Да, урук-хаи мы! (СИ)

— Этого мало! — прорычал он.
А я думал о том, что ощутят наши враги, завидев на подходе к деревне лес, украшенный подобными гирляндами. И это вряд ли будет страх, скорее наоборот, такой перформанс придаст им сил для сражения, ведь они будут знать, за что сражаются. А так деревня продолжает тихо и мирно существовать, просто под руководством новой власти.
Я ждал возвращения разведчиков, в полном боевом облачении прогуливаясь по западной стене. Частокол был не бог весть какой защитой, и летом его можно было бы преодолеть просто по лестницам или с помощью верёвок, но зимой эта преграда становилась достаточно весомым аргументом. Деревня и так стояла на возвышении, и вдобавок её окружили земляным валом, в который и вкопали довольно высокий забор, так что подобраться снизу — задача со звёздочкой. Залитые льдом склоны нахрапом не взять, особенно когда мы будем отстреливаться со стен. Вдоль всего частокола шла узкая деревянная галерея, прикрытая на половину человеческого роста, с которой можно было вести огонь.
На галерее до сих пор кое-где оставались следы крови, и я усмехнулся такой иронии. Как быстро всё перевернулось, и мы из завоевателей превратились в защитников. Но плоды нашего завоевания необходимо ещё и удержать, иначе в них нет никакого смысла. Я, надо признаться, немного нервничал, нарезая круги по стене в ожидании новых известий. Всё же я не ожидал от Священного Союза такой быстрой реакции на наши действия, даже новости о падении одного из восточных форпостов должны были к этому времени только-только достичь столицы, а учитывая, какой неповоротливой бывает бюрократическая махина огромного многонационального государства, их армия заявилась бы в лучшем случае к весне. Но нет, похоже, орков они боятся настолько сильно, что отправили войско почти моментально.
А если боятся, то наверняка не зря. Это немного придавало уверенности. Я вспомнил вдруг тех двух эльфов в подземном городе. Тонкие и тощие, в драке один на один они не представляли никакой опасности даже для Дургуза, который вообще не мог похвастать воинским умением. Возможно, эльфы могли двигаться чуть быстрее и ловчее нас, но это не становилось решающим преимуществом. Возможно, в строю, под командованием грамотного тактика, они могли противостоять нам, но и это не панацея, любой строй можно сломать и навязать им наш рисунок боя. Так что скорее всего, эльфы будут брать не числом, не умением, а своей неведомой магией, и это уже несколько пугало. Особенно если вспомнить рассказы Зутбога.
Ненавижу местную магию. Ничего не понятно, всё работает как-то через жопу, никто не может внятно объяснить происходящее и только напускают туману, будто я должен сам обо всём догадаться. Мне гораздо больше нравится, когда всё просто, логично и понятно. Стукнул дубиной по голове — вот и вся магия, без лишних выкрутасов, и можете звать меня недалёким варваром. Если осмелитесь.
На лесной дороге вдалеке вдруг появилась тёмное пятно, кто-то из разведчиков приближался к частоколу лёгкой трусцой. Выглядел он обеспокоенным не на шутку, и я даже выслал нескольких орков ему навстречу, а сам решил ждать на стене.
— Идут! — крикнул он, подбегая к частоколу и тропинке, идущей к калитке. — Остроухие идут!
Орки нетерпеливо зашевелились, начали вставать с насиженных мест, проверять оружие и подгонять доспехи, отовсюду слышался смех и шутки, и мне почему-то вспомнились детские утренники на Новый Год, когда надо всем дружно позвать Дедушку Мороза. Мы, в какой-то степени, сейчас тоже ждали подарков. Снегурочка, выходи. В этот раз подарки раздавать будем мы, только эльфам они вряд ли понравятся.
  
Глава 29
 
Вражеское войско приближалось тёмной сверкающей массой, растянувшись на дороге в длинную колонну. Я видел всадников, я видел пехоту, стрелков, всего их было около пары сотен, и это значило, что численного преимущества у них нет. К нам вместе с переселенцами приходили и воины тоже. Даже не знаю, на что надеялись эльфы. Видимо, продолжали считать нас немытым сбродом ополченцев, которые разбегутся в ужасе от удара профессиональной армии.
 
