Попаданец в Дракона 4 (СИ)

— Я бы сильно не радовался, она может и отказаться, — осадил всех Асириус. — Но в любом случае лететь она может довольно долго, так как её дом находится далеко на северо-западе Империи, поэтому нам в любом случае придётся готовиться к войне.
— У меня есть кое-какие наработки по ядам, что будут интересны тёмным эльфам, — внёс свою лепту Аларик. — За эту плату они могут помочь разведчиками.
— Ну уж нет, — Асириус нахмурился. — Если они хотят быть полноправными членами триумвирата, то пусть присылают полноценные войска. У меня есть пара аргументов, что их убедят.
* * *
Аргоза привычно тренировалась в Защитном городе. Это была её обычная рутина, доведённая до автоматизма. Золотая драконица презирала своих собратьев, тратящих десятилетия на лень и безделье, в то время как все они были благословлены столькими дарами от природы.
Практически с самого рождения Аргоза жаждала большего и никогда не могла довольствоваться достигнутым. Корни этого стремления лежали в личности её отца — Хорддинга Серебряное крыло. Именно он воспитывал с самого рождения только появившегося вирмлинга, так как её мать не была заинтересована в заботе о дочери.
Так как Хорддинг был чрезвычайно занятым драконом, участвующим в большой политике Империи, то молодая Аргоза значительную часть времени находилась на многочисленных совещаниях или встречах могущественных ящеров или смертных.
Будучи скрытой заклинаниями невидимости и необнаружения, она видела, каких вершин могут достичь, казалось бы, бесполезные смертные. Именно поэтому, вырастая, она решительно переняла их манеру ценить любой, даже самый небольшой промежуток времени.
Её отец одобрил стремление дочери и всячески поддерживал Аргозу на этом сложном пути.
Именно поэтому к своим шестидесяти годам драконица была уверена, что превзошла если не всех, то большую часть своих погодок среди других драконов. Но каково же было её удивление, когда она встретила молодого ящера, который к своим двадцати годам умудрился добиться даже большего, чем она в то время!
Аргалор… раздражал. Раньше Аргозе не приходилось сталкиваться с цветными драконами. Её отец редко упоминал цветных, но если и говорил, то его тон всегда нёс уничижительный подтекст.
Варвары, убийцы, безумцы — вот как описывал их Хорддинг, если был в хорошем настроении.
Разговаривая с Аргалором, Аргоза легко поняла откуда исходила большая часть этих эпитетов. Каждое словесное столкновение с ним приводило к желанию сжать клыки на его глотке. Тем не менее, к своему раздражению, драконица не могла так просто отбросить их «общение».
С самого первого дня они столкнулись в вопросе, кто лучше всего в искусстве магии. Золотая драконица отказывалась уступать этому самодовольному куску красной чешуи, поэтому тренировалась ещё больше прежнего.
И спустя годы Аргоза могла с самодовольством заявить, что в мастерстве чистой магии она всё ещё лидировала. Конечно, когда Аргалор использовал свою инстинктивную магию и ярость, часто бои сводились к ничьей, но в чистой магии он так и не смог её переплюнуть.
Опять же очевидно, что она не упускала ни единого момента, чтобы не втереть это ему в чешую, напрочь игнорируя тот факт, что она сама была в два раза его старше.
Тем не менее спустя годы тренировок, состязаний, разговоров и шуток с Луидорой заставили её иначе взглянуть на этого молодого дракона.
Как бы она не гнала эту мысль, но данный цветной был точно таким же, как и она сама. Он желал большего и готов был ради этого работать, а не глупо спать, ожидая пока их тела сами вырастут и дадут им больше магии.
Аргоза сама не заметила, как желание показать цветному его место превратилось в предупреждение о нападении на него её дядей.
Единственным оправданием, что у неё было в тот момент, это то, что Овернас не пользовался особой любовью ни у её отца, ни у неё самой. Глупо высокомерный, грубящий по поводу и без, пропагандирующий превосходство, к которому не имел никакого отношения — он был всем тем, что Аргоза не любила.
 
Кроме того, предупреждая Аргалора, Аргоза не верила, что её соперник победит. Своим предупреждением она скорее надеялась дать красному дракону возможность сбежать или подготовить возможность для побега после боя.
Каков же был её шок, когда прикормленные отцом коатли наперебой сообщили столь шокирующие новости?
Аргалор победил её дядю! Тридцатипятилетний цветной унизил и пленил трехсотлетнего металлического — это было оскорбление, которое цветные ещё не скоро перестанут использовать.
И всё же Аргоза была невероятно рада, хоть и старалась не показывать это перед отцом, ведь последний был в ярости. Глупость младшего брата вывела Хорддинга из себя. Больше же всего Серебряное крыло бесила необходимость разгребать ту кучу дерьма, что образовалась из-за действий Овернаса, пока последний преспокойно находился в плену.
Конечно, Аргозу немного раздражало, что Аргалор за целых семь месяцев так ни разу с ними и не связался. Та же Луидора буквально с ума сходила от желания обсудить прошедшую битву. С другой стороны, драконица была даже рада, ведь последнее что ей хотелось видеть, это лопающийся от самодовольства цветной дракон.
Да и Аргалор имел привычку исчезать надолго, занимаясь своими делами или тренировками, так что в этом не было ничего необычного.
Именно поэтому, когда она почувствовала на границе своих чувств чью-то духовную подпись, то с ухмылкой готова была приветствовать своего вечного соперника. Но каково же было её удивление, когда это оказался совсем не знакомый дракон.
Вошедший в защитный город шаман выглядел паршиво. Измученный, с потрёпанным духовным телом — он явно прошел не через один бой, пока сюда добирался. Ещё удивительнее, что это был кобольд, член одной из самых слабых рас Тароса. То, как он вообще сумел пробиться на столь глубокий слой, показывало его силу и талант.
— Приветствую вас, о прекрасная Аргоза. Для меня честь лицезреть столь величественное существо, как вы, — кобольд глубоко поклонился, и драконица отметила, что этот кобольд явно намного разумнее своих глупых представителей. Однако его следующие слова заставили её пораженно распахнуть глаза. — Сей недостойный слуга зовёт себя Асириусом и он является прислужником великого повелителя Аргалора…
— А ну-ка замолчи, — резко приказала сузившая глаза драконица. — Только не говори, что эта пародия на дракона поленилась прийти сюда сама и прислала сюда слугу об этом сообщить⁈
— Всё гораздо хуже, госпожа! — Асириус рухнул на колени и в мольбе протянул лапы к Аргозе. — Мой господин очень сильно ранен и не может поприветствовать тебя о прекраснейшая…
— Что значит ранен⁈ Что с ним⁈ — золотая драконица в мгновение ока оказалась рядом со вздрогнувшим кобольдом. — Что молчишь⁈ Говори!
И Асириус заговорил. Он в красках описал битву и её последствия. Закончил же он предательским нападением герцога на раненого Аргалора, всё ещё пребывающим в лечебном сне.
Аргоза невольно порадовалась, что рядом не было Луидоры, а то та бы уже бегала вокруг, паникуя.
— Вот как, — задумчиво сказала Аргоза. — Это больше похоже на правду, чем молодой дракон, без всяких проблем победивший взрослого. Но зачем ты тогда сюда прибыл?
— Госпожа, простите мою дерзость, но без вашей помощи логово Аргалора будет безвозвратно уничтожено, а сам он может и вовсе погибнуть.
— И? Какое мне дело? — Аргоза демонстративно отвернулась, стараясь не показывать свою обеспокоенность. — Он самостоятельный дракон. Это его дело. Он цветной, я металлическая, мы из разных миров.
— Безусловно, госпожа, — и не думал спорить Асириус, подключая весь свой актерский талант. Сейчас у него не было права на ошибку. — Но наш повелитель так хорошо о вас отзывался…
— Неужели? — заинтересованно спросила Аргоза, чуть повернувшись, чтобы взглянуть одним глазом, хоть в её голосе и звучало недоверие. — Этот высокомерный чурбан умудрился сказать что-то хорошее о ком-то, кроме себя самого?