Любовь ювелирной огранки (СИ)
— Что ж, учтём, — металлически изрекла та и, остановившись, нажала на кнопку в стене. Створки невидимой герметичной двери разъехались в стороны, и образовался проём. — Проходите. Уже очень скоро популярность будет у вас в кармане. Вы ведь взяли с собой рукописи?
— А то как же, прихватила. — Юлиана покопалась в рюкзаке и вынула оттуда плотную пачку. — Здесь самые последние. Удачные.
О Кексе с Пирогом она и думать забыла. Ну, шастают себе где-то по дирижаблю. Ну, покусают какого-нибудь незадачливого учёного. Теперь ей, если начистоту, не было до питомцев никакого дела. Слава, успех, признание — ей только что посулили всё это авторитетным тоном. А значит, надо постараться и ни в коем случае не давать заднего хода.
Джета Га выхватила рукописи у нее из рук, пролистала, пробежалась глазами — и скормила какому-то железному агрегату, который сразу же зарычал, запыхтел и замигал маленькими зелеными лампочками.
Юлиана переменилась в лице.
— Вы зачем это? Как же я… Куда же мне…
— Спокойствие! — распорядилась Джета. — Перед вами сканирующее устройство. Оно просто переведет ваши произведения в цифровой вид. Сядьте за стол и перестаньте нервничать. Смотрите на экран. В век передовых технологий уже никто не пишет книги от руки. А читателей принято искать в специально отведенных местах.
Юлиана послушно села напротив огромного светящегося монитора, где мелькали какие-то строчки, выскакивали непонятные окошки, бежали ленты жутких счетчиков. И чуть не испустила дух.
— Вы быстро освоитесь, — заверила ее Джета Га. — Откройте-ка сайт…
Она взглянула на белую, как мел, Юлиану, и передумала командовать.
— Ладно, я сейчас сама всё покажу.
Джета подошла к креслу, перегнулась через ее плечо и протянула руку к небольшому устройству, от которого к дальнему краю стола тянулся провод. Устройство легко легло в ладонь. Защелкали клавиши, по экрану метнулась крохотная белая стрелка. А затем выскочило очередное окно.
— "Демиург", — одними губами прочла Юлиана на броской виртуальной вывеске.
Рядом с названием красовался логотип, заглавная буква "Д", от которой радиально расходились солнечные лучи.
Ниже шел список жанров, а еще ниже располагался некий "ТОП".
— Популярные книги в разных жанрах, — пояснила Джета ошарашенной Юлиане. — Собственно, ваша цель заключается как раз в том, чтобы один из ваших романов попал в эту ленту.
"Невинная для идиота", "Жена моего брата", "Невеста дракона", "Моя первая ночь". Пролистав ленту "ТОПа", Юлиана вытаращила глаза. Попасть вот сюда? А может, лучше не надо? Может, есть какой-нибудь другой, менее специфический "ТОП"?
— Вы сможете пробиться, даже если пишете не в тренде, — обнадежила ее Джета. — Главное, чтобы читателям нравилось. А что именно нравится читателям, вы легко поймете, проанализировав успех ваших предшественников.
Юлиана приготовилась анализировать и открывать новые горизонты, когда с пылу с жару подоспели сканы ее рукописей. Джета куда-то щёлкнула.
— Переводим в текстовый формат. Вот так, готово. Теперь можете загружать книги на сайт. Если возникнут вопросы, обратитесь к электронному помощнику. Он вам по полочкам разложит и разжуёт что угодно.
Она откланялась, оставив Юлиану в полнейшем ступоре. Впрочем, прошло совсем немного времени, и Юлиана действительно освоилась. А потом и втянулась. Так втянулась, что за уши от экрана не оттащишь.
Перевалило за полночь. Кекс и Пирог закончили исследовать дирижабль, разнюхали, где пропадает их хозяйка, и проскользнули за дверь, где были только монитор, Юлиана и ее неутолимая жажда славы.
К ее запястьям и ко лбу подключили тонкие проводки, и она приняла это как должное. Без смены положения в крутящемся кресле ноги у нее затекли. Глаза воспалились, во рту установилась сушь. Кажется, она забыла и про личную гигиену, и про приемы пищи.
— Есть хотим, — тявкнул снизу Кекс.
— Хотим есть! — подтвердил Пирог.
— Ну же, давайте, где ваши комментарии? Где звездочки и награды? Я ведь шедевр написала… — сухими губами бормотала Юлиана, не отводя глаз от монитора. — Почему у меня так мало просмотров? А, знаю! Наверное, обложки неподходящие. Вот сейчас переделаю…
Кекс с Пирогом переглянулись и поняли, что никто их здесь кормить не станет. Хозяйка пустилась во все тяжкие. Глухой номер.
Псы-шпионы тихонько усеменили прочь — пропитание себе искать. Их принцип: сначала еда, потом всё остальное. В том числе и вопрос, что делать с Юлианой. Прежде следовало разжиться парой аппетитных косточек…
А Юлиана разбирала по косточкам чужие успехи и свои неудачи. Ее интересовало, почему откровенная чепуха и безвкусица вроде "Любовницы для миллиардера" занимает в рейтинге почетное место, тогда как ее душеполезные творения прозябают в низах.
"Да что за читатели такие пошли? Бульварщину с пошлятиной им подавай! Не-е-ет, это неправильные читатели. Надо их перевоспитать".
День тёк за днём, часы пролетали, как сумасшедшие. Юлиана ела без разбора всё, что привозил ей робот-официант, и с большой неохотой отлучалась в ванную. Она всерьез взялась за перевоспитание кучки "негодных читателей", которые оставляют восторженные комментарии под третьесортными романами и не обращают решительно никакого внимания на ее высокоинтеллектуальное творчество.
"А ну, быстро мной восхищайтесь! Где мои лучи славы, я не поняла?"
Ее энтузиазм угасал. Она всё больше злилась и всё меньше думала о прекрасном. Зависть — эдакая черная дыра — лишила ее остатков вдохновения и толкала на подлости. Настрочить негативный отзыв под книгой, собравшей тысячи поклонников? Как нечего делать. Полить грязью автора каких-нибудь бестселлеров? Да легче лёгкого!
Впрочем, после действий такого рода Юлиане казалось, будто это ее полили грязью и именно ей оставили гневный отзыв.
Кекс и Пирог следили за ней сквозь дверную щёлку, когда поблизости никого не наблюдалось. Они воинственно шевелили ушами. Их хвосты торчали, как встроенные антенны. И храбрости им было не занимать. Но стоило вдалеке появиться Джете Га, псы дружно бросались наутёк и прятались в мрачных закоулках дирижабля, пока их не отпустит страх.
Было совершенно очевидно: в том, что Юлиана стала такой, виновата Джета. Это она посулила ей популярность. Она запудрила ей мозги, приковала ее к экрану и облепила странными датчиками.
Кексу с Пирогом очень не хотелось с ней сталкиваться. Казалось, если Джета их сцапает, то непременно пустит на фарш.
А Юлиана продолжала завистливо подсчитывать звездочки, которые читатели оставляют под книгами конкурентов. Обновлять страницу сайта по десять раз в минуту. Втихомолку пакостить так называемым коллегам по перу, мучительно изобретать гениальные сюжеты, которые публика оценит по достоинству. И мрачнеть, мрачнеть, мрачнеть…
***
Мир вокруг Эсфири тоже неумолимо мрачнел. За свою дерзость она осталась отбывать наказание в жутком необитаемом месте, на пограничье между землей живых и землей, где обретались… Кто?
Как только Вершитель (а лучше сказать, старый маразматик) испарился, чувства в ней разделились на два лагеря. В одном лагере скопились опасения. Другим управляло любопытство: ну-ка, что там, за колючей проволокой?
У Эсфири уже имелся опыт общения с психами и безумными гениями. Одному безумному гению она, помнится, таскала в сумках еду, пока он ковырялся с электричеством в заброшенном замке. И в итоге нахваталась знаний об электричестве, о чем ни разу не пожалела.
Вершитель оказался тем еще непредсказуемым психом, и Эсфирь была уверена: она найдет к нему подход. А не подход, так какое-нибудь уязвимое место, на которое в случае важных переговоров можно будет надавить.
Юркие молнии, которые вспыхивали во тьме одна за другой, ее не пугали. Пугала, скорее, тишина. Полнейший штиль, мёртвое безмолвие, нависающая над головой пустота. А еще давила какая-то неясная тревога, отчего хотелось поскорее перелезть через ограждение на ту сторону. И неважно, что колючая проволока. Мелочи житейские, если подумать.