Я ждал, когда они подойдут достаточно близко для выстрела, арбалетчики сосредоточенно щурились, выцеливая наиболее достойную добычу. О переговорах я и не думал, но надеялся, что кто-то из их командиров окажется достаточно глуп, чтобы выйти и попытаться убедить нас сложить оружие. Такого умника ждала бы участь подушечки для иголок, но среди подошедшего войска желающих стать парламентёром не нашлось. На подходе к деревне они начали разворачиваться в боевые порядки, прямо сходу, не отвлекаясь на болтовню и разведку. Похоже, они неплохо знали, где мы окопались, и сколько нас тут.
А потом начался ад.
Небеса разверзлись и потемнели, будто посреди бела дня опустилась ночь, и огненный дождь оранжевыми всполохами расчертил небо над деревней, с жутким воем обрушиваясь на крыши и стены. Я замер, словно соляной столб, не в силах поверить в то, что это происходит взаправду. Дома и загоны вспыхивали один за другим, истошные крики и вопли разносились на всю округу.
Из ступора меня вывело то, что горящая щепка, осыпав моё лицо искрами, пролетела рядом. Клубы чёрного дыма и пламени вздымались прямо вверх, будто провоцируя гнев небесного огня и новые взрывы.
— Стоим на местах! — взревел я. — Не отступаем! Держимся!
На моих глазах одного из арбалетчиков буквально смыло со стены волной огня, и я рухнул на галерею, пытаясь укрыться за деревянными зубцами, многие из которых уже тлели. Рядом со мной валялся заряженный арбалет, и я притянул его к себе.
— Твою мать, твою мать, твою мать, — шипел я, слыша, как стучат мои зубы.
Вокруг воняло удушливым дымом и запахом горелого мяса, от которого желудок сжимался в точку, отчаянно желая извергнуть своё содержимое. Я не успел позавтракать, и он заходился теперь в пустых болезненных спазмах.
Поборов своё малодушное желание спрыгнуть, убежать и спрятаться, я осторожно выглянул из-за частокола, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь сквозь летящие клочья дыма. Эльфы вместе с союзниками по-прежнему стояли на дороге в боевых порядках, насмешливо глядя на то, как полыхает деревня вместе с её жителями, старыми и новыми. Словно это были каратели, а не войска, призванные защищать простой народ.
Всадники добродушно похлопывали своих лошадей по шеям и трепали за гривы, пехотинцы переминались с ноги на ногу в неровном строю, то и дело указывая пальцами на пожар и смеясь. Позади строя, самодовольно ухмыляясь, прохаживался колдун в сопровождении свиты. Те самые эльфийские маги, про которых я столько слышал. И что самое гадкое в этой ситуации, они стоят за пределами арбалетного выстрела.
Между тем, огонь с небес прекратился, хотя что-то мне подсказывало, что он в любой момент может начаться снова, и небо понемногу стало проясняться. Там, за стенами, прозвучала какая-то певучая команда, и воины зашевелились, пехота выровняла строй и пришла в движение, шаг за шагом приближаясь к крепости. Остальные пошли за ними, как я понял, в полной уверенности, что зайдут сейчас в пустое селение и не встретят никакого сопротивления. Со стороны домов и стен доносились только жалобные стоны раненых и плач.
— Ждём, не стреляем! — тихо, но так, чтобы меня услышали на стене, приказал я. — Подпустим поближе!
Уверенности в победе, честно говоря, уже не было, она растаяла как утренний туман, когда на наши головы обрушился небесный огонь. Но мы должны попытаться.
— Первая цель — вон тот уродец в смешной шапке и его свита! Их надо застрелить любой ценой! — добавил я.
Немногочисленные выжившие арбалетчики сидели, как и я, прижавшись спинами к единственному укрытию, закопчённому парапету из дерева. Кое-где он был сломан, некоторые участки стены и вовсе обрушились от удачных попаданий, так что обороны по первоначальному плану не выйдет. Главное сейчас это подстрелить магов, а остальное уже будет приятным бонусом. Честно говоря, я уже не питал особых надежд, и просто хотел продать наши жизни подороже.