так и, наоборот, до мысли, что всё в этой вселенной делается для тебя. И тут я задумался, а сколько времени осталось этому миру? Когда Хаос и его подручные доберутся до него? Может быть, нет у меня никакого времени? Может быть, надо снова становиться собой и попробовать выдрать победу у сына Великой Тьмы?
Вот только я был лишь частью бога. И мне нужно было подготовиться к неминуемой встрече. Она меня не страшила. Скорее, угнетало то, что, если победит он, то не станет солнечного света, который согревает закрытые веки множества людей.
Открыв глаза, я понял, что готов идти и действовать. В целом и общем мой план был прост: в самое короткое время мне нужно было найти нечто такое, что могло бы противостоять Чёрному Мечу Хаоса. Что-то, чего у меня раньше не было. Либо чем я не смог воспользоваться.
И мне казалось, что ответ кроется в тех самых исследованиях Воронцова, к которым мы сегодня должны были приступить.
Но был и ещё один проект, по которому я должен был дать чёткое техническое задание. Что именно должно входить в аппарат, чтобы он пользовался популярностью. И тут у меня в голове всплыло слово: «Всё». Максимально. Всё, что можно совместить с этим устройством. Прежде всего, конечно, связь, затем телевизор, компас, хронометр, книгу и так далее и тому подобное. Мне казалось, что многие озарения будут приходить мне уже в процессе работы.
Так, теперь главное не перегреться от такого количества работы.
 
Борис приехал практически сразу после того, как я вошёл в дом и налил себе кофе. Выглядел он на удивление свежо и бодро, словно вчера не пил больше меня и вообще никак себя не ограничивал.
— Что за тайное колдунство? — поинтересовался я, делая жест рукой и показывая на него с головы до ног. — Ты светишься так, словно не был у меня в гостях. Или это твой клон, Борис?
— Сколько сразу предположений, — проговорил тот и рассмеялся. — На самом деле я — нежить, поэтому алкоголь мне ничего не делает.
— Да ладно, — хохотнул я и демонстративно дотронулся до него пальцем. — Брешешь.
— Конечно, — ответил барон и внимательно ко мне пригляделся. — Чего, нехорошо тебе?
Я прислушался к организму и понял, что действие обезболивающего заканчивалось, и голова снова наливалась тяжестью. А мне сегодня никак нельзя было допустить даже минимальной слабости.
— Есть немного, — согласился я, обдумывая пить ещё одну таблетку или нет. — Больше никогда не буду пить накануне важных мероприятий.
— Понятно, — Борис поставил на пол небольшой чемоданчик, с которым пришёл, снял пиджак и засучил рукава. — Есть у меня одно заклинание, которое снимет все последствия.
— А я точно не превращусь после этого в зомби? — ухмыльнулся я, но выражение друга заставило меня снова стать серьёзным. — Не превращусь же, правда?
— Не должен, — ответил тот и сделал несколько пассов. — Магия к некромантии не относится, скорее, из конкурирующего лагеря. У Луки Сергеевича подглядел, когда он после Нового Года всех на ноги поднимал.
Заклинание оказалось действенное, но достаточно топорное. Я подумал, что неплохо его будет доработать. Однако цели своей оно достигло, и у меня в голове перестали звонить в огромный колокол.
К Пирогову мы поехали на машине, которую мне предоставил Воронцов, так как Борис всё ещё пользовался отцовской и на всё время взять её не мог. Только на конкретные поездки.
Пока ехали, барон Крамер пытался задавать наводящие вопросы, но я и сам толком не знал, что от него потребуется, поэтому только качал головой и разводил руками.
— Как только доедем, тебе всё расскажут, — сказал я, глядя на пролетающие мимо кварталы и промышленные зоны, которые плавно переходили в зелёные рощицы и безбрежные поля.
Так и вышло. Стоило нам зайти в здание пансионата, который стал нашей негласной штаб-квартирой, как тут же к нам спустился Пирогов и с удовольствием пожал руку Борису. Как оказалось, он запомнил его по тому дню, когда примчался спасать мою сестру.
— Очень рад снова вас видеть, — сказал Алексей Сергеевич и сделал знак рукой, чтобы мы шли за ним. — А Владимир Юрьевич уже буквально кипит жаждой деятельности. Запланировал для нас на сегодня целую кучу мероприятий.
— Как вы вчера продуктивно время провели? — поинтересовался я, чувствуя, что мне реально нужно знать всё, что касается предстоящего проекта. — Что-нибудь придумали?
— Нет, — махнул рукой Пирогов, поднимаясь по лестнице в своей манере так, что мы с Борисом за ним еле успевали. — Мы вчера ударно отдыхали, но всё-таки смогли удержать себя в рамках. Однако общие мысли, конечно, были. Пойдёмте, введём вас в курс дела.
Воронцов и Вероника, которая как-то сама собой стала подразумеваться членом нашей команды, что-то жарко обсуждали. При этом они не спорили, а, кажется, высказывали каждый свою точку зрения, ища общую линию и пересечения в собственных мыслях.
— Вас на пять минут оставить нельзя, — хохотнул Пирогов, закрывая за нами дверь. — Вы сразу же острые темы найдёте.
— Да это не мы, — хмыкнул Владимир Юрьевич, взирая на новичка в нашей компании. — Это всё Руслан со своими магическими гаджетами, которыми могли бы пользоваться простые люди. Вот мы тут и делимся соображениями, как подобное можно устроить.
«Вот даже как, не забыл, — подумал я, устраиваясь на своём уже излюбленном кресле. — Ещё и думает, как адаптировать. Вот же человек, и когда только всё успевает?» Я понял, что даже немного завидую подобной работоспособности.