2134: Элемент (СИ)

Когда преодолели два из четырех пролетов, Никлас — несмотря на неуходящее поганое предчувствие, понемногу начал верить, что как минимум им удастся быстро и без потерь покинуть замок — вон и дверь видна, до нее два пролета и всего десяток метров. Тем более что в холле никого не видно. Пусто, ни души — ни живой, ни искусственно созданной, всех клонов Оберхойзера уже перестреляли за вечер, новых не завезли.
Когда бегущая группа пробежала по широкому третьему пролету и оказалась перед нижним, последним, одна из «монашек» — идущая последней, вдруг опережая всех прыгнула через перила, оказавшись внизу самой первой. Приземлилась она на мраморные плиты мягко, как кошка — довольно изящно коснувшись рукой пола. Никлас на бегу — перепрыгивая через ступеньки, наблюдал, как клон выпрямилась, осматриваясь.
Успел заметить, как «монашка» вдруг насторожилась, после чего резко обернулась, вскидывая оружие. Мгновением позже раздался громовой удар, по полу пролетели ошметки выбитой двери в глубине холла, где-то вне зоны видимости. Девушка-клон уже начала стрелять, но это не помогло — раздался дробный быстрый топот и ее просто смела огромная, сгруппировавшаяся в прыжке фигура.
Несмотря на немалый размер, двигалось «это» невероятно стремительно. Никлас даже несмотря на употребленный стимулятор увидел произошедшее практически размытым пятном. Которое, замедляясь, уже скользило по полу, и в центре него замелькали руки — странный монстр сначала попытался располосовать жертву под собой когтями, но ткань комбинезона поддавалась плохо, поэтому тварь уже после пары первых ударов начала буквально вбивать «монашку» в пол, огромными кулаками круша и ломая кости.
Загремели выстрелы — но только после того как несколько пуль, как бы даже и не с десяток, прилетело монстру в голову, он прекратил удары и начал тяжело заваливаться вперед, погребая под собой уже безжизненную девушку-клона.
Наблюдая за этим, Никлас больше не бежал вниз, наоборот — пятился по ступенькам вверх. Потому что в холле, передвигаясь стремительными прыжками, появилось еще несколько аналогичных монстров — так же, как и первая тварь, дробно топающих костяными наростами на босых ногах.
Два-четыре-пять… еще двое…
Оценив количество, Никлас понял, что до этого момента серьезно недооценивал масштаб приближающегося «ахтунга». Вальтер в руках показался вдруг совершенно бесполезным; да и перед лицом такой опасности даже пулемет спокойствия бы не добавил сильно.
Блестящий мраморный пол холла немного помог — стремительные твари, передвигающиеся с дробным костяным перестуком, на гладких плитах тормозили плохо. И первые пять из них, разогнавшись, проскочили мимо лестницы — упав сейчас на четыре конечности и шлифуя со скрежетом когтями в попытке остановиться. Двое бегущих в конце группы монстров, увидев такой промах собратьев в тактике, не замедляя бега в этот момент упали на все конечности и в прыжке практически синхронно взлетели вверх.
Когти одного громко проскрежетали по мраморному полу — прыжок не удался, одна лапа (нога?) поехала и тварь рухнула вниз, не взлетев высоко. Второй же монстр со скрежетом когтей вцепился в перила, и рванулся с ревом в попытке перебросить массивное тело на лестницу. Загремели выстрелы — стреляли монашки, целясь твари в голову и грудь. Получив несколько десятков пуль — из которых половина в голову, монстр начал заваливать обратно. Но перед этим он замер на мгновение, так что Никлас сумел его рассмотреть.
Перед ним сейчас во всей своей ужасающей красе замерла монструозная тварь. Это определенно было когда-то человеком. Когда-то. И в отличие от клонов, появившиеся монструозные твари вполне себе теряли кровь — только она была странного, темно-зеленого цвета. Существо, на которое сейчас смотрел Никлас, явно искусственно превращено в машину для убийств, в инструмент ближнего боя.
Весь вид монстра буквально кричал об этом: абсолютное отсутствие волос, широкий плечевой пояс, атрофированные половые признаки — это была самка, определенно, но понять можно не сразу — грудь практически невыраженная; лицо безносое, глаза вразлет, прикрытые тяжелыми надбровными дугами. Тонкие губы ощерены в гримасе боевого безумия, открывая немалых размеров клыки. На пальцах когти, кулаки массивные, а в районе костяшек и тыльной стороны ладони видны вросшие костяные пластины. Вот почему спрыгнувшая вниз монашка так быстро превратилась в кровавое месиво, буквально в блин раскатанная ударами похожей твари.
 
Краткий миг — растянувшийся для Никласа в моменте приостановившегося времени, когда он рассматривал монстра, закончился, события вновь понеслись вскачь. Остальные ворвавшиеся в холл твари уже справились с первой неудачей скользящего заноса и неслись по лестнице, длинными прыжками преодолевая по несколько ступенек. Хлопали выстрелы, но даже две-три пули, попавшие точно в голову, эффекта не приносили. Каждой твари нужно было буквально развалить черепную коробку, чтобы лишить жизни или хотя бы дееспособности. Сам Никлас только что выстрелил в монстра совсем рядом с собой и с поднимающимся внутри отчаянием увидел, как пуля ломает и рвет челюсть, но монстр даже выражение лица не поменял при этом, и не приостановил бег вверх ни на йоту.
Мелькнула черная фигура с красным росчерком тонкого галстука и блеснувшей лысины — откуда-то сверху прилетел Зибен, упав прямо на ступеньки перед Женевьевой. Приземлился он не очень удачно — Никлас отчетливо слышал хруст сломанной кости, но клон не обратил на это внимание — не поднимаясь на ноги, начал стрелять. Причем в руках у него был немалого размера серебристый револьвер, каким и медведя остановить можно. Вот только перед ним были не медведи — монструозных тварей шестью выстрелами даже проредить заметно не удалось. Только одна погибла с разорванной в клочья головой, а остальные — отброшенные было револьверными выстрелами, снова с ревом и скрежетом когтей поднимались с пола в атаку.
Зибен принялся перезаряжать револьвер, но несмотря на скорозарядник, не успевал. И они бы погибли под новой поднимающейся атакующей волной, если бы не одна из «монашек». Девушка-клон, стоящая ниже всех по лестнице, только что расстреляв все патроны, даже не стала — в отличие от других, менять магазин. Когда сгруппировавшиеся после появления Зибена монстры снова бросились вперед, она выждала момент и прыгнула им навстречу. Прыгнула так же, как пловцы ныряют после стартового выстрела, вот только после толчка она сгруппировалась на лету. Попала «монашка» под ноги бегущей сейчас первой твари, подловив монстра в момент касания ступеньки опорной ногой.
Монструозная тварь, лишившись опоры в самый момент прыжка, оступилась и тяжело рухнула, скатываясь вниз по ступенькам и образовывая кучу-малу из монстров, из которой уже полетели ошметки одежды и девушки-клона. Три твари перепрыгнули через завал из тел, но их встретили громкие револьверные выстрелы — момент был утерян.
Никлас не успел сильно обрадоваться. Грохнуло еще три выстрела, и у Зибена кончились патроны к револьверу, — судя по тому, что серебристое оружие широким броском уже улетело в голову одному из монстров.
Это была всего лишь отсрочка.
Мгновением позже Никлас, Женевьева, хромающий Зибен и две «монашки» бежали обратно по лестнице. Еще две девушки-клона — безо всякой команды, остались умирать на площадке пролета, подарив остальным лишние секунды жизни. Отметив в мыслях этот момент, Никлас при этом совершенно не понимал, куда эти секунды потратить: он уже расстрелял все свои патроны, а в рукопашной с монстрами шансы свои оценивал как ускользающе-призрачные.
Пока еще запрещая себе впадать в отчаяние, но находясь очень близко к этому состоянию, Никлас слышал снизу звуки скоротечной схватки, в которой погибали внизу клоны. Что делать, может попытаться забаррикадироваться в башне? Единственный вариант, который казался ему хоть сколько-нибудь реальным. До того момента, как снизу не послышался приближающийся скрежет — оставшиеся внизу «монашки» умерли, не сумев надолго задержать монстров.