Проданная мафии (СИ)
Саттон знает, как действует на людей. Он знает, что имеет власть и может сделать с человеком, что пожелает. Но только сейчас он, наконец, осознаёт, что такое настоящее могущество. Видеть, как Паркер принимает всё, что он готов ей дать и испытывает при этом удовольствие — это стоит всего потраченного на неё времени и денег.
— Ты устала, котёнок? — вновь склоняется Чарли над девушкой.
— Да, — Нэнси поднимает руку и касается спины мужчины. — Но это ведь ещё не всё. Теперь ты займёшься со мной любовью?
Он давненько не занимался любовью. Даже с Моникой это было чистым инстинктом, желанием утолить жажду и ничего более. Но здесь, с Нэнси, он хочет, чтобы это что-то значило. Может позже он покажет ей все стороны секса, научит её любить разные вещи, раскроет её скрытый потенциал и превратит в женщину, которая любит и наслаждается любыми плотскими удовольствиями. Но сейчас он желает заняться с ней любовью.
— Будет больно, — предупреждает Саттон, приподнимая ногу Паркер, отводя её в сторону.
— Хорошо, — Нэнси смотрит на мужчину доверчиво.
Чарли выравнивает член с её входом и начинает двигаться. Осторожно, медленно, постоянно следя за тем, как изменяется лицо девушки.
— Всё хорошо, — успокаивает он Паркер, когда та впивается ногтями в его руки. — Дыши, котёнок. Дыши.
— Больно, — слёзы появляются в глазах Нэнси. — Пожалуйста, не надо. Я не хочу. Не хочу.
— Ещё немного, — Саттон стискивает зубы, чувствуя, как его член сдавливают со всех сторон. — Ещё чуть-чуть… Я… — он едва успевает выставить руку, чтобы не упасть на Паркер, когда оказывается внутри неё до конца. — Теперь немного подождём. Скажи, когда перестанет быть больно.
Чарли снова опускает пальцы между ног девушки, останавливается на месте соединения их тел и проглатывает свой собственный стон. Ему так невероятно хорошо в этот момент. Всё его тело словно наполняется силой. Его переполняет энергия и эмоции. И Саттон готов выплеснуть их на Паркер. Поделиться с ней. Показать, что она заставляет его испытывать.
Нэнси прислушивается к своим ощущениям. Резкая боль отступает и на её место приходит ощущение давления и сильной растяжки. Это неприятно, но уже не вызывает слёз. Она смотрит на прикрывшего глаза Чарли и видит, как искажается его лицо от удовольствия. Ей хочется, чтобы он потерялся в наслаждение так же, как это сделала она в самом начале. Она хочет стать причиной его удовольствия.
— Можешь… Можешь двигаться.
— Ты уверена? — Ресницы Саттона подрагивают.
— Да.
И Чарли начинает выскальзывать из её тела. Он выбирает неспешный, устойчивый ритм, не забывая при этом смотреть на реакцию Нэнси. Но чем больше он двигается, тем сильнее подступает желание разрядки. И сдерживаться больше не получается.
Паркер старается не морщится от давления и движения внутри неё. Всё, что её волнует в этот момент, это то, как прекрасно выглядит Чарли. Если так больно будет всегда, то она готова всё вытерпеть, только бы видеть, как он позволяет себе расслабиться рядом с ней. Увидеть, как он получает удовольствие из-за неё.
— Чёрт, — шипит Саттон, вытаскивая свой член и изливаясь на живот Нэнси. — Обещаю, котёнок в следующий раз я продержусь дольше.
— Всё нормально, — прикасается Паркер к щеке мужчины ладонью. — Ты был таким красивым.
Она и раньше видела, что Чарли не обделён внешними данными, но именно в этот момент он был подобен ангелу, такой одухотворённый и внеземной.
— Это моя прерогатива говорит тебе комплименты, — притворно возмущается Саттон и оставляет на губах девушки лёгкий поцелуй. — Спасибо.
— За что? — Хлопает Нэнси ресницами.
— За то, что…
— Ну хватит!
Паркер кричит и старается прикрыться, но одеяло валяется где-то на полу.
— Вали отсюда, — рычит Чарли на друга, накрывая собой девушку.
— А ты прекращай разводить сопли и позорить меня, — не двигается Винсент с места. — И да, десять минут? Брат, я ожидал от тебя большего.
— Пошёл вон!
В Росса летит подушка, и тот, хохотнув, скрывается в коридоре.
— И никакого второго раунда! У нас много дел!
Саттон мотает головой.
— Я его убью.
***
Винсент ждёт друга на кухне, копаясь в холодильнике в поисках чего-нибудь съестного.
— Тебе надо сходить в магазин, — замечает Росс, услышав шаги.
— А тебе пора перестать заниматься вуайеризмом, — Чарли подходит к шкафу и достаёт стакан. — Тебе уже не пятнадцать лет, чтобы нравилось смотреть и слушать, как другие занимаются сексом.
— Ну я бы не стал этого делать, — вываливает Росс найденные продукты на стол. — Если бы вы вели себя потише. Ну кто бы знал, что Бэмби такая крикунья?
— Тебя здесь быть не должно, а значит мы могли быть настолько громкими, насколько хотим.
— Ну да, если ты добрался до тела, которое стоило тебе пятьдесят с лишним миллионов, ты захочешь, чтобы все об этом знали, — Винсент смотрит на друга и откусывает кусок от куриной ножки. — Я знаю, что ты связывался с экономистом.
— Ты решил контролировать мои деньги? — Наливает себе Чарли сок.
— Нет, — фыркает Росс. — Конечно, нет. Ты можешь тратить заработанное куда вздумается, хоть всех девок на них купи. Просто я думал, что мы партнеры, и ты позвонишь мне в случае чего.
— Ты бы стал меня отговаривать, — усаживается Саттон на высокий стул. — А у меня не было времени спорить ещё и с тобой. Мне хватило самого себя. Ты думаешь, так просто было отдать эти деньги?
Винсент внимательно глядит на своего названного брата. Он собирался ругать его. Сказать, что тот придурок и идиот, но сейчас всё желание пропало. Что-то новое появилось в его взгляде. Что-то, чего он никогда у него не видел, и у себя тоже.
— Но это того стоило, — плюхается Росс на второй стул и подталкивает к Чарли немного кривобокий бутерброд. — И как она?
— Я не стану с тобой обсуждать Нэнси.
— Ну же, — пихает Винсент друга в бок. — Скажи, у неё на голове это хоть натуральный цвет волос, — он поигрывает бровями. — Ты меня понимаешь.
— Отвали, извращенец.
Они перекидываются ничего не значащими словами, смеясь и улыбаясь. За последние месяцы это впервые настолько лёгкий и спокойный день. Но это лишь иллюзия.
— Я нашёл того, кто играет против нас на нашей же территории, — Винсент очищает стол от остатков еды и опирается на локти. — И ты слишком хорошо знаешь этого человека.
Чарли смотрит на друга выжидающе, но тот ни слова не говорит, позволяя ему самому сказать.
— Нет, — поднимается Саттон из-за стола. — Этого не может быть. Это не… Моника? Ты уверен?
— На девяноста процентов, — подтверждает Росс. — Нам ещё предстоит с ней поговорить, но пока всё указывает на неё. Слишком узкий круг людей знал о поставках, которые не дошли до адресата. И ещё меньше знали о том, что хранится в порту.
У Чарли услышанное в голове не укладывается. Моника? Его помощница Моника? Женщина, которая столько лет находилась с ним рядом? Такого просто не может быть.
— Я сам должен с ней поговорить, — произносит Саттон холодно. — А до этого момента никто её не тронет.
Глава 33
Когда неизбежное наконец происходит, человек может вздохнуть спокойно и перестать вздрагивать от ожидания.
Нэнси чувствует себя спокойной, довольной и удовлётворённой. Её тело болит, но это приятная боль. Между ног чувствуется пульсация и небольшое жжение, особенно когда она приседает, чтобы сходить в туалет, но девушка ни о чём не сожалеет. Рано или поздно ей пришлось бы лишиться невинности, так почему не сделать это с мужчиной, который знает в этом толк.
Приняв душ и очистив себя со всей возможной аккуратностью, Паркер возвращается в комнату, чтобы переодеться. Она собирается вернуться к своим джинсам и кофте, но замечает рубашку Чарли, которую тот оставил поздней ночью, придя в её спальню. Мысль возникает немедленно и формируется в приятную картину, где Саттон мог бы улыбнуться, увидев девушку в его одежде.