Новичок (СИ)
И здесь было на что посмотреть! Казалось, на улицы высыпал весь город. Вывески, рекламные щиты, билборды — всё сияло яркими огнями. Улицы там и тут пересекали электрические гирлянды. Тумбы, столбы и стволы немногочисленных деревьев, очень напоминающих наши земные пальмы, тоже были опутаны цветными огоньками.
Народ водил хороводы, пел и плясал прямо на тротуарах — то и дело прикладываясь к бутылкам отнюдь не безалкогольного содержания...
В общем и целом, это было похоже на Новый год на Красной площади — если представить, что площадь распространилась НА ВЕСЬ город.
Переулки, дворы, маленькие пятачки перед магазинчиками — не было ни одного клочка земли, не занятого веселящейся компанией.
Нас то и дело приглашали присоединиться — спеть хором, станцевать или просто выпить на дорожку.
А теперь самое главное.
На Красную площадь это походило, скорее, духом, нежели сутью. Потому что... Людей в этом столпотворении было не так уж много.
Нет, гуманоидами были почти что все — за исключением прозрачного зеленого желе на ножках и существа, похожего на плод страсти паука и богомола... Б-ррр. Буду очень благодарен если он будет мне сниться не слишком часто.
Но гуманоиды — это ведь тоже понятие растяжимое, понимаете, о чём я? Ну, в смысле: шел по полю крестьянин. Самый обычный крестьянин: две руки, две ноги, две головы... И хвост.
Вот в этом смысле.
И хотя за последнюю неделю я привык к некоторым неожиданным телесным модификациям, иногда большого труда стоило не пялится так, словно глаза у меня на пружинках.
— Да что с тобой, Оторва? — спросила Лолита, когда я остановился, и самым невежливым образом принялся глазеть на девушку, верхняя часть туловища которой росла из громадного цветка-анемоны.
Лепестки были повёрнуты вниз, служа одновременно и юбкой и множеством гибких ножек. Девушка была обнажена — точнее, она была топлес, и единственной одеждой ей служил водопад блестящих зелёных волос.
В своё оправдание хочу сказать, что не я один глазел на девушку. Вокруг неё даже собралась небольшая толпа: девушка работала уличным музыкантом. В руках она держала тонкую дудочку, и извлекая из неё нежную, щемящую мелодию, плавно покачивала бёдрами.
Цветок анемоны колыхался в завораживающем ритме, а ещё переливался яркими огнями, создавая цветовое сопровождение музыке. Всё вместе вызывало гипнотический эффект: я заметил, что начинаю покачиваться в такт музыке... как и многие зрители.
Встряхнувшись, я оторвал взгляд от девушки и посмотрел на Медузу.
— Дай ей монетку, — шепотом попросил я.
Лолита бросила в стеклянную чашу золотой, и когда монетка мелодично звякнула о дно, девушка вскинула длинные ресницы и наши глаза встретились.
Перестав играть, она улыбнулась. И теперь, когда дудочка не прикрывала её губ, я понял, насколько обворожительна эта улыбка.
Невольно сделав пару шагов навстречу, я протянул девушке руку.
— Меня зовут Макс, — сказал я, как заколдованный. — Для друзей — Безумный Макс. А вы прекрасны. И удивительны. Так прекрасны и удивительны, что просто ОБЯЗАНЫ завтра вечером прийти в мой ночной клуб, — тут я немного погрешил против истины, но дело того стоило. — Скажете швейцару своё имя, и он пропустит вас совершенно бесплатно. Итак?.. — я поднял брови в ожидании.
— Меня зовут Пьяретта, — девушка вновь очень мило улыбнулась и пожала мою протянутую руку. Взгляд её то и дело стрелял в сторону Лолиты. — Очень приятно, Макс. Я подумаю.
— Не надо думать, — я тоже улыбнулся. — Просто приходите. Не пожалеете...
И в этот момент Лолита утащила меня прочь.
— Что ты себе позволяешь, Оторва? — принялась она выговаривать мне шепотом, таща за руку сквозь довольно плотную толпу. — Приглашать на свидание первую встречную! Да ещё и накануне нашего... Нашего... — она раздраженно фыркнула. — У тебя что, при виде каждой юбки мозги отшибает?
— Совсем наоборот, ПАРТНЁРША, — я старался идти с ней в ногу и не отставать, чтобы не походить на ребёнка, которого тащит за руку разгневанная мамаша. — Я как раз думал о нашем конкурсе. И о том, что кроме инвесторов нам нужны ещё и КОНКУРСАНТЫ... Я обещал Поганцу и Золотку достойную борьбу. И увидев столь необычный образчик красоты, решил, что Пьяретта отлично впишется в наш формат.
Лолита бросила на меня косой недоверчивый взгляд.
— Поверь, Лола, всё ради любви к искусству, — я сердечно приложил руку к груди. — К тому же, я традиционалист. И просто не знал бы, что делать с той частью, где... ну, ты же её видела. В конце концов, она наполовину цветок!
— Думаю, такого доку, как ты, это бы ничуть не смутило, — ядовито фыркнула Лолита, и окатила меня ещё одним, сладким, как крем-брюле, взглядом.
— Да никакой я не дока, — поспешно возразил я. — В смысле: ну ты посмотри на меня! Я же самый обычный. Особенно, на фоне здешних представителей мужской половины...
Мы как раз проходили мимо группы чернокожих качков в тесных красных маечках и спущенных на копчик джинсах.
Микеланджело, Бенвенуто Челлини, Вера Игнатьевна Мухина — любой из них продал бы душу за то, чтобы изваять в камне хоть одного из них.
— Дело ведь не в том, как ты выглядишь, — неожиданно смущенно потупилась Лолита. — А в том, что у тебя вот здесь... — и она притронулась к тому месту, где у нормальных людей расположена печень.
Хочется надеяться, что она имела в виду сердце.
— Сейчас нас интересует именно внешность, — поспешно напомнил я. И крикнул качкам: — Эй, ребята! Приходите завтра вечером в клуб "Чистилище"! Конкурсантам вход бесплатный.
Один из них отсалютовал мне бутылкой пива.
— И всё равно не понимаю, — пожала плечами Лола. — Какой смысл в том, чтобы вот так вот заманивать народ?
— Это называется вирусная реклама, — пояснил я. — Делая точечные информационные вбросы, я как бы бросаю камни в воду.
— От камней расходятся круги... — глубокомысленно заметила Лолита.
— Точно! — я улыбнулся и помахал следующей группе. — Клуб "Чистилище"! — крикнул я им. — Завтра вечером. Увидите нечто интересное! — и я вновь повернулся к своей спутнице. — К утру новость о том, что у нас будет необычное шоу, облетит весь город. Я имею в виду, все ведь тусуются, обмениваются сплетнями... Если достаточно разогреть народ, нам не понадобиться тратить деньги на рекламу. Хотя мы всё равно потратим! — представляя себе мешочки с золотом, которые сейчас находились у Лолиты, я позволил мечтам захлестнуть меня с головой. — К завтрашнему вечеру мы выпустим цветные буклеты, — говорил я, лихорадочно жестикулируя. — В них мы коротенько расскажем, что такое конкурс красоты, кто может принять в нём участие, и пригласим остальных прийти к нам в качестве зрителей... Предъявителю купона — скидка на билет.
— Но если все принесут купоны, мы не заработаем денег!
— Ещё как заработаем! Скидка закладывается в стоимость, таким образом и волки останутся сыты, и овцы — целы...
Лола нахмурилась на мгновение.
— То есть, и мы не в накладе, и зрители будут думать, что сэкономили?
— Ага!
Лолита недоверчиво покачала головой.
— Наверное, там, откуда ты родом, Оторва, все сплошь богатеи, раз вы знаете такие хитрые штуки.
— На самом деле, нет, — я грустно улыбнулся. — Между "знать" и "делать" — огромная пропасть... И большинство из нас просто сидят на её дне.
— Но ты-то быстро лезешь в гору, Оторва!
— Сам пока до конца не верю, — честно признался я. — А ещё стараюсь постоянно себе напоминать, что чем выше взбираешься — тем дольше падать.
Лола наморщила лоб.