Шерстяная «сказка» (СИ)

- Похоже, что мягкий и неконфликтный господин Ральф не очень-то «распорядитель» в собственном доме. А мне пора делать ноги в свой. Жалко, конечно, мужика. Человек-то оказался неплохой, ещё и талантливый. Но нельзя же быть таким мямлей! Ладно, поглядим, что можно сделать… – подумала я, мысленно уже рисуя в голове картины мирной, спокойной жизни вдали от Рози. А вслух сказала:
- Я очень скучаю по своему дому. Как бы хотелось снова в них вернуться – в родные стены, хранящие память о моём счастье.
- Я вас понимаю. И очень сожалею, что это невозможно. – в голосе Брего прозвучало совершенно искреннее сочувствие.
А меня как будто под дых ударили:
- Невозможно?! Почему?!
- Печально, что из вашей ситуации не имеется никакого приемлемого выхода.
- Может быть… ещё немножко поискать? Что вы могли бы посоветовать? – я не хотела отказываться от только забрезжившего света в конце тоннеля.
- Ну что тут посоветуешь? Мы же с вами это уже обсуждали. По закону государства и общества вдова не может жить одна. Или у родственников, как вы сейчас, или с компаньонкой из числа опять же родственников. В случае, если она, конечно, не сирота. Тогда – да, имеется возможность нанять какую-нибудь почтенную даму со стороны. – пояснял Брего, - Ну или, в самом деле… монастырь. – собеседник красноречиво развёл руки в стороны. - Но я бы, раз уж вы спрашиваете моё мнение, настоятельно рекомендовал вам пересмотреть свой взгляд на повторное замужество. И не отказываться от этой мысли столь категорично.
Так. То есть выходы имелись, но один другого краше. Получалось, что Корин уже пытала семейного нотариуса на предмет того, как ей избежать жизни у брата со снохой. Никто из родни, очевидно, не согласился стать её компаньонкой. Оставалось или попереубивать всех здравствующих носителей фамилии, чтобы стать сиротой, или очередной замуж, в который она абсолютно не стремилась. Точнее, не хотела настолько, что предпочла терпеть выходки Рози.
Про инициативу с монастырём вообще молчу.
- Благодарю, господин Брего. Я обязательно прислушаюсь к вашим советам. Поговорю с братом и… подумаю о том, что вы сказали. – я решила, что довольно мучить хорошего человека своими проблемами и пора отпустить уже восвояси с миром.
Тот откланялся и полез в свою коляску. А я ещё немного посидела и тоже пошла в сторону дома (Там у меня ещё Рози невыпоротая бегала).
- И что тут за правила такие? Чёрте-что!.. Почему обязательно родственники?.. Ерунда какая-то! Что-то не припомню таких идиотских ограничений ни в одном законодательстве
Европы. – на ходу возмущалась я, переваривая слова нотариуса.
15
Ого! Я там, кажется, обозвала своего брата мямлей? Не знаю пока, что это было: разовая акция протеста или мужик в принципе решил в корне поменять ситуацию и втолковать жене, кто здесь главный, но орал он на неё сейчас знатно. Слуги по двору и дому перемещались на цыпочках, испуганно прислушиваясь к тому, как хозяин наверху бранил хозяйку. Я поднялась на третий этаж. Определить, за какой дверью разворачивалась семейная баталия, проблемы не составило.
- Как ты посмела?!.. Как ты могла выставить меня такой скотиной?! Как тебе вообще в голову пришло за моей спиной задумать такую мерзость?! Я всегда знал, что у тебя нет сердца, но это!.. Это просто за гранью зла! – гневно шумел Ральф. – Даже интересно, а как бы ты потом представила эту новость мне? – в голос его просочился яд.
- Но Ральф…
- Ну конечно! Я знаю, что ты сейчас ответишь: Корин сама попросила тебя об этом.
Например, когда лежала в горячечном бреду.
- Вот именно, муж мой…
- Не ври мне! Слышишь?! Не смей мне врать! – эффектно так рыкнул брат, и я бесшумно ему зааплодировала.
Сама же присела на мягкий пуфик в коридоре за колонной, решив, что моё время вмешаться в «дискуссию» ещё не пришло. Войду – все вспомнят про рамки приличий. Пусть уж человек хоть разок выскажется от души. А я спокойно послушаю.
– Даже на смертном одре моя сестра не обратилась бы с такой просьбой к ТЕБЕ. Да и ко мне тоже… - интонации Ральфа стали тише, в них появились усталость и болезненное разочарование. – Она скорее бы отдала свой дом какому-нибудь приюту. И сделала бы это через господина Брего.
 
- Вот видишь, Ральф, ты сам всё понимаешь. Я только спасала это имущество для наших детей.
- Замолчи! – сквозь стиснутые зубы громко и угрожающе прошипел брат. – Замолчи сейчас же! Твоей подлости нет оправданий. Так же, как моему слепому потворству. Я позволил тебе поселить родную сестру в комнате для служанок. Я молчал, когда ты обращалась с ней, как с жалкой приживалкой. Так вот этого больше не будет.
- Но Ральф, вы же сами сердились, когда пришлось принять эту порочную женщину в дом.
– жалобно проскулила Рози.
- Не перебивай! Повторяю, с этой минуты всё изменится. А знаешь, почему?
- Ну-ка, ну-ка… - в своём укрытии навострила уши я. Стало хуже слышно потому, что голос мужчины сделался почти спокойным, хоть и оставался чётким.
- Корин – моя родная кровь. Она – часть моей семьи и добрая, порядочная девушка.
Запомни это. И да… я злился на сестру за своеволие, проявленное в выборе спутника жизни. И
да, это набросило тень на репутацию нашей фамилии. Но сейчас, прямо в эту минуту, я ей завидую. Её непокорству и смелости. Слышишь? Страстно и искренне завидую. Хотя бы несколько коротких лет она была счастлива. Что никогда, к сожалению, не случится со мной.
С этими словами брат стремительно покинул комнату и широкими шагами направился к лестнице.
Ну что ж, настал мой черёд откровенно пообщаться со снохой. Скандал произошёл в будуаре Рози, куда она спряталась после провала своего плана. Потому, первым, что я услышала при своём появлении, было гневливое возмущение желчной бабы на вторжение на столь личную территорию.
- Корин?! Пш-ш-м… Кто позволил?!.. Да как ты посмела прийти сюда без приглашения?! -
выпучив глазёнки зашипела эта изрядно потрёпанная, но явно непобеждённая кошеня, резко отряхивая складки платья у талии.
- Не «ты», а «вы». – снова методично поправила дамочку, оценивая её состояние и понимая, что пришла не зря. Выступление мужа стерву, безусловно, ошарашило, но не шибко-то испугало. Требовалось доработать этот вопрос до нужной кондиции:
– Впрочем, «ты», так «ты». Сейчас так даже лучше. Но тогда уж не обессудь, я тоже не стану с тобой миндальничать.
- Вон отсюда! – взвизгнула моя «собеседница». – Я не намерена терпеть твоё присутствие в своём будуаре!
На что я лишь спокойно и очень тщательно закрыла дверь, загородив её спиной:
- Ничего, дорогая родственница, пару лишних минут потерпишь – не сахарная.
- Я всё расскажу Ральфу! Он узнает…
- Боюсь, что лимит доверия своего супруга ты уже исчерпала. Так что, грош – цена любым твоим заявлениям.
- Подлая интриганка! (Это она – мне, представляете? Прелесть.) Приживалка!
- А вот брат, насколько я слышала, так не считает.
- Так ты всё подслушала! – сузив глаза, обличительно оттопырила палец Рози.
- Конечно. – невозмутимо подтвердила её гениальную догадку. – И уверяю тебя, не только я. Весь дом содрогнулся и оглох от вашей… эм-м… беседы. Так что, включай, дорогуша, голову и не ори уже так, если не хочешь, чтобы вернулся Ральф и устроил тебе повторную порку.
- Это всё ты виновата! – зло, но, всё-таки, заметно тише заговорила сноха. – Из-за тебя на меня рассердился муж. Ральф никогда не позволял себе разговаривать со мной в таком тоне.
- Рози, у тебя серьёзные проблемы. – покачала головой я. (Хотя в этот момент с большим удовольствием просто бы отвесила гадине затрещину.) – Да. И не только с отсутствующей напрочь самокритикой, но и с логикой. В смысле, с мозгами. Причинно-следственные связи явно нарушены. Голова не болит? Сделай себе кровопускание – авось поможет.
- Мерзавка… - захлебнулась яростью сноха.