Папа с седьмого этажа (СИ)
— Конечно, я уверен! Неужели ты думаешь, что я…
Тут мы вдвоём вспыхнули. Сердито посмотрели друг на друга. Егор был готов дыру в затылке протереть, ну или силой статики не просто электричество выработать, а вызвать огонь в своей густой светлой шевелюре.
— И что теперь? — Егор осторожно задал самый опасный вопрос.
— Эм, ничего, — снова пожала плечами и скосила взгляд на маму. Та напоминала мне разведчика в засаде. не хватало только маскхалата и боевой раскраски на лице. — Я тебе рассказала и… всё. Должно быть продолжение?
— Ты…
О! По взгляду Егора всё поняла. Нет, если бы не тот грязный хвост, мы могли бы обсудить детали. Но! Он ведь существует. И…
— Послушай, я не пытаюсь тебя развести на колечко или что-то подобное!
— Но… — Егор даже покраснел. Впервые. Да так густо и ярко, что теперь казалось, будто его лицом в кетчуп ткнули.
— Я просто тебе сказала. Даже не так, ты стал свидетелем, а врать я не хочу. Всё тайное рано или поздно становиться явным. И только. Ты в курсе.
— Валя, почему ты отталкиваешь меня? Что случилось? — Егор казался искренним и обеспокоенным. Я почти ему поверила. Почти. — Я же вижу, что что-то не так!
— Всё в порядке, так бывает. Тебя это печалит?
— Вообще-то да! — Егор даже кулаком по столу стукнул. — Если мне сначала казалось, что ты просто чего-то боишься, то теперь. Скажи, где я ошибся? Что сделал не так? Разве нам было плохо?
Я чуть булочку ему в рот не затолкала. Пришлось открыть вторую коробочку и вновь зажёвывать все обидные и колкие глаза.
— Относись ко всему философски. Не получилось, не срослось…
— Это ты так решила? — в глазах Егора плескалось море непередаваемых эмоций.
— Оно само так вышло. И то, что умерло, порой, лучше не реанимировать. Мало ли Франкенштейн выйдет.
Егор побагровел. Сурово посмотрел на меня нехотя встал, повернулся к моей маме и пробурчал:
— Приятно было познакомиться, мама Вали, но мне, похоже, пора. Я как-нибудь попозже зайду. Нам надо будет поговорить. Наедине.
Провожать Егора я не стала. Но когда он хлопнул входной дверью, я облегчённо выдохнула и едва ли не стекла по стулу. Мама, выждав мхатовскую паузу, удивлённо спросила:
— Это что сейчас было? Ты меня прости, Валя, но таких порядочных и хороших людей надо поискать. Зачем с ним так… грубо?
— Мама, он обворожительный бабник! Я чего только не слышала сверху! У него там если только… В общем, Егор очень любвеобильный. Настолько, что я застала его с другой! И она объявила ему, что тоже беременна. Представляешь? Не хочу я в бразильском гареме жить…
— В Бразилии нет гаремов, — мама мрачно поправила меня.
— Хорошо, в турецком! В Турции были гаремы?
— Так почему ты ему ничего не сказала?
— Мам, ну а смысл какой? Что это изменило бы? И я правда ничего не хочу от Егора.
— Господи… Я думала, что ты гораздо умнее меня! И точно не будешь наступать на грабли, на которых в своё время станцевала я!
— А ты разве не этого хотела? У тебя будет внук. Или внучка.
Теперь и мама покраснела. Поджала губы и хмыкнула. Я расстроенно посмотрела на маму: разве не этого она хотела? Так почему от такой радостной новости мы такие расстроенные?
Сообщение от Егора погрузило меня во вселенскую печаль: отступать он не намерен! На УЗИ и к врачу собирался идти со мной, только так и не иначе. И как с ним теперь бороться?
Глава 23. Родственные узы
На каждую хитрую… Это витиеватое, замысловатое и достаточно крепкое по содержанию выражение как нельзя кстати подходило ко мне. Я хотела обмануть Егора, придумала замечательный план, всё обмозговала. Составила пути подхода и отхода. Решила так: раз он хочет идти со мной, чего мне, если честно, совсем не хотелось, я просто сказала ему неправильное время. На три часа позже, чтобы даже случайно его не занесло в неведомые дебри.
И кого я встретила на пороге медицинского центра?! Егора!
Весь такой воодушевлённый щегол, сменивший привычную рубашку на футболку-поло. Стоял и смотрел на меня странным, подозрительным взглядом. Оно и понятно. Мне только было не ясно, что он тут забыл?
Скрестив руки на груди, поджала губы и недовольно посмотрела в ответ.
— Ты как тут оказался?
— Тебе длинную версию или сократить? — Егор размашисто развёл руки, а потом стремительно свёл их, оставив мизерное расстояние между ладоней.
— Давай покороче.
— Ну что же, мой милый Ватсон, задали вы мне задачку! Для начала… — Егор спустился с крыльца и подошёл ко мне, подхватил меня под локоть и повёл к дверям. Я даже не стала сопротивляться. Только вскинула бровь и недоверчиво скривила рот. — Для начала, ты упустила тот факт, что мои родители — врачи. И я знаю всех узистов нашего города. Беременных у нас смотрят двое: Левашевский и Толмачева. Левашевский в отпуске, Толмачева, помимо женской консультации, принимает только здесь. А так как попасть к ней сложно, то я предположил, что ты пойдёшь именно сюда. Я позвонил администраторам и спросил, со скольки Ольга Валерьевна начинает приём. И пришёл с небольшим запасом.
У меня даже челюсть отвисла. Я перестала сопротивляться и на ватных ногах поплелась в чистые стены медицинского центра. Что можно было ещё сделать?
— Ты страшный человек, Егор! — округлив глаза, строго посмотрела на мужчину. — Я бы даже сказала опасный…
— Ну тебя! Врать меньше надо… — Егор фыркнул и бросил на меня косой взгляд. — Ты это делать совсем не умеешь! Всё на поверхности… Даже по телефону.
Я покраснела до кончиков ушей. Так стыдно и неудобно мне было очень давно. Но некоторой обиды и недовольства на Егора это не умаляло.
Прилипнув как банный лист, мой неугомонный сосед вёл широким коридором прямо к нужному кабинету.
— Я с тобой не пойду…
— Предлагаешь подслушивать? — Егор скривился. — Не нужно меня демонизировать. Для меня это действительно важно.
Я хотела возразить, что-то возмущённо воскликнуть, но… Если мои глаза — открытая книга, то уж глаза Егора… Просто нечто невообразимое! Он смотрел на меня так искренне, так открыто и воодушевлённо, что брякнула:
— Хорошо.
На подобном УЗИ я была впервые, до этого у такого специалиста была всего раз и то, просвечивали мне сердце. Было волнительно. Отвечая на все вопросы невпопад, краснела, заикалась и недовольно сопела, поглядывая на задумчивого и слишком серьёзного Егора.
Кушетка оказалась не такой жёсткой. Склонила голову и впилась взглядом на экран, на котором вскоре начнётся продолжение захватывающей эпопеи про бразильский гарем. Это будет сладким эпилогом, ну или прологом к чему-то большему. Эх, опять размечталась о кренделях небесных!
Холодный гель был липким, гадким и мерзким. От него сразу покрылась мурашками, а ещё захотелось всё с себя смыть. Женщина-врач, водя датчиком по моему животу, любопытно поглядывала на Егора.
— Как твоя мама?
Егор встрепенулся, посмотрел не женщину и опять почесал затылок. Ну-ну, кто тут себя с потрохами выдаёт?
— Хорошо…
— Она знает?
— Мы для начала хотим решить, есть что-то, о чём нужно кому-то ещё знать или нет.
— Хм… — женщина поправила очки и улыбнулась мне. — Определённо есть! Срок маленький. Но всё в порядке, по всем показателям. Если беспокоились о внематочной…
Я сглотнула и мысленно поблагодарила маму за нужный пинок: у неё было больше опыта и она точно знала, чего бояться. Одной глупой мыслью и головной болью меньше.
— Снимок делать?
— Да, — я кивнула, вглядываясь в маленькое круглое пятнышко чёрного цвета. Было сложно поверить, что это скоро станет полноценным человеком. — Можно даже не один.
— В общем, пока никаких плохих мыслей. Спокойно растите, не волнуйтесь. Обходите врачей… А ко мне теперь только через два месяца. Плодное яйцо я пока вижу одно. Но ещё могут быть сюрпризы…