Его жена и любовница
– Она была беременна, когда мой брат погиб.
– Но как ты об этом узнал?
– Она пришла ко мне.
– И ты ей поверил? – Слишком все просто.
– Мне не составило труда узнать, что мой брат действительно… покровительствовал ей. У нее была безупречная репутация. Других любовников у нее не имелось.
– А ребенок?
– Очаровательная маленькая шалунья четырех лет от роду. Она вьет веревки из своей матери и из меня. У нее глаза Эштонов и рыжие волосы матери.
Из Лукаса получится чудесный отец. В отличие от ее отца он не будет обращать внимание на своих детей только в том случае, когда они могут в чем-то пригодиться.
Айрис улыбнулась.
– Мне бы хотелось с ней познакомиться.
Как только эти слова сорвались с ее губ, она поняла, что подобное вряд ли возможно. Но Лукас кивнул, и его глаза подернулись печалью.
– Я постараюсь устроить так, чтобы ты увидела ее до того, как она со своей матерью уедет во Францию.
– Они уезжают во Францию? – удивилась Айрис.
– Да. Клэрис собирается замуж, и Морис Брюн, ее будущий муж, хочет вернуться на родину.
– Ты будешь скучать.
Это было утверждение, а не вопрос. Айрис ни капли не сомневалась в том, что отъезд Клэрис с дочерью причиняет Лукасу боль. Любил ли он мисс де Брие?
– Я буду скучать по племяннице, однако надеюсь, что у меня вскоре появятся дети, которые заполнят пустоту, – многозначительно произнес граф.
Но Айрис не так легко было сбить столку.
– А как насчет мисс де Брие? – Лукас посмотрел в глаза девушки.
– Она – мой друг, и я буду скучать по ней как по другу, не более того.
– Она не была твоей любовницей? – вновь спросила Айрис, желая выяснить все раз и навсегда.
– Нет. – Тон Лукаса не оставлял места сомнениям. – Она пребывала в крайнем отчаянии, когда впервые пришла ко мне и попыталась меня соблазнить. Но я ощутил ее страх и заставил сказать правду.
Голос Лукаса звучал спокойно, словно он говорил о каких-то обыденных вещах, но в сложившихся обстоятельствах Айрис казалось, что не может быть все так просто.
– А как насчет того случая, когда она обняла тебя? – Как только эти слова сорвались с ее губ, Айрис поняла, что произносить их не стоило.
Откуда она узнала об объятиях? Как объяснить это, не признаваясь в своем ужасном поступке? Лукасу вряд ли понравится то, что она шпионила за ним, переодевшись конюхом.
Граф прищурил глаза:
– О чем ты?
– Так, ни о чем. Не обращай внимания.
– Ну уж нет. Если ты посылала слуг шпионить за мной, я должен узнать об этом немедленно.
Лукас дал ей подсказку, но Айрис не пожелала ею воспользоваться.
– Я не хочу лгать тебе.
– Так не лги.
– Видишь ли, я услышала кое-какие сплетни на званом вечере.
– Сплетни? – переспросил Лукас; при этом его голос стал таким же ледяным, как зимний ветер в горах Шотландии.
– Да. Одна леди беседовала с моей матерью. Они обсуждали, как ты поступишь со своей любовницей после нашей свадьбы. – Глаза Лукаса загорелись гневом, и Айрис поспешно продолжила: – Сначала я не поверила, что ты можешь поступить столь вероломно. Ведь это совсем не в характере Святого.
– Я не святой, Айрис, но и не распутник.
Она кивнула. Святой не обнажил бы ее грудь прямо здесь, в саду, а распутник принял бы то, что предлагала ему пребывавшая в отчаянии мисс де Брие.
– Мама всегда пряталась от малоприятных сторон жизни, раня тем самым окружающих ее людей.
Лукас сдвинул брови.
– Но какое это имеет отношение к тому, что ты послала слуг шпионить за мной?
– Я не посылала слуг. Я сделала это сама, но немного позже. Ты позволишь мне закончить или нет? – Она едва не произнесла слово «милорд», но вовремя поняла, что лучше не злить Лукаса.
– Продолжай, пожалуйста. Это гораздо интереснее французского водевиля.
– Возможно, – кивнула Айрис. – Так вот, я не позволила себе прятаться от правды, как мама. Если ты изменил мне, я должна была знать об этом. Терпеть не могу сплетни, но все же я попросила свою служанку порасспросить знакомых слуг.
– Понятно.
Однако Айрис сомневалась, что Лукас что-либо понимал. Даже если он хотел жениться на ней, он не любил ее так, как любила его она. И уж конечно, он не мог понять, какую боль она испытывала, представляя его в постели с другой женщиной.
– К моему ужасу, один из твоих слуг сообщил, что ты часто посещаешь бывшую актрису.
– Это невозможно. Мои слуги никогда не стали бы рассказывать о моих отношениях с Клэрис.
– Очевидно, этот слуга не из таких. Возможно, ты недавно его нанял.
Лукас стиснул зубы, и это не сулило несчастному слуге ничего хорошего.
– Моим слугам, даже новичкам, прекрасно известны установленные мною правила поведения.
– О Клэрис знает не только он, Лукас. – Айрис хотелось защитить ничего не подозревающего слугу. – Леди Престон тоже слышала о ней от кого-то.
– Как только я выясню, от кого исходят подобные сплетни, я позабочусь о том, чтобы у этого человека никогда больше не возникло желания совать нос в мои дела.
Айрис терпеть не могла сплетни и сплетников, поэтому сказала:
– Поступай так, как считаешь нужным.
– Да, конечно. Но умоляю, рассказывай дальше. – Айрис набрала полную грудь воздуха и продолжила:
– Утром того дня, когда я… э… собралась следить за тобой, ты сказал, что я не увижу тебя ни на одном званом вечере. Тогда я предположила, что ты поедешь к мисс де Брие.
– Очень интересное предположение.
– Но ведь я оказалась права.
– Да, разумеется.
– И я видела, как ты поцеловал ее в щеку. А потом она тебя обняла. – Голос девушки звучал укоризненно.
– Но как ты это увидела? – Голос Лукаса стал угрожающе тихим, и по спине Айрис пробежал холодок.
– Я бы предпочла не вдаваться в детали, если ты не возражаешь, Лукас. Что сделано, то сделано.
Он отрицательно покачал головой:
– Нет, возражаю. Изволь немедленно объяснить, как тебе удалось увидеть нас с Клэрис. Мне ведь сказали, что ты весь вечер была дома. Слегла с головной болью, которая потом перешла в простуду.
– Вообще-то я не понимаю, почему я должна объяснять тебе что-то, Лукас. Ты ведь до сих пор не объяснил мне, почему мисс де Брие обнимала тебя, раз она не твоя любовница.
Граф немного наклонился вперед, и на лице его появилось хищное выражение.
– Немедленно говори правду, Айрис, – потребовал он.
– Я переоделась в одежду конюха и ждала тебя в тумане рядом с домом. Когда ты приехал, я не удержалась и заглянула в щель в занавесках. Ты поцеловал мисс де Брие в щеку с гораздо большей теплотой, чем относился ко мне в последнее время. Я отошла от окна, а когда заглянула во второй раз, она уже обнимала тебя, словно имела на это полное право.
– Да, у нее есть на это право, – заявил граф. – Женщина, которую я считал своим другом и сестрой на протяжении почти пяти лет, в тот вечер сказала мне, что выходит замуж. Она была очень счастлива и хотела разделить свою радость со мной.
– Но я не вполне понимаю, почему она решила поделиться с тобой своим телом, – едва слышно пробормотала Айрис.
Однако Лукас не обратил на эти слова никакого внимания. Его глаза горели гневом.
– Почему ты просто не спросила меня?
– Я не была уверена, что ты дашь ответ. Многие джентльмены не видят ничего зазорного в том, чтобы содержать любовницу.
– Я не такой, как все остальные.
– Да, не такой. Но я хотела знать правду, и потом, Лукас… Ты ясно дал мне понять, что не одобряешь леди, обсуждающих подобные темы.
– Но мы обсуждаем это сейчас.
Айрис не смогла возразить. Они действительно это обсуждали, и Лукас высказывался весьма откровенно. Возможно, он не так уж рьяно придерживался норм морали.
– Признаю, я поступила несколько необдуманно.
– Несколько необдуманно? Нет, моя дорогая леди. Ты поступила чертовски глупо! Ты хоть представляешь, что с тобой могло случиться?
– Я была осторожна и надежно замаскировалась. – Айрис не стала упоминать о том, что все ее усилия пошли прахом из-за дождя, промочившего ее насквозь. – Моя репутация не пострадала.