Новогоднее (не) счастье в Академии Магии

Фамильяр жмурится от похвалы и ласки, и снисходительно произносит:
– Твоя правда, Тея. Твоя правда. Этим неумехам только доверься… Ладно, займусь я василисками. Так и быть добуду тебе этих гадов. Только плата высокая, Тея. Тут даже моя мудрость не поможет.
Я замираю и интересуюсь:
– Что нужно? Приворотное? Отворотное? Проклятие?
– Да если бы… – вздыхает Вискарь. – Продаёт гадов тёмный артефактор и требует он корень мандрагоры, собранный в третье летнее полнолуние.
Я вспыхиваю от негодования.
– Что?! Да этому корню цена… Он вообще бесценный! Я за этот корень могу сто дюжин василисков купить!
Птиц чешет лапкой клювик и говорит:
– Вот тогда и подумай, надобно ли тебе отдавать столь ценный, вернее бесценный магический ингредиент за каких-то гадов. Придумай другую месть, без василисков.
Мои губы растягиваются в злобной усмешке, и я протягиваю:
– Не-е-ет, мой дорогой, этот Родан заслужил взгляд василиска. И поверь, одним окоченением он не обойдётся. Я задумала более изощрённую месть, чем просто обездвижить его. Ладно, будет ему корень. Вот как знала, летом три штуки собрала!
И когда Вискарь вновь отправился в астрал договариваться о встрече и самой сделке, в двери разгневанным вихрем влетает моя подруга, она же моя соседка Шейла. За ней следом влетают остальные ведьмочки, такие же разъярённые, как Шейла и я.
– Тея! Это просто немыслимо! К каждой из нас приставили надзирателя, будто мы не ведьмы, а заключённые! – искря магией, рычит Шейла.
Так как она стихийная ведьма, то логично, что от разрядов её волосы наэлектризовались и встали дыбом. Выглядит взбешённая ведьма с облаком вставших дыбом волос, ярким взглядом зелёных глаз, полных ярости весьма устрашающе.
Неужели адепт, которому дали задание «присматривать» за стихийницей, не испугался и после её гнева не побежал организовывать свои похороны и поминки?
– Тея, мы не можем просто взять и смириться с этим оскорблением, – произносит Аннушка. – У тебя есть идеи?
– Эта сволочь, что парнем и адептом по ошибке зовётся, сказал мне, будто я отныне его ручной питомец! Вы представляете? – негодующе восклицает Айрис.
Остальные ведьмы наперебой рассказывают, как адепты насмехались над ними, и как они будут веселиться за наш счёт.
– Тихо, девочки, – прошу всех угомониться. – У меня есть план мести. Месть щадящая. Так сказать, это даже больше намёк на месть, мол, остановитесь парни, с ведьмами лучше не шутить! Вот если после первого предупреждения они не поймут, с кем связались, тогда пустим на них тяжёлую артиллерию, а пока я заказала василисков и вот…
Указываю пальчиком на кровать Шейлы и её платье.
– Шейла, платье надевай! Девочки, вы тоже бегите и переодевайтесь в свои «невидимки». Жду вас здесь вместе с вашими фамильярами. Расскажу все подробности.
Ведьмочки на миг замирают, переваривая информацию, и через мгновение срываются прочь из нашей с Шейлой комнаты. Никаких вопросов, сомнений или тупых размышлений. У нас всё просто и понятно. А вот магам вечно нужно всё на пальцах объяснять, миллион раз разжёвывать прописные истины, и то эти тупицы не сразу прописные истины понимают.
 
Глава 4
 
Тея Арди
– …ну а потом ещё и куклы вуду сделаем. Я так точно, – заканчиваю рассказывать свой план.
Мои подружки слушают внимательно, но с такими хищными и предвкушающими улыбками, что любой, кто увидел бы наше собрание, понял бы сразу – кому-то скоро наступит северный пушной зверёк.
– Я про вуду сразу подумала, как только ректор озвучил своё поганое решение, – говорит Айрис.
Все ведьмочки согласно кивают, мол, у нас такие же мысли возникли.
– Так, а с остальным согласны? – спрашиваю подруг.
И все как одна поднимают руку с ярым криком:
– ДА-А-А!
Все фамильяры тут же возмущённо шипят, кричат, короче, возмущаются. Но мы хохочем и потираем ручки. Нет ничего лучше для любой ведьмы, чем отменная пакость для злодеюжной вражины, коими сейчас являются ректор и десять препротивных адептов, которых приставили к нам.
 
– Что ж, тогда начинаем, – командую я парадом. – Вискарь!
Красный кардинал обречённо вздыхает, но говорит:
– Первое. Все ваши адепты сейчас на полигонах отрабатывают боевые атаки. Коменданта мужского общежития может отвлечь Баюн. Только Аннушка, будь добра, прикажи своему людоеду не жрать коменданта. В академии и так кадровый голод.
– Я, между прочим, вся-укими тощими коменда-а-унтами не пита-а-ю-усь, – отвечает кот с неприкрытой брезгливостью на огромной чёрной мохнатой морде, и шевелит длиннющими чёрными усами. – Я ему ска-у-зку расскажу и убаюкаю. Уснёт бы-устро.
– Ты ж моя радость, – обнимает огромного котищу Аннушка и целует котяру в макушку. Тот довольно жмурится.
Среди всех ведьмочек, только у меня и у Аннушки мудрые и опытные фамильяры, которые служили ведьмам не одно поколение. У остальных наших подруг помощники не менее ловкие и умные, но молодые ещё слишком, да и Вискарь с Баюном авторитеты для них.
– Второе. Тея, тёмный артефактор назначил стрелку в «Чёрной свинье» ровно в полночь. Сказал, что закажет отдельный кабинет. Пароль «Гулька». Как я его не уговаривал перенести встречу на ранний срок, не выходит. Угрозы и шантаж не подействовали.
Фамильяр раздражённо вздыхает. Он не любит, когда кто-то не идёт на его требования.
Мы с ведьмами кривимся, потому что академия закрывает свои ворота в девять вечера.
– Выйду значит перед закрытием. Погуляем с тобой, Вискарь по городу, – говорю я бодрым голосом. – Тем более, давно хотела на вечерний рынок попасть.
– Я иду с тобой, – заявляет Шейла.
– Нет, – говорю в один голос с Вискарём.
– Ты будешь моим прикрытием на случай, если кто-то… – гневно раздуваю ноздри, – по типу Родана Тариона поинтересуется, на месте ли я.
Шейла чуточку обижается, но соглашается.
– «Чёрная свинья» – опасное место, – говорит Диана, наша золотоволосая ведьма-красавица и сильный медиум. Она слышит души мёртвых, да и самих мёртвых поднять может. Правда, пока неумело и упокоить ей потом мертвяков сложно, но она учится.
А её фамильяр – золотой полоз, дивной красоты змей с отвратительным характером. Полоз, обвив шею ведьмы на манер шарфика, устроил голову на её плече и взирает на всех нас с совершенным безразличием. В общем, тот ещё гад. Но полезный. И верный.
– Я знаю, – киваю, соглашаясь с подругой. – Там совершаются незаконные сделки, рождаются интриги и заговоры. Но зато «Чёрная свинья» – нейтральная зона. Никаких проверяющих, никакого закона. Всё честно, как нам и надо.
– Пусть тогда с тобой ещё Баюн пойдёт, нам так спокойнее будет, – говорит Аннушка. А потом спрашивает фамильяра: – Котя, ты ведь поможешь? Не оставишь Тею в беде?
– Да я уже-у поня-а-ул, что без меня вы никуда, – мурлычит котяра.
Вот теперь я на все сто процентов довольна. С Баюном хоть в лес полный нежити можно идти, он одной лапой с железными когтями всех уложит на раз.
– Спасибо, Баюша, – благодарю котика.
Тот сверкает жёлтыми глазищами и покровительственно улыбается.
Смотрю на часы, что висят на стене и говорю:
– Ну что, ведьмы, идём лишать парней их одежды, обуви и подштанников? Кстати, пока не забыла. Пока я буду василисков добывать, кто-то из вас должен будет пробраться в деканат и стащить последний выпуск академического журнала «Выдающиеся адепты «ВАМ», пририсуете моему Тариону рога, клыки, хвост, когти, а на ноги – копыта. Ну и своих «красавцами» сделаете, хорошо?
Ведьмочки злорадно хихикают, согласно кивают. В общем, мы готовы нести в мир добро. В смысле зло. Нет, в смысле завуалированное добро. Короче, всей толпой мы выходим из нашей с Шейлой комнаты и направляемся в мужское общежитие. Холодно, конечно, но энтузиазм согревает!
Вискарь сидит на спине Баюна. Кот величественно вышагивает, возглавляя нашу процессию. Эх, жаль никто не видит и не слышит нас. Наши платья-невидимки ещё и бесшумность создают, да. А Баюн сам себя легко может невидимкой сделать, заодно и Вискарю досталось. Одним словом, банда.