Его жена и любовница

Они забрали ее из дома? Айрис вовсе не ощущала присущего ее новому дому запаха. В нос девушке ударил аромат дорогих духов… и запах пыли. Странное сочетание. И совсем незнакомое. Айрис снова попыталась приоткрыть глаза и совсем не удивилась, увидев красивую молодую вдову. Леди Престон сидела за небольшим столом вместе с лордом Ярдли.
– Слуга подмешал что-то в ликер, – вырвалось у Айрис помимо воли.
Леди Престон повернула голову и насмешливо посмотрела на нее:
– Значит, вы очнулись? Гораздо быстрее, чем я ожидала. Обычно лекарство действует дольше.
Айрис в этом не сомневалась. Она до сих пор не могла пошевелиться, чтобы изменить позу.
– Вы правы, – продолжала леди Престон. – Тимоти подсыпал небольшую дозу снотворного в напиток.
– Но почему? – Айрис спрашивала не о снотворном. Естественно, оно требовалось для того, чтобы ее похитить. Но зачем ее похитили? Почему пытались причинить вред ее семье?
– Нам необходимо было ваше присутствие, леди Эштон. – В устах леди Престон имя Айрис прозвучало как ругательство. – Вот незадача… Святой вернулся домой и обнаружил, что ваша хваленая честь не удержала вас дома. Так огорчительно для человека, сделавшего ставку на честность своей жены, не правда ли?..
– Но почему? – продолжала вопрошать Айрис, не обращая внимания на колкости леди Престон. Лукас не поверит, что она уехала по собственной воле. Ни за что не поверит. На Айрис нахлынули воспоминания о том, как он дважды пытался ее остановить, когда она собиралась покинуть Лондон. Отогнав воспоминания, она попыталась сосредоточиться на словах мужа, которые он произнес сегодня вечером.
– Леди Эштон, вы хотите знать, почему я сделала то, что сделала?
Айрис кивнула и тут же пожалела об этом. Боль в висках усилилась.
– О чем это я? Ах да. Нет сильнее гнева, чем гнев оскорбленной женщины. Ваш драгоценный Святой ужасно оскорбил меня, и он заплатит за это.
– Лукас никогда не был вашим любовником.
Леди Престон рассмеялась, и ее смех отозвался резкой болью в голове Айрис.
– Как же вы наивны, леди Эштон! Это он так сказал вам?
– Лукас сказал, что вы никогда не были его любовницей, и я ему верю. – Трудно было изображать презрение, лежа на жесткой кушетке, но Айрис попыталась. – У него утонченный вкус.
Глаза леди Престон вспыхнули яростью.
– Считаете, что вы лучше меня? Что затмеваете меня своим благонравным поведением? И все же ваша когда-то незапятнанная репутация больше таковой не является. Весь Лондон теперь знает, что вы незаконнорожденная.
– Но Лондон также знает, что я – жена лорда Эштона. Только это и важно, – ответила Айрис с уверенностью.
– Да, но он хотел иметь идеальную жену. Все высшее общество об этом знает. Однако вас нельзя назвать идеальной. После того как вы связались с бывшей актрисой, выяснилось, что вы незаконнорожденная. А теперь еще все общество будет обсуждать ваш побег с любовником вскоре после свадьбы.
– Я никуда ни с кем не убегала.
– Да, но слуги говорят совсем другое. А вам ведь известно, насколько серьезно воспринимаются сплетни, распространяемые слугами. Кроме того, мой дорогой друг лорд Ярдли оставил в книге клуба «Уайт» запись о своем пари, касающуюся этой новости. Потребуется всего неделя, чтобы окончательно испортить репутацию вам и Святому. И вообще каким же чудовищем должен оказаться муж, чтобы несчастная жена сбежала сразу после первой брачной ночи?
Айрис была повергнута в шок. Но не словами леди Престон, а ненавистью, горящей в ее глазах.
– Никто этому не поверит. Ведь рано или поздно вы меня отпустите. Я вернусь к мужу и положу конец сплетням.
Айрис отказывалась верить, что леди Престон вознамерилась убить ее. Ведь если бы это было так, то она давно уже осуществила бы задуманное.
– О да, конечно, вы вернетесь. Через пять дней вы появитесь в известном почтовом отделении. Появитесь, покинутая любовником и зализывающая раны после ужасов брачной ночи. К сожалению, вы будете не в состоянии замаскировать многочисленные синяки.
Впервые за все время Айрис сковал страх.
 
– Но у меня нет синяков.
– Будут. – Леди Престон перевела взгляд на лорда Ярдли. – После сегодняшней ночи.
Мужчина улыбнулся, но его глаза остались холодными как лед.
– Не часто я удовлетворяю свои маленькие прихоти с представительницами высшего общества, но вас-то я давно облюбовал. Уверяю вас, леди Эштон, я с нетерпением жду момента, когда смогу развлечь себя вашим обществом.
Айрис вдруг почувствовала, как к горлу ее подступила тошнота. Схватив девушку, леди Престон потащила ее к уборной, где бедняжку стошнило. Вернувшись в комнату, Айрис села на кушетку.
– Вы должны объяснить мне, зачем вы это делаете, – сказала она, стараясь выиграть время. Возможно, Лукас найдет ее, прежде чем этот ужасный Ярдли осуществит свои намерения.
Да, Айрис не сомневалась в том, что Лукас найдет ее. А до тех пор она должна защищаться самостоятельно: Конечно, в ее нынешнем состоянии она не сможет противостоять леди Престон и лорду Ярдли, поэтому нужно что-то придумать…
– Вы угрожали моей семье, вынудили моих родителей покинуть Англию и терроризировали меня. Скажите правду: почему вы до такой степени ненавидите Лукаса?
– Я сказала вам почему, – с самодовольной усмешкой ответила леди Престон.
– А я сказала, что не верю вам. – Айрис, словно утопающий за соломинку, цеплялась за свою веру в Лукаса.
– Ваш муж повинен в шести годах ада, в который превратилась моя жизнь, и я заставлю его заплатить за это.
– О чем вы говорите?
Лукас никому не причинил бы вреда намеренно. Должно быть, эта женщина просто не в себе.
Лицо леди Престон исказилось от гнева.
– Ваш муж повинен в смерти человека, которого я любила. Это случилось в последний год войны.
– Но Лукас служил в разведке…
– Мне это известно. – Внезапно Айрис все поняла.
– Этот человек был шпионом Бонапарта, предателем, и Лукас разоблачил его, верно?
– Он был джентльменом. Прекрасным танцором, обаятельным мужчиной. Мы хотели бежать вместе, – горячилась леди Престон. Горе, звучавшее в ее голосе, и ярость, горевшая в глазах, заставили Айрис поверить, что теперь вдова не лгала.
Айрис даже посочувствовала этой женщине, но только горе никак не могло оправдать ее чудовищных деяний.
– Найджел собирался забрать меня из маленького провинциального городка, в котором я родилась. Он обещал, что после войны мы отправимся в Лондон и на континент. У нас были сходные желания. Он являлся олицетворением джентльмена.
– Но отнюдь не преданным своей стране. – Ярость исказила черты леди Престон.
– Да что вы об этом знаете? Политике нет места в сердечных делах. Ничего не изменилось бы, даже если бы он оказался французом. Я его любила, а ваш муж его убил.
Значит, у Лукаса не было иного выбора.
– Ваш жених вынудил его на подобные меры, – заявила Айрис.
– Нам нужны были деньги, чтобы жить так, как мы мечтали. А его помощь Франции давала нам эти деньги.
– Он был предателем.
– Он просто старался обеспечить себе нормальное существование! Моих родителей повергла в шок моя тайная помолвка с врагом короны. Поэтому они постарались поскорее выдать меня замуж за престарелого лорда, прежде чем о моей связи стало известно. – Леди Престон содрогнулась от отвращения. – Вы не можете представить, каких ужасов я натерпелась в супружеской постели. Не можете представить этих холодных сухих рук, ощупывающих меня в темноте.
Айрис ее понимала. Она вспомнила свое отвращение к герцогу Клэрширу, старику, которому она годилась во внучки. Но потом ее взгляд упал на лорда Ярдли, и она подумала, что перспектива делить с ним постель ничуть не приятнее.
Перехватив взгляд Айрис, леди Престон засмеялась.
– Ярдли уже сказал, что у него не было возможности разделить свои своеобразные желания с такой представительницей высшего общества, как я. Мы развлекаемся по-другому.
Айрис вздрогнула.