Шерстяная «сказка» (СИ)

Но рассуждать на подобные морально-этические темы было некогда. Надо было срочно решать что делать и где искать помощь. Случай серьёзный, здесь чесноком да луком не обойдёшься.
*Автор стихотворения – Леонид Чернышов.
46
Взять на себя ответственность за лечение Анри я не могла. Разве только если бы больше вообще не нашлось никакого выхода. Я – не врач. И даже толком не понимала, что оно такое -
эта лихорадка, какое заболевание называли этим словом. Могло оказаться, что парень просто основательно простыл, но скорее всего, это была та самая опасная зараза, которая безжалостно косила людей в средние века.
Единственное, что знала точно – нужно немедленно подготовить изолированный больничный бокс и найти… Решение созрело. С ним я и отправилась к убитым новостью родителям.
- Мы должны уговорить доктора Кларка помочь нашему сыну. – Ральф нервно мерил шагами кабинет.
Рози, сжавшись в комок, замерла в его рабочем кресле.
- Он не может отказать нам в помощи. Это - его долг. – продолжал говорить брат.
- Я сама к нему поеду, упаду в колени и умалю сжалиться над Анри. – сноха отняла руки от распухших глаз.
- Ральф, Рози, этого доктора звать нельзя ни в коем случае. – я решительно высказала своё мнение, и оба обратили внимание на моё появление.
- Это всё ты виновата, что господин Кларк больше не желает иметь дело с нашей семьёй!
Меня ненавидишь, а на Анри отыграться хочешь?! – вспыхнула яростью сноха, поднимаясь с места.
- Успокойся, Рози. – как можно ровнее попросила я.
- Успокойся?! – ещё сильнее рассвирепела та, - Это - подлость! Ральф! Твоя любимая сестра предлагает лишить нашего сына помощи!
- Сядь! – я рявкнула так, что сноха действительно неуверенно опустилась обратно на краешек кресла.
Хотелось ещё добавить, "дура". Однако, сейчас было не время выяснять отношения и превращать разговор в очередную перепалку.
- Сядь, включи голову и послушай внимательно. Да, я не испытываю к тебе никаких тёплых чувств. И мы обе понимаем, отчего так происходит. Тем не менее, это только наше с тобой дело. – я подошла к ней ближе и не мигая смотрела в её такие же застывшие глаза, - Мы можем враждовать хоть до позеленения, но вмешивать в свои распри детей – действительно подлость, на которую я никогда не пойду. Чтобы тебе было легче в это поверить, просто вспомни, что Анри не только твой сын, но и Ральфа. Так?
Рози не ответила, не кивнула – только сглотнула.
- Теперь пойми, что ваш доктор Кларк не сможет помочь Анри. Посмотри на себя: с тех пор, как я отвадила его от вашего дома, ты стала лучше выглядеть. Наверняка и мигрень прошла, и самочувствие улучшилось. Я права? От этого коновала с арсеналом пыточных инструментов только вред.
- Корин, но что же тогда делать? – не выдержал Ральф.
- Самое первое, сейчас же отправлять кого-то искать хорошего знахаря. Такого, что по всем окрестным деревням знают и ценят.
- Знахаря? – опешил он.
- Знахаря, брат. Или знахарку. Давайте все тут на время забудем, что мы немного дворяне, а высокородным по ранжиру полагается доктор, а не крестьянский лекарь. Не до политесов.
Нам ребёнка спасти нужно. Я тебе больше скажу: если Анри действительно болен тем, чего мы так опасаемся, его нельзя поселить в его собственной комнате. Нужно искать и готовить отдельное помещение.
- Ты хочешь сказать, что я своего больного сына должен поместить в какой-то флигель?! –
у Ральфа даже губы затряслись от растерянности и негодования.
- Да. Если не хочешь, чтобы весь твой дом вымер вместе с хозяевами, и его сожгли соседи.
- Ты считаешь, всё так серьёзно?
- Может быть нет, а может да. Определит только знающий человек. Мы должны быть готовы к любому вердикту.
- Делай, как она говорит. – жёстким, замороженным голосом неожиданно заговорила со своего места Рози. – Немедленно отправляй кого-то на поиски знахаря и вели освободить флигель.
- Да… Да, я сейчас… Сейчас же. – при взгляде на нас двоих брату возвращалась уверенность.
 
Он коротко выдохнул и стремительно направился отдавать распоряжения.
- Рози, вели отмывать помещение до полной чистоты и кипятить полотенца с постельным бельём. Много полотенец и постельного. То, что будет использовано, станем уничтожать. И
отдельную одежду для тех, кто будет ухаживать за Анри.
- Я сама буду ходить за сыном. – тихо, твёрдо произнесла мать.
- Я тебе помогу.
Рози пристально, долго посмотрела на меня. Губы её исказила судорога. Она приоткрыла рот, но так ничего и не произнесла. Кивнула, задумчиво опустила голову и вышла. Но в этом её последнем взгляде читалась благодарность.
- Ну вот и ладно. – я в одиночестве вздохнула на манер брата, - Все при деле. А я пока тогда пойду, подготовлю тканевые повязки на лицо и платки – спрятать волосы. Неплохо бы ещё перчатками озаботиться, но тут уж, как получится.
Полтора следующих дня весь дом был занят только одним – организацией больничной палаты для Анри. А я… да, конечно, не только я, в первую очередь, Ральф и Рози всеми силами молились за то, чтобы парня довезли живым. Насколько я помнила, если человеку удавалось прожить от начала этой болезни первые двое суток, у него были шансы на выздоровление. В
любом случае, семейная часовня в поместье почти не пустовала. Должно быть, мой племянник был хорошим юношей, раз помолиться за него, попросить помощи шли не только родители, но и простые обитатели дома.
Бабушку Эмбер привезли в имение немногим раньше, чем прибыл транспорт с Анри.
Знахарку отыскали в одной из дальних деревень и загнали две пары коней, чтобы вовремя доставить на место. Крепкая малоразговорчивая старушка осмотрела наши приготовления и удовлетворённо покачала головой:
- Это хорошо, что догадались отделить мальчика из дома. Другим, окромя тех, что помогать мне станут, нечего рядом с больным делать. А это что? – она указала на пошитые мною импровизированные маски.
- Это защитные повязки для рта и носа, чтобы снизить возможность заражения.
- Ну так мне то без надобности. Лихорадка не трогает стариков, да детей малых. А вот сами не забоитесь ли? Что, две госпожи, так и пойдёте за больным следить?
- Так и пойдём. – за обеих ответила я.
Рози сейчас находилась в таком состоянии, что ничто не смогло бы заставить её изменить это решение. Мне думается, она не то, чтобы не доверяла дитя чужим рукам. Мать просто не могла отдать сына кому-то. Ей было страшно отпустить его. Страшнее, чем угроза заболеть самой.
Ну а я… верите ли, нет, не смогла её бросить. Мы с ней практически не разговаривали, только по делу. Но казалось, что, вопреки всему гадкому, что до сих пор происходило между нами, именно в моём присутствии снохе становилось спокойнее, маленько полегче держаться.
К тому же, кто-то должен был ответственно проследить за соблюдением всех возможных санитарных предосторожностей. Чтобы не случилось, что ребёнок поправится, а мать загнётся.
Ну и… не знаю, откуда-то во мне сидела иррациональная, но очень глубокая уверенность, что я умру не так. Не от лихорадки во цвете лет.
Даже описывать не могу, что творилось с Рози, когда привезли Анри. Чего ей стоило удержаться на ногах и не утратить рассудок. Однако, в наличии характера моей снохе не отказать – сумела справиться, взять себя в руки. Открыто плачущего Ральфа даже не подпустили к ребёнку. И не возьмусь судить, кому из них сейчас было тяжелее. Та же команда, которой заплатили, чтобы доставить парня домой, перенесла его во флигель, и мы втроём ушли в карантинную зону.
Анри находился в жутком состоянии. Мальчишка оказался похож на отца. Точнее, на его тень. Он то метался в липком, потном бреду, то замирал в забытьи, но главное – был жив.
- Ничего, милая, довезли, значит, справимся. – оценив мужество матери, бабка Эмбер подошла к Рози, легонько стиснула её руку сухими узловатыми пальцами и принялась за дело